Ксенолог с пересадочной станции - Аксюта Янсен

к драконьей пещере остановка монорельса была как раз возле клиники, а это, как минимум, означало, что доберёмся мы не так быстро как рассчитывали. Нет, не потому, что от медцентра до жилища Ненни-Ро так уж далеко идти, просто нам ещё ни разу не удалось очутиться в окрестностях клиники, и чтобы Мика хоть кто-нибудь не окликнул и не втянул в профессиональный разговор. Этот раз не стал исключением. Стоило нам только показаться из двухместной кабинки монорельса, как кто-то уже машет рукой и кричит:

— Доктор Микаэль, как хорошо, что вы здесь появились! Можно вас на минуточку?

Я без разговоров выпустила Микин локоть и даже слегка подтолкнула в нужную сторону. Пару минут могу и подождать, тем более что невдалеке на парковой скамеечке, почти утонувшей в цветущей сирени, увидела высветленную до белизны фигуру. Так может выглядеть либо альбинос (аномалия уже несколько веков в человеческом геноме не встречавшаяся) либо «хамелеон» в своей исходной форме, да к тому же закутанный в белую больничную пижаму.

— Привет, — я присела рядышком и уложила хвост на колени, Лай лениво повернул голову в мою сторону. — Не ожидала тебя здесь увидеть, думала, ты ещё позавчера домой сбежал.

— Меня не пустили, — такого капризного тона я у него ещё ни разу не слышала. — А разве твой любовник тебе ни о чём не рассказывал?

Такое именование слегка резануло по уху, но я решила не обострять, так как ещё в прошлый раз заметила, что они с Миком друг другу не понравились.

— Кроме того, что «нельзя же доводить до такого состояния свой организм», он мне ничего не говорил.

— Мне сказали примерно то же самое, — Лай тяжело вздохнул и вновь уставился в полуденный сияющий купол.

— Да ну, брось киснуть, — я как могла, постаралась подбодрить приятеля. — Есть ли тебе разница, в какой больнице лежать, здесь или на Земле? К тому же здесь та-акие медсестрички бегают, — и игриво толкнула приятеля в бок.

— Разница есть, — он для пущей убедительности размашисто кивнул. — Там бы меня быстренько подлатали, а здесь приходится долго и нудно проходить какой-то подготовительный этап. И если ты думаешь, что эти ваши медсестрички (кстати, они у вас здесь что, что-то вроде местной достопримечательности?) так уж на меня клюют, то зря, они как-то предпочитают тех, кто выглядит более привычным для них образом. Хотя заботятся, конечно, неплохо.

— Так перелинял бы! — я не поняла в чём тут может быть проблема, для «хамелеона»-то.

— Нельзя. Строго-настрого запретили. В своих странствиях я слегка перенапряг эту функцию, да и сам уже начал чувствовать, что изменение цвета требует ощутимого напряжения. Так что… — он скривился, как будто разом прожевал пол лимона, и выразительно наморщил нос.

— А зачем тебе это понадобилось? Я имею в виду, ты же что не пытался мимикрировать под местное население, — разговор начал приобретать благопристойно-познавательный оттенок.

— Ну что ты, ради такого я не стал бы напрягаться. Просто в какой-то момент начал замечать, что определённые сочетания цвета кожи и волос помогают лучше переносить местные условия. И делать это приходилось очень часто. Ох, и набегался я, — он покачал головой, как бы сам себе удивляясь, — так что на ближайшие годы планирую осесть где-нибудь в тихом местечке, заняться мемуарами. Кстати, у тебя здесь, на станции, открытой вакансии не предвидится? Я имею ввиду, после. После того, как меня подлатают.

— Сомнительно, — я пожала плечами. — Мне и одной здесь пока особенно заняться не чем.

— Как наши дела? Как самочувствие? — за нашими спинами внезапно материализовался Мика.

— Всё путём, док, — ненатурально улыбнулся Лайам.

— Отлично. Не забываете принимать биопротекторы по расписанию и не переусердствуйте с нагрузками, — почти автоматически произнёс Мика и повернулся ко мне. — Срочно нужно исчезать отсюда, пока у кого-нибудь что-нибудь ко мне не появилось.

— Манкируете обязанностями, док? — расслабленно улыбнулся Лай.

— Почти.

— Что им от тебя было нужно? — спросила я, стоило нам пройти первые три шага.

— Торопили определиться с выбором кандидатуры подопечного, над которым я возьму шефство.

— И как, определился? — с некоторым душевным содроганием спросила я. Молоденьких симпатичных девушек при клинике крутилось предостаточно, а делить моего Мика с какой-нибудь старлеткой страшно не хотелось.

— А как же, — он улыбнулся с некоторым злорадством. — Попробую обучить Джеда Карсона кое-каким приёмам обращения с современной техникой. Не всё же ему тележки вручную толкать.

Я недоумённо нахмурилась: кто такой Джед Карсон и при чём тут тележки? А потом словно что-то щёлкнуло, в мозгах наступило просветление, и я вспомнила первого из встретившихся нам жителя планет расселения.

— А разве вас не обязали проводить ликбез строго по специальности?

— А как же! — Мика всё ещё продолжал улыбаться, и на левой щеке у него появилась маленькая симпатичная ямочка. — Вот только специальность у меня хитро-мудро-выкрученная. Я много кем работать могу. А уж на то, чтобы просто обучить пользоваться кое-какой техникой, много таланта не надо. Даже ты справилась бы.

— Меня умиляет твоя вера в мои силы, — я в притворном восторге закатила глаза. — А всё же, почему ты не взял никого из своих?

— Возни с ними много, — выражение весёлого азарта сошло с Микиного лица, он стал серьёзен и даже как-то печален. — И я вообще не слишком верю, что вот так, путём ускоренных курсов можно обучить нашему делу. Да, что-то где-то делать они будут, но без полного понимания процесса и всегда под чужим контролем. В любом случае, пациента я такому специалисту не доверил бы.

— Кстати, о пациентах, — решила я перевести тему разговора на более безобидный предмет. — Я думала Лайам рванёт на Землю, как только билет купит, и никакие уговоры не помогут задержать его хоть на денёк.

— Он и собирался. Да мы не пустили.

— Как это можно куда-то не пустить взрослого самостоятельного человека?

— А вот так. Признали частично временно недееспособным и приступили к комплексу реабилитационных процедур. Да не смотри ты на меня с таким ужасом. Он действительно неадекватно оценивает свои силы и состояние своего организма. Ему всё ещё кажется, что он способен бесконечно перемещаться от мира к миру, а на самом деле находится на грани. Ещё чуть-чуть, и начнутся необратимые изменения.