Фантастика 2026-34 - Сергей Чернов

задал мне три задачки. Я вытащила из кармана паспорт. Это была совсем тоненькая крохотная книжечка в тёмно-красной обложке. Раскрыла её. Мой портрет. Имя, отчество и фамилия. И дата рождения. Во рту пересохло. Здесь мне двадцать семь лет.

Где же ты, настоящая Алиса Первомира? Может, тебя занесло в Эрталию? И ты, бедная мечешься, не понимая, как может жить женщина без работы, без… Я остановилась и посмотрела на светофор. Красный человечек смотрел на меня. Всё то, что мне бесконечно удобно, точно так же до ужаса неудобно несчастной Алисе.

* * *

Герман любил древности. Каждую завитушечку Растрелли, каждую волюту Трезини, каждый модерновый глазурный кирпичик. Ещё подростком он проскальзывал в старинные огромные парадные и замирал, любуясь плафонами на потолках, голландками и стоптанными широкими ступенями с загнутыми краями. Дыхание времени — оно здесь чувствовалось так остро, что мальчику казалось — сделай шаг, и ты окажешься среди современников Александра Сергеевича. А то и…

Прошлое будоражило его воображение. Но в интерьере своего дома и рабочего места Герман выбирал суровое и лаконичное настоящее. Ничего лишнего. Ничего личного: рабочий стол, компьютерное кресло, стеллаж для документов. Принтеро-ксероксо-сканер. И балкон — единственная ненужная деталь, важная лишь для радости сердца.

— Герман Павлович, — кандидатка на роль Леночки напротив него растянула в улыбке накачанные губы, взмахнула неестественно пышными ресницами, — кроме всего того, о чём мы с вами говорили, я ещё умею варить прекрасный кофе.

И искривила фигуру так, чтобы и без того выпуклые части тела ещё сильнее выпуклились. Герман закрыл глаза и сжал пальцами переносицу. Голова начинала болеть. Они общаются всего лишь пятнадцать минут, но дольше века длится день.

— Диана Михайловна, мне нужно время, чтобы рассмотреть ваше портфолио. Я напишу вам результат.

— Положительный результат, — курлыкнула претендентка грудным голосом.

Дверь распахнулась, и в кабинет вошла Вера. Лёгкая, бодрая, в персиково-нежном деловом костюме. Германа всегда поражало в его девушке её умение одеваться одновременно и по-деловому и женственно, и строго и небрежно.

— Герман Павлович, доброе утро, — радостно поздоровалась Вера, прошла и села в кресло в торце широкого стола. — Доброе утро, м-м…

— Диана Михайловна.

— Диана Михайловна, — повторила Вера, ничем не выдавая своего статуса. — Вы не торопитесь, я подожду.

— Мы уже завершили собеседование.

— Я буду ждать ваш… ответ, — промурлыкала девица многозначительно и направилась к выходу, покачивая бёдрами. У самой двери бросила оценивающий взгляд на Веру.

Наконец, дверь за ней закрылась.

— Ты видел её грудь?

— Слава Богу, нет. Она мне не пыталась её демонстрировать.

— Да там декольте до самого пупа, — рассмеялась Вера. — Что там у неё с документами?

— На твёрдое «вы нам не подходите, к сожалению».

— А остальные?

— Был неплохой парнишка. Но он ещё только заканчивает университет. Могут возникнуть накладки. Женщина предпенсионного возраста, вполне симпатичная, но мне показалось, Марине Евгеньевне мы не очень подходим. Ещё одна девочка. Давай пообедаем где-нибудь?

Вера поднялась, присела на край стола, заглянула в документы, лежавшие перед мужчиной.

— Если я увеличу размер груди, ты будешь любить меня сильнее?

— Нет, — Герман нахмурился.

— Слабее?

— Нет. Размер груди — сугубо твоё личное дело.

— Ты за естественность?

— Я за здравый смысл. Лично меня всё устраивает. Так что насчёт пообедать?

— А знаешь, что… Я, как партнёр, за Диану Михайловну. Симпатичная ж девчуля.

— Издеваешься? Чтобы влететь ещё тысяч на триста?

— Зато ты будешь домой пораньше возвращаться, — рассмеялась Вера и соскочила. — Вечера — самое томительное время суток. Я поняла это только с тобой. Хорошо, давай пообедаем. Сейчас заскочу кое-куда и через пятнадцать минут жду тебя в холле.

Она мягко притворила за собой дверь, оставив после себя тонкий аромат сирени. Герман покосился на экран ноута. И увидел сообщение, робко ожидавшее его внимания.

«Герман Павлович, я не смогу выплатить вам всю сумму. Вы подадите на меня в суд?».

Мужчина выдохнул. Сложил пальцы домиком, ударив подушечками друг от друга. Сообщение не было голосовым, но он словно услышал ноющую дрожь в голосе бывшей коллеги.

«Нет. Елена Борисовна, ошибки совершали все, так или иначе. И я в том числе. Ошибки — неизбежная часть становления в профессии».

«Но не такие, конечно», — подумал он, откинувшись на спинку кресла.

Ей нужно было время, чтобы осознать его слова. Леночка только-только закончила архитектурный колледж, и найти работу по специальности девчонке было до крайности сложно. Герман отлично понимал это. Это была очень робкая девочка с рыжеватой толстой косичкой, в растянутом свитере, несмотря на лето, и джинсах, аккуратно порезанных ножиком. Первое время она испуганно шарахалась от всех мужчин фирмы. Вера отчего-то сразу невзлюбила Леночку, а вот Герману юная сотрудница показалась старательной.

«Вы на меня не сердитесь?» — робкое.

Герман поднял брови и хмыкнул. Как бы так помягче сказать?

«Сержусь. Вместо того, чтобы поговорить со мной и решить все вопросы, вы мне положили на стол бумагу об увольнении и трусливо сбежали. Лена, разве так поступают взрослые люди?».

Она молчала долго. Наверное, плакала. Глазки Леночки вечно были на мокром месте.

«Простите».

Ну наконец-то.

«Я даю вам время до 18.00. Если вы успеете приехать и забрать своё заявление, то, уверен, мы сможем с вами решить все рабочие вопросы рабочим порядком».

«Спасибо. Я согласна, чтобы вы удерживали с моей зарплаты. Но совсем бесплатно я не могу работать: у меня мама и собака больная».

«Удерживать было бы неплохо, — подумал Герман. — Да вот только ты раньше протянешь ноги». И напечатал быстро и категорично:

«Покроем за счёт фондов. Этот вопрос мы с вами тоже решим».

Пробежал взглядом ответное спасибо, захлопнул ноут и направился на выход. Теперь бы ещё уладить вопрос с Артёмом и его неожиданно вернувшейся пассией. Вот только как? Непохоже было, что бы Алиса лгала про амнезию. Но что это меняло?

Глава 8

Асоциальный элемент

Осень с трудом досидела до обеденного перерыва, а потом стремительно выбежала из школы, даже не заглянув в гардероб. На улице печалился дождь, но это было неважно.

Одноклассники словно разом поверили в грязную сплетню Камиллы. Парни откровенно терроризировали девочку в личных сообщениях, без намёков, прямо спрашивая о стоимости услуг. Даже абсолютно незнакомые личности присылали отвратительные фото, и Осень едва успевала блокировать сволочей.

Девочка добежала до реки, спустилась вниз, к самой Карповке, и открыла зеркальце.

— Нахрен мне твоя помощь! — зашипела сквозь слёзы. — Всё стало только хуже! Намного-намного хуже! Теперь все считают меня проституткой! Потому что никак иначе я бы эти деньги заработать не смогла.

Эй спрыгнул с чёрного трона, убрал