Фантастика 2026-4 - Артемий Скабер

— Помогите, — прохрипел, смотря в пустоту. — Прошу…

Мужчина средних лет, с честным лицом и добрыми глазами. Я уже думал спрыгнуть и дать ему лечилку, достал её из пространственного кольца. Мгновение, и он умер от потери крови.

Мы двинулись дальше. Исследовали служебные помещения, склады, технические отсеки. Везде одна и та же картина: трупы, разрушения, следы спешного обыска. В одном из отсеков обнаружил интересную вещь — деревянный ящик с надписью «Парашюты». Но внутри было пусто. Воры забрали всё снаряжение для экстренного покидания дирижабля. Умно. Теперь никто из пассажиров не сможет спастись прыжком, все привязаны к судьбе корабля. Либо долетят до места назначения, либо умрут вместе с дирижаблем.

Мы вернулись в носовую часть воздушного судна. Трупы команды уже утащили, остались лишь следы на полу.

За штурвалом сидел один из бандитов — мужчина средних лет, с грубым лицом и мозолистыми руками. Явно не аристократ, в отличие от Клауса. Обычный уголовник, привыкший к грязной работе. Он пытался разобраться в приборах, но получалось плохо. Крутил рычаги наугад, тыкал кнопки без понимания. Дирижабль летел, но управление было хаотичным.

— Чёрт возьми! — бормотал пилот-самоучка. — Как эта штука работает?

Компас показывал северо-восток, высотомер — три тысячи метров. Скорость — в три раза выше обычной. Дирижабль летел на пределе возможностей.

Я наблюдал за ним полчаса. Мужик действительно не понимал, что делает. Держал курс приблизительно, полагаясь на компас и звёзды. Но это не могло продолжаться долго.

Потом в рубку вошёл Клаус, с ним ещё несколько воров. Лица у всех были серьёзными. Видимо, обсуждали что-то важное.

— Ты ускорился? — спросил он у временного капитана.

— Да! — кивнул мужик за штурвалом. — У нас скорость в три раза больше стандартной.

— Когда мы будем на месте? — уточнил Клаус.

— Через тринадцать часов.

— Хорошо. Потом летим дальше.

Дальше? Значит, пункт назначения — не конечная точка, воры планируют ещё один перелёт. Куда? Зачем?

Я слушал дальше. За почти двадцать минут узнал кое-что интересное. Оказывается, вся столица перекрыта наёмниками, меня ждут везде. Каждый поезд проверяют, машины досматривают, и вот дирижабли тоже.

На каждой точке своя группа наёмников. Ограбление — это экспромт Клауса. Он ждал, что я прибуду сюда и меня схватят, но в списках никого не оказалось. Проверили всех на вокзале артефактом, который показывает изменение внешности. Даже тут предмет для поиска драгоценностей изучал изменённые ауры.

Серьёзно за меня взялись, миллиард как-никак на кону. Желающих много, а я один. Поморщился и посмотрел на свои руки. Интересно. Значит, мой способ смены облика действительно особенный, артефакты его не распознают. Это может пригодиться в будущем.

— Проверили пассажиров, — докладывал один из воров. — Никого подозрительного. Не обнаружены изменения внешности или ауры.

— Уверен? — спросил Клаус.

— Абсолютно! Либо он ещё в городе, либо уже сбежал другим путём. Вариантов у него масса.

— Или умер, — добавил третий. — Может, кто-то из конкурентов достал.

Клаус покачал головой.

— Нет. Этот живуч, как таракан. Где-то прячется.

Я слушал дальше. Раз план провалился — это они поняли ещё на вокзале, когда проверили всех, — но вежливый вор не собирался уходить с пустыми руками. Взял в заложники богатых людей и дирижабль. Его они собираются продать монголам за очень хорошую стоимость. Плюс собрали денег и драгоценностей на пятьдесят миллионов. В сумме выйдет почти триста. Не миллиард за мою голову, но хоть что-то. Да уж, хорошо работают наёмники, если им щедро платить.

— Монголы дадут за дирижабль двести миллионов, — говорил Клаус. — Плюс заложники — важные люди столицы, хороший торговый материал.

— А если они попытаются нас обмануть? — спросил один из воров.

— Не попытаются. У меня есть договорённости, старые связи ещё с тех времён, когда я служил в дипломатическом корпусе.

Надеюсь, у Булкина и Сюсюкина не возникнет проблем с возвращением домой. Если за меня так взялись, вдруг и моего партнёра решат взять в оборот.

Слушал дальше. Рот постепенно приоткрывался. Выходит, мы не летим ни в какой Томск, а сразу к монголам.

— Курс на монгольскую границу, — приказал Клаус.

Если я правильно понял карты и маршрут, то будем проходить над Енисейском. И тут возникают несколько вопросов. Первый — что делать с дирижаблем?

Оставить его монголам? Зачем он им, кстати? В идеале проще разрушить. Вот только это не так-то просто, помрём и мы с Дроздом. Захват? Тогда придётся положить всех, но взрывчатка… Клаус не блефует. Попытка захватить корабль закончится взрывом. Либо нам с Дроздом спрыгивать и двигаться дальше. Заложников продадут монголам, важные люди из столицы станут хорошим поводом для переговоров.

Ладно, пока выбираем план, когда мы с капитаном сваливаем. Задержался немного в рубке управления. Хоть я не специалист, пришлось напрячь мозги: маршрут, скорость, время.

Карта на стене показывала весь маршрут. Красная линия вела от столицы через Енисейск к монгольской границе. Расстояние огромное, даже на максимальной скорости полёт займёт больше десяти часов. Кажется, я высчитал нужное нам время, плюс-минус. Через десять часов нам придётся покинуть дирижабль.

Направился дальше гулять. Искал парашюты, и их тут не оказалось. Все склады пусты. Воры действительно забрали всё снаряжение, предусмотрительные ублюдки. Сука!

Глянул вниз через иллюминатор. Как нам прыгать? Там расстилалась темнота. Редкие огоньки деревень терялись в чёрной бездне, высота была огромной. Падение займёт минуты — достаточно времени, чтобы полностью осознать приближающуюся смерть. Но выбора нет. Оставаться на дирижабле — значит, лететь к монголам, а там меня ждёт плен или смерть. Вот тебе и прогулочка. А я ведь хотел насладиться полётом, перевести дух. Хрен мне на весь макияж.

Вернулся к туалету. Спрыгнул с паучка, кольцо вернул обратно на его спину. Мы направились в зал.

— Где ты был? — спросил у меня вор. — Почему так долго?

Тот самый, который пинал в живот. Садист с мерзкой улыбкой. Видимо, скучал без возможности причинить кому-то боль.

— Несварение, — опустил я голову. — Плохо мне. Укачивает.

— Я тебя сейчас, сопляк, укачаю! — с ноги ударил в живот.

Отлетел к стене и ударился головой. Тут же поднял руку, чтобы Дрозд не дёргался.

Ничего, тварь, я тебя запомнил. Больно вообще-то… Дыхание сбилось, рёбра ныли. Этот удар был сильнее предыдущего. Вор вкладывал в него всю злобу и желание