"Фантастика 2026-183". Компиляция. Книги 1-27 - Алла Железнова

Смотрю на него и понимаю, что улыбаюсь.

— Нет, — говорю. — С тобой всё в порядке.

— Ты так говоришь, потому что хочешь успокоить?

— Нет, просто это правда.

— В каком смысле? — хмурится он.

— Садись поудобнее, — говорю. — Это будет долгий разговор.

Он смотрит на меня, потом забирается в кресло с ногами.

— Почти двадцать лет назад, — говорю, — я жил в другом мире, где не было магии. И меня там убили. А потом я оказался здесь. В чужом теле, которое до этого принадлежало другому человеку… графу Всеволоду Алексеевичу Скорпионову. Тебе.

Сын не двигается. Наверное, теперь он думает, что с ума сошёл я.

Но ничего. Сейчас я ему всё подробно расскажу…

Валерий Юрич

Егор Смирнов: каникулы в СССР. Том 1

Глава 1

И дернул же меня черт в этот день отправиться на Волгу! Первый день лета 2024 года. Стояла адская жара. И именно сегодня я решился на еще один сумасшедший поступок. Сколько их было в моей жизни за прошедшие пятьдесят лет? По правде говоря, я уже сбился со счета.

Со мной трудно было ужиться. Вообще, я был очень сложным человеком. Меня постоянно тянуло к поискам приключений на свою пятую точку. Именно по этой причине в двадцать лет я попал в Чечню. Девяносто пятый в Грозном был встречен незабываемо. Никому такого не пожелаешь. Но речь сейчас совсем не об этом.

Главная суть в том, что жизнь меня так ничему и не научила. Чудом вернувшись живым на гражданку, я вновь покатился по наклонной. Здесь были и бандитские разборки, и бесшабашные кутежи, первые шаги в бизнесе и даже попытки управления коллективом не совсем адекватных бритоголовых мускулистых товарищей. Далеко не все было успешным. Те же самые грабли, на которые я наступал с упрямством отмороженного садомазохиста, били больно, точно, прицельно и при этом никогда не промахивались. Но я снова пер на них, как упрямый баран.

Уж не знаю, каким чудом я выжил и избежал визита в места не столь отдаленные, но со временем, постепенно, мне наконец-то удалось выбиться в более-менее зажиточную прослойку обывателей нашей необъятной родины.

А потом в моей жизни появилась она. Та, у которой получилось успокоить мои бесшабашные наклонности и неуемную страсть к приключениям.

Потекла тихая и спокойная семейная жизнь. Изредка она все-таки нарушалась чем-то, хотя бы отдаленно напоминавшим мне о прошлых подвигах. Но случалось это не так уж часто, а со временем все реже и реже.

А потом у нас родился сын. Мне было тогда тридцать четыре. Появились новые заботы, а вместе с ними постигались и новые грани семейной жизни.

Алкоголем я сильно не увлекался, а потом и вовсе бросил. С курением тоже не срослось. Пробовал еще в школе. Но после каждой сигареты меня неизменно выворачивало наизнанку. Слабый желудок сослужил добрую службу.

С юных лет я увлекался боксом, восточными единоборствами, ходил с друзьями в качалку, а как стал постарше — в фитнесс-клуб, где больше всего мне нравились не сами тренировки, а посещение хамама. Да и дома у меня был полный набор для занятий спортом: штанга со скамьей для жима лежа, гантели, турник, беговая дорожка и боксерская груша.

Одним словом, когда мне стукнуло пятьдесят, никаких особых опасений по поводу здоровья у меня не было. И первый день лета я решил отметить весьма бесшабашным поступком. Поступком, который был вполне в духе меня прежнего: переплыть в обе стороны матушку-Волгу.

В наших местах, в Заволжском районе Ярославля, а точнее в его самой северной части, она была не такая уж и широкая. Всего каких-то семьсот метров. Так что особых причин для волнения у меня не было.

Но, как говорится, человек предполагает, а бог располагает. И видимо, где-то там наверху у моего ангела-хранителя внезапно переполнилась чаша терпения и он решил в этот день объявить забастовку.

До противоположного берега я доплыл без приключений, если не считать метеора, который неожиданно выскочил из-за далекого северного изгиба реки и понесся в мою сторону как раз в тот момент, когда я пересекал фарватер. Пришлось значительно ускориться. Благо, берег был уже совсем рядом: метрах в ста от меня. Дыхание, конечно же, через какое-то время сбилось, сердце начало протестовать и настырно пытаться выскочить из грудной клетки. Однако, до берега я все-таки добрался, растеряв при этом значительную часть своей энергии.

И ладно бы я дал себе хоть немного отдохнуть. Но ведь нет! Выделив время лишь на то, чтобы немного восстановить дыхание, я поплыл в обратный путь. Аргумент на этот счет у меня был железный: надо продолжать двигаться, пока мышцы не остыли и находятся в тонусе. Я даже не рассматривал тот вариант, что в результате моей преступной самонадеянности, мышцы могут остыть… навсегда.

Это случилось метров за триста до берега. Сердце вдруг начало хаотически прыгать в груди, и я понял, что словил внезапный приступ тахикардии. Такое случалось и раньше, но довольно редко и, конечно же, не на середине Волги.

В идеале мне бы сейчас просто сесть, успокоиться и сделать глубокие дыхательные упражнения, но для этого нужно как минимум твердо стоять на земле. Ну а сейчас мне ничего не оставалось, как только перевернуться на спину и сократить до минимума все движения. Организм должен быть предельно расслаблен, за ним постепенно успокоится и сердце. А затем, для восстановления ровного ритма, достаточно будет глубокого вдоха и резкого напряжения с задержкой дыхания. Обычно это помогало. Но поможет ли сейчас? И ведь, как назло, вокруг ни одной рыбацкой лодки.

Я медленно, еле шевеля конечностями продвигался к своему берегу. Сердце продолжало прыгать в груди, намекая, что так просто мне сейчас с ним не сдюжить. И то ли из-за прохладной воды, то ли из-за непривычной обстановки, но восстановить ритм у меня так и не получилось. Тогда я, плюнув на все, вновь перевернулся на живот и более настойчиво погреб к берегу, который сейчас был уже гораздо ближе.

Но вскоре я начал понимать, что слишком переоценил возможности своего организма в стрессовой ситуации. В глазах у меня потемнело, конечности вдруг отказались двигаться, и я почувствовал, как медленно ухожу под воду. Ощущал я это уже обрывками своего угасающего сознания. И последняя мысль была о том, что тонуть