Ксенолог с пересадочной станции - Аксюта Янсен

Краус. — Никто не спорит. Однако когда день за днём видишь человека, махающего тряпкой или перемывающего пробирки, или совершающего любую другую бессмысленную работу подспудно создаётся впечатление, что ни на что другое он не способен.

— Это потому, что вы без воображения подошли к трудоустройству переселенцев. У меня в отделе подобных проблем нет.

— А у меня нет времени заниматься выдумками, мне работать надо!

— У меня тоже нет, — вставила Диана Химм, но далеко не так самодовольно, как предыдущий оратор. — И здесь, скорее всего, сказывается специфика работы наших отделов. В Службе Сопровождения выходцы с Непры и Лидры на своём месте. Во всяком случае, они намного лучше понимают нужды и образ мыслей своих соплеменников, чем земляне, хотя до работы с инопланетниками я бы их, конечно, не допустила.

— Вот именно, давайте разберёмся, почему в некоторых Отделах они могут работать по специальности, а в некоторых нет, — вставил Люп Дегир, кажется, первый раз за разговор. — И ещё раз повторюсь, нам всё равно придётся мириться с выходцами с планет расселения, и потому неплохо было бы, чтобы они всё-таки стали полезны Станции. В самом крайнем случае некоторых, совершенно неприспособляемых можно будет отправить назад, но будьте готовы к тому, что их заменят такими же.

— Согласен, пусть мне пришлют таких же, но обладающих хотя бы каким-то медицинским образованием, — это опять главврач, для которого проблема дополнительного персонала стояла наиболее остро.

— А у них его нет?

Райнер Краус невесело хмыкнул.

— Предлагаю вам, коллеги, вспомнить, у кого и сколько имплантов и в каком возрасте поставлены. Наверняка ведь у всех к началу обучения специальности стояло хотя бы по одному.

— К чему это вы?

— К тому, что эта технология до планет расселения пока не добралась и присланные мне специалисты либо имеют какие-то начальные медицинские знания, но не в состоянии их применять в условиях современной клиники, либо способны управляться с медтехникой, но морально устаревшей. И если первых мы можем чему-то дообучить и приставить к полезной несложной работе, то найти вторым работу по специальности вообще не представляется возможным. А есть ведь люди, не имеющие вообще никакого специального образования.

— У меня те же проблемы, — вставил начальник Технического отдела, — разве что в нашу службу попали в основном работники второй категории, если пользоваться вашей классификацией.

— Насколько реально провести курсы переквалификации? — Люп Дегир объединил взглядом начальников двух самых проблемных отделов.

— Теоретически возможно, — Райнер пожал плечами и чуть склонил вперёд голову, увенчанную короткими тупыми рожками. — Но на моих ребят и так ложится немалая нагрузка, чтобы ещё и в свободное время общественной работой заниматься.

Ну да, это же я могу спокойно заниматься «натаскиванием» Эвы. А вот если бы мне пришлось работать, хотя бы в том режиме, что на земной станции? Ой-ёй-ёй.

— А если учредить что-то вроде шефства над новичками и сделать его оплачиваемым? — продолжал Дегир. — Что скажете, Гор?

Начальник Коммерческого отдела оправил и без того безукоризненный воротничок:

— Финансы на это мы вполне можем изыскать. Тем более что большая часть дополнительных прибылей к нам поступает именно черед медцентр. Со своей стороны хочу заметить, что в настоящее время у нас почти не развит сектор мелкого предпринимательства. Все эти лавочки, магазинчики, ресторанчики и прочие развлекательные заведения. Что если отдать этот сектор на откуп вашим «лишним людям»?

— Идея неплоха, — после секундного раздумья согласился Дегир, синие камешки в его удлиненных мочках качнулись в такт кивку. — Но эти люди были не просто приписаны к станции, а распределены по конкретным Службам.

— Я согласен, чтобы у меня в ведомстве числилось любое количество мёртвых душ, — поднял вверх раскрытые ладони Микин начальник, — лишь бы они под ногами не путались.

Я сидела и ловила себя на том, что разговор оказался далеко не так скучен, как мне это представлялось. Финансы, их распределение и прочие взаимоотношения руководящего звена… Одно только мне сильно не понравилось: ведь если всё-таки введут этот патронаж, какая-нибудь девица обязательно будет висеть на моём Мике, теперь уже на законных основаниях.

Глава 7

— Зайди ко мне. Здесь есть кое-что, на что тебе стоит посмотреть.

И пусть эта фраза была обращена не ко мне, но даже у меня что-то сжалось под ложечкой от предчувствия чего-то необычного. А уж с каким выражение лица воззрился на драконью морду, проявившуюся на настенном экране в нашей комнате Микаэль — это просто не передать.

— Я так понимаю, поисково-разведывательная операция наконец-то принесла результаты? — задала я почти риторический вопрос.

— У тебя сейчас есть свободное время? — ответил он вопросом на вопрос.

Я пожала плечами — время у меня, конечно же, было. И так-то необременительные обязанности (что такое два-три клиента в сутки против нескольких сотен на прежнем месте) после того как я освоила дистанционную работу, стали и вовсе неощутимыми. Данные из диспетчерской я получала прямо на браслет-напульсник, с него же отправляла готовые файлы соответствующим службам, а вся необходимая информация у меня всегда при себе — на импланте и обычной органической памяти. Это не означает, что я перестала переворачивать горы ксенологической литературы, но это уже так, больше для собственного удовольствия, чем по служебной надобности. И если бы не необходимость время от времени загружать работой помощницу и заниматься с ней, я бы в собственном кабинете могла неделями не появляться. Всё-таки когда сам себе начальник — это несколько дезорганизует. От избытка свободного времени я даже вновь принялась за изрядно подзабытую в суете переезда вышивку.

— Прямо сейчас хочешь отправиться? — я откусила шёлковую нитку. Вообще-то считается что так делать нехорошо и дня обрезания концов существуют ножницы… Ай, пока их нащупаешь, зубами проще.

— Если бы это не было срочно, Ненни-Ро не стала бы звонить и делать туманные намёки — сама нашла бы меня или тебя и толком рассказала, что случилось.

Да, наша чешуйчатая подружка конспираторша ещё та, ни слова не скажет о чём-то важном вне своей берлоги. Не доверяет ни стенам, у которых могут быть уши, ни, тем более, человеческим средствам связи. И, как правило, не имеет привычки беспокоить приятелей по пустякам, так что собрались мы в рекордное время.

Как назло, на ближайшей стоянке не оказалось ни одной свободной авиетки. И всё бы ничего, да ближайшая