Фантастика 2025-191 - Жорж Бор

— Что случилось? — всполошился я, изобразив озабоченное выражение на лице.

Не дожидаясь ответа, я нахмурился и показательно выставил перед собой родовое кольцо, глядя на него, как будто прислушиваясь к внутренним ощущениям. Да, я не мог проявить перед жандармами знание Ментала, но я мог просто объяснить это откликом моего кольца-артефакта, которое уведомляет хозяина о таких происшествиях.

— Простите, Юрий Алексеевич, — чуть виновато улыбнулся я. — После штурма поместья, большая часть защиты была уничтожена и сейчас работает абы как. Возможно, защитные заклинания посчитали, что вы применяете ментальную магию со злым умыслом в отношении члена рода. Разумеется, я прекрасно понимаю, что без соответствующего документа вы бы никогда не стали так делать. Ведь это прямое нарушение законов Империи. Поэтому ещё раз приношу свои извинения.

— Ничего… — с трудом выдохнул Колосов и чуть покачнулся. — Бывает всякое. Вы тут заканчивайте, а я в машине посижу пока. Ваша защита хоть и старая, но бьет очень больно, ваша светлость.

Аксаханов дал знак автоматчикам и те моментально расслабились. Словно и не были готовы пару секунд назад пустить мне пулю в лоб. Жандарм светски улыбнулся и приглашающе указал на наш навес для транспорта. Под ним расположились дружинники рода и ещё двое жандармов. Явно в более низких чинах, чем мой собеседник. Со стороны Артура Ибрагимовича этот жест был очень широким. По сути, он давал мне возможность послушать ответы моих людей и то, как проходит допрос. Правда, работали коллеги Аксаханова быстро и к этому времени уже почти закончили. На очереди оставался только Аршавин.

— Дима, не перегибай, — негромко произнёс мой спутник и один из жандармов коротко кивнул. Он, как и внезапно уставший Колосов, был менталистом. Парней допрашивали по той же схеме и слова Аксаханова могли означать только одно. Повторения атаки от родовой сети на моих глазах он точно не хотел. Второй раз сказать, что это была какая-то ошибка уже вряд ли выйдет.

— Как вы узнали о точном времени появления у ворот МАМИ, Николай Петрович? — продолжил тем временем допрос жандарм.

— Мы поддерживали с Ярославом Константиновичем постоянный контакт., — спокойно ответил Ратай.

— В официальной переписке об этом ничего не сказано, — как бы намекая на что-то, произнёс второй мужчина.

— Этот канал связи имел неофициальный характер, — невозмутимо ответил Аршавин. — Если на то будет дозволение князя и официальное распоряжение жандармерии, я могу предоставить всю переписку. Она сохранена в изначальном виде.

А Шатун-то не промах! Внутри я довольно улыбнулся. При такой формулировке, жандармам потребуется запросить разрешение на изучение личной переписки представителя княжеской семьи. А это уже совсем другой уровень и другое расследование. Мы же пока выступали в роли пострадавших, что меня полностью устраивало.

— Как вы определили, что князю Разумовскому угрожает опасность? — задал следующий вопрос жандарм. — Почему решили бить на поражение?

— Один из моих подчинённых использовал примитивный артефакт, — чётко ответил Ратай. — Слизь прохвоста. Он позволяет определить наличие поблизости магов и активных заклинаний. Трёх человек, которые позднее атаковали нас на посту ИДД мы заметили ещё у ворот МАМИ. Если поднимете снимки репортёров, то наверняка их увидите. Что же касается второго вашего вопроса — сложно предполагать другое развитие ситуации, когда на тебя летит колонна внедорожников без номеров, а один из пассажиров бьет молнией в голову сотрудника ИДД.

— Но при этом ваши люди уже находились в лесополосе, Николай Петрович, — вставил второй следователь. — Ещё до того, как вы увидели молнию. И даже до того, как в поле зрения показались внедорожники.

— Всё так, — кивнул Шатун. — Это приказ главы рода. Если бы он не приказал, то я бы сам отправил ребят. Ну сами посудите, кто будет останавливать княжеский конвой по такому поводу? Ладно бы не знал этот Киряев с кем дело имеет, но ведь Ярослав Константинович представился ему по всем правилам.

— Почему не стали брать пленных? — внезапно уточнил Аксаханов.

— Моя недоработка, — недовольно поморщился Аршавин. — За пять последних лет привыкли только с тварями аномальными биться. Вот и сработали на поражение. Не подумал предупредить подчинённых. Моя вина.

— На этом всё, — кивнул Артур Ибрагимович, — Ещё раз приношу свои извинения за внезапное вторжение, ваша светлость. Всего наилучшего.

— До свидания, Артур Ибрагимович, — ответил я и жандармы направились к своим машинам. Я провожать их не пошёл, оставшись у навеса. С моей точки зрения было отлично видно, как навстречу коллегам вылез из микроавтобуса Колосов. Менталист держал в руках бутылку с водой. Пока все остальные грузились в машины, Юрий Алексеевич очень долго и внимательно смотрел в мою сторону.

— Чтоб они так пять лет назад суетились, — проворчал Аршавин. — Тогда хрен кто приехал даже через год. Как воды в рот набрали…

— Зря вы так, Николай Петрович, — провожая взглядом пару машин жандармерии, ответил я. Вместе с транспортом уезжало с территории имения защитное поле. Скорее всё-таки артефакт. Слишком много людей было на территории, чтобы ещё целая группа ждала в микроавтобусе. — Очень может быть, что это нападение станет отправной точкой большого расследования.

— Что-то интересное рассказали жандармы? — тут же спросил Шатун. — У нас всё по стандартной схеме было. Один опрашивает, а второй сидит рядом и волком смотрит. Но тут проблем не было. Мы-то только правду говорили. Как было всё, так и сказали.

— И да, и нет, — пропустив вторую часть речи командира дружины, ответил я. — Очередное подтверждение, что кому-то Разумовские очень не нравятся.

— Это и так понятно, ваша светлость, — хмыкнул Ратай. — Того же Антипова взять — вы ему теперь как кость поперёк горла встали.

— Нет, — покачал головой я. — Антипов тут явно не при делах. У него есть интерес на владения моего рода, но это точно не тот масштаб. Помнишь, что Киряев на посту говорил?

— Про барона Маркова? — деловито уточнил Шатун. — Который нас остановить приказал? Помню конечно, ваша светлость. Да только не дотянемся мы до него сейчас. Свои бы проблемы разгрести.

— А и не надо, — ответил я. — Нет больше майора, царствие ему небесное. Сказали, что скончался скоропостижно при непонятных обстоятельствах.

— Дела… — протянул Аршавин и совсем по-простецки почесал затылок. — Это что же получается? Целого барона в расход пустили,