Фантастика 2026-78 - Денис Арзамасов

не поможем, но ещё и черт-те сколько таких детей на смерть обречём! Так что смело покупай у него всё, что он к тебе притащит и неси к нам. Всё компенсируем по середине рынка. Так на самом верху решили.

От таких слов престарелый, но ещё совсем не дряхлый мужчина аж поперхнулся.

— Даже так?

— Только так.

— Это касается того беспредела, что сейчас по миру творится?

— Мы не знаем. Вполне возможно, что ещё какая-то напасть.

— Вот уж чего ещё не хватало… — проворчал в ответ еврей и не смог отказать себе в едком замечании. — А ведь я говорил тебе, не ломай мальчишку. Горе у него. А ты всех волкодавов на него спустил. Вот теперь готовь денежку. А я после обеда подскачу.

— Не береди, когда я узнал, что за него грубо взялись, всё уже было сделано. Идиотов везде хватает, тебе ли не знать?

— Тут твоя правда.

— Так сколько готовить?

— Два с половиной миллиона. Парнишка не мелочится.

— Ух ё! Это согласовывать надо.

— И контракт заключить!

Глава 28

— А ты кабанеешь! — восхитился не видевший меня две недели Лёха. Сам он тоже после учебки смотрелся более чем убедительно. Будто всё то время, что отсутствовал, потреблял исключительно анаболики.

— Естественная реакция на внешние раздражители. — горюю я под ехидными взглядами Эльзы и Марины.

Отчасти это и послужило поводом к нашему сегодняшнему собранию. После дай бог не последней прокачки я, отъевшись и восстановившись заметил, что довольно сильно раздался в плечах и вещи из моего гардероба отреагировали на это соответственно. Стрейчевые майки натянулись как изделие номер два, а когда я попытался надеть рубашку, то у меня это, конечно, получилось, но вот застегнуть пуговицы, не разорвав ткань на спине — уже нет. Джинсы просто не налезли на задницу, а широкие штаны «карго» вдруг перестали быть широкими и смотрелись как обычные, если не считать того, что в некоторых местах тоже почти расходились по шву. А, да. Ещё я с каких-то пирогов перевалил планку сто восемьдесят сантиметров.

И ещё мне нужна новая обувь. Потому что прямо сейчас из всего того запаса, что я набрал для походов в данжи, на мою лапу налезают только вьетнамские пенопластовые сланцы. Ну и рыцарские сабатоны, которые, казалось, будучи игровым предметом, росли вместе со мной. Или изначально были рассчитаны на вырост.

Самого Лёху я ещё не перерос. На самом деле, не больно-то мне и хотелось э… увеличиваться, но рост и телосложение — не то, что я могу контролировать при прокачке некоторых характеристик, как оказалось. Алексею, кстати, было норм. Он просто восстановил форму, в которой был в армии. Поэтому он сейчас вышагивал гордо расправив плечи и сияя во все тридцать два. А рядом с ним шёл непонятный гопарь в чёрной толстовке с капюшоном, сутулящийся и то и дело оглядывающийся назад в страхе от того, что шов на заднице вдруг разойдётся как Пангея в эпоху разделения континентов.

— «Хмурость» и «Занудность» тоже прокачал? — осведомилась Эльза.

Девушки обрамляли наш дуэт, собирая на себе и на нас многочисленные взгляды толпы. Концентрация которой резко возросла за счёт уменьшения времени работы комплекса.

— Нет у меня таких статов, — отмахнулся от девушки. — Это природный дар.

Местом действия был выбран единственный в городе торгово-развлекательный центр, который так и назывался «Центр». У нас вообще в городе с этим было просто: едешь в «парк» — и все понимают, что за парк. Едешь в «Центр» — и опять всё становится понятно. И если кто-то вдруг спросит про бассейн или стадион, то тоже да. В смысле «Бассейн» и «Стадион». Наверное, была бы даже уместна шутка про суровых советских маркетологов. Но в оправдание таких вот маркетинговых решений хочу заметить, что для городка со стотысячным населением все вышеперечисленные здания были в просто шикарном состоянии. И представляли из себя полноценные комплексы, которые предлагают на больших площадях кучу разных активностей.

Так в «Центре» помимо магазинов на трёх этажах наличествовали и зал с игровыми автоматами и фудкорт и несколько залов кинотеатра. В общем — было где потратить день. И даже новое расписание жизни, включающее в себя чуть ли не военное положение практически не повлияло на эти места. Разве что из кинотеатра убрали ночные показы.

Несмотря на то, что в торговый центр всю компанию привёз я на крутом внедорожнике, это не мешало мне выглядеть гопником из девяностых на фоне двух красоток и подтянутого Лёхи. От того ещё больше хотелось ссутулиться и накинуть капюшон худи, чтобы вообще скрыть лицо и притвориться, что иду не с ними. Покупать одежду я не любил в принципе, а тут ещё у девушек, которых «на выгул» вытащил с собой мой компанейский товарищ, было слишком хорошее настроение. Судя по их оговоркам и недвусмысленным замечаниям, они всерьёз собрались играть в нечто вроде «одень Кена». К счастью, мою судьбу в этом плане разделил и товарищ, так что море стыда, время от времени разражалось воплями двоих утопающих. Не привыкли мы переодеваться на потеху девушкам, подтаскивающим нам всё новые и новые шмотки.

Через какое-то время забив две трети моего инвентаря и ещё несколько пакетов сверху, мы поменялись ролями уже в отделах с товаром для женской аудитории. С местью, так или иначе ничего не получилось. К выбору одежды нас не допустили, к нашему с Лёхой общему искреннему облегчению, но устроили импровизированный показ мод.

Клянусь, я никогда не видел и не перебирал так много одежды.

Но хочу заметить, что девочки выбранные для себя шмотки оплатили сами. На подарки не намекали, да и на бренды не велись. Показывали нам только то, что им шло и мнение спрашивали только для того, чтобы лицезреть нашу реакцию. А реакция, честно признаться, была даже у меня. Что блондинка, что шатенка обладали неким магнетизмом, заставляющим глаза окружающих подолгу смотреть им вслед, а мысли виться вокруг точёных фигурок…

— Б-р-р-р! — Потряс я головой во время очередной смены нарядов.

— Жрать хочу. — удивил меня товарищ. Я вот, тоже есть хотел, но напрочь забыл об этом у порога женской примерочной. Либо он по жизни кремень, либо часто практикуется, либо я чего-то о нём не знаю.

— Чего-то ты какой-то непробиваемый. В учебке замотивировали?

— Да нет… — мотнул головой парень. — Рассказали кое-чего. Такое, что нарочно не придумаешь.