Путь Стратега 9. РеалРТС - Луций Корнелий

относительно каналов и русла реки. В некоторых местах растения только начинали наливаться зеленью, в других цвели, в третьих уже можно было собирать плоды. Удивительное место.

И ещё более удивительным было то, что шаддинцы даже не попытались всё это уничтожить. Возможно, просто рука не поднялась. Или же они рассчитывали после победы вернуться сюда. А может просто устали жечь собственные земли. Я уже неоднократно замечал, что их рейдовые группы действуют куда менее инициативным чем раньше.

— После победы здесь будут наделы раздавать? — интересовался на привале Ган Тарион. — Я вообще у Столицы хотел, но тут тоже хорошо.

В воздухе витал густой, пряный аромат трав и спелых плодов, смешанный с запахом влажной земли. Пускай некоторые огороды уже начали увядать без регулярного орошения, но многие всё ещё прекрасно себя чувствовали. Продуманная система подачи воды по десяткам больших и бесчисленному количеству малых каналов имела некоторую долю автоматизации. За несколько недель не засорилась. Каналы пронизывали поля, неся живительную влагу туда, где она была нужнее всего.

Вдоль берегов обезлюдевших ирригационных каналов величаво расхаживали цапли. На относительно крупных водоемах цвели белые и голубые кувшинки. Отрастал тростник, срезанный крестьянами для свои нужды. От укороченных пожелтевших стеблей уже тянулись к синим небесам нежно-зелёные побеги.

Чуть поодаль от водных артерий высились аккуратные амбары и зернохранилища, сложенные из обожжённого кирпича. Рядом с ними виднелись дома крестьян с плоскими крышами, на которых сушились связки трав. Не виллы имперских патрициев, но вполне себе добротные здания, местами даже украшенные простыми барельефами, мозаиками, статуями священных животных и язатов.

Поля сменялись садами, где среди густой листвы скрывались от палящего солнца гроздья спелого винограда и тяжёлые плоды смоковниц. Вдоль дорожек между грядками сновали пчёлы, собирая нектар. Местные ульи имели странный для меня облик.

Они представляли собой горизонтальные глиняные цилиндры, которые укладывали рядами друг на друга, формируя конструкцию в виде усеченной пирамиды. Такие пчелиные небоскрёбы могли насчитывать насчитывать несколько сотен секций.

Там, где рука человека ещё не изменила природный ландшафт, в высокой траве тихо стрекотали цикады, а кустарники служили убежищем множества мелких птиц и животных.

Кроме водных артерий, обеспечивающих плодородие полей, у возделываемых шаддинцами земель имелся также внешний периметр защиты. Рощи тамариска и акаций служили естественной границей между обитаемыми регионами и засушливыми полупустынями. Мичурин бы одобрил. Возможно, аграрные познания местного населения не имели под собой твёрдой научной основы, однако опыт поколений выстрадал самые оптимальные способы выживания и даже процветания под лучами жаркого восточного солнца.

Часто человека называют покорителем природы. Этаким завоевателем и даже тираном, который топором прорубает себе дорогу через заповедные леса. В моем прошлом мире куча экоактивистов эксплуатировали подобную повестку. Посмотрели бы они на окружавшие меня сейчас земли! Здесь человек не завоёвывал, а трудом и заботой создавал жизнь в когда-то засушливом, пустом регионе.

Плодородное сердце Шадда…

Благословенные земли, ставшие основой древней цивилизации. Тысячи всадников в лучшей броне, стрелы, способные затмить лучи солнца, гигантские статуи, храмы-цитадели — все они начались здесь. Питались жизнью плодородных регионов. Без этого никакая магия жрецов и никакие реликты времен Эагиса не смогли бы основать царство такого невероятного масштаба.

Шадд сумел возродиться, бросить вызов господству Рега… но теперь в войне случился перелом. Имперские когорты возвращались в самое сердце древнего царства. Однако шаддинцы пока не сдавались. Они собирали войска для решающего боя.

Армию последней надежды.

Спустя три дня после взятия Ри-Нагата наша разведка достигла районов комплектации этого воинства.

Сначала разведка птицами и гарпиями издалека зафиксировала первые вражеские форпосты. Из-за нашей привычки кошмарить лёгкую кавалерию летающими монстрами, шаддинцы вместо разъездов конницы решили использовать систему из множества стационарных дозоров.

Соглядатаи занимали дома, башни, любые высокие строения. Где-то дежурила парочка ополченцев, в других местах присутствовали целые гарнизоны из нескольких сотен воинов. Противник словно бы раскинул по территории сеть из дозоров. Её задачей было не обороняться, а только лишь фиксировать наше продвижение. Информация сейчас ценилась на вес золота.

Обе стороны теперь будут пытаться отследить маневры врага, чтобы выбрать идеальные место и время для решающей битвы. Один раз Ксерион уже прокололся на том, что слишком поспешил. Думаю, сейчас он проявит все доступное ему терпение. Слишком много поставлено на кон.

Империя страстно желала вернуть под свой контроль сокровище плодородных земель Шадда. И если это у нас получится, то кровь многих мятежников заполнит ирригационные каналы. Пускай я лично был готов проявить милосердие, однако слишком много зла было совершено с обеих сторон, чтобы просто всё забыть.

Поэтому армия последней надежды уже собралась в огромном лагере в нескольких километрах от стен Садестана. Масштаб вражеского войска поражал. Даже после пары беглых взглядов на это бесконечное море шатров и палаток стало ясно, Ксерион решил побить все рекорды последних лет.

Оно и понятно. Ставки высоки, но дело не только в этом. Два предыдущих масштабных сражения с шаддинцами, в которых я участвовал, проходили в степях. Противник был серьёзным образом ограничен снабжением. А что сейчас? Мы добрались буквально до центра Шадда. Ресурсов вокруг полно. Стягивая провизию с округи и распечатывая царские кладовые можно прокормить воистину огромную рать. Именно такая собралась защищать от нас столицу Ксериона.

Интересно, но враг не особенно пытался сражаться с нами за небеса. Гарпии, птицы и даже грифоны не встречали серьезного сопровождения пока вели разведку.

С высоты ясных небес нам открывались объёмы проделанной врагом колоссальной работы. Помимо уже существовавших дорог и мостов образовалось ещё множество путей. Сетью кровеносных сосудов они оплели громадное тело шаддинской армии.

Бесчисленные обозные телеги, вьючные ослы и даже пешие носильщики стекались к центру с грузами, чтобы затем уже пустыми вернуться к периферии. Все подходящие конструкции в округе были разобраны на нужды армии. Это уже не являлось тактикой выжженной земли. Чисто утилитарная деятельность по поддержанию существования огромного войска.

Боги…

Шаддинцы даже выкопали дополнительные каналы, чтобы распределять воду среди бойцов и лошадей.

Помимо путей снабжения были созданы простые, но вполне эффективные линии обороны. Валы, рвы, укрепления, опирающиеся на ирригационные каналы. Вряд ли противник будет слишком цепляться за них, но постарается отдать позиции подороже, если мы дадим ему такую возможность.

Весь этот огромный труд обеспечивал грандиозное войско. Спустя только несколько дней наблюдения нам удалось оценить его масштаб.

Кочевая конница: