Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

В итоге японка отпустила.

Юнец глубоко вдохнул после удушающего, будто вынырнул с воды на поверхность, качнулся, оправил халат двумя руками, особенно тщательно спереди по низу, затем затянул хвост волос, и повернулся к Шизуке, весь красный, как майский закат над Шичахаем.

— Это… — сказал он еле слышно. — Это… крутой приём!

— Правда? — невинно спросила Шизука, сложив руки за спиной и покачиваясь с пяток на носок. Комплиментик ура! Ещё и качнула сисяндрами, мол вот к этому достоянию Японии ты только что прикасался!

— Очень крутой! Очень-очень-очень! — трепетал краснющий Сань Сан.

— Вот как, — улыбалась Шизука, — А лучше, чем у госпожи Мэй?

И в дворике стало тихо.

Да это ж классическая бабья провокация!

При чём Шизука сама чертыхнулась! Зачем она спросила ЭТО! Да оно само вырвалось!

Мэй ПОСМОТРЕЛА на неё с ТАКИМ ровным выражением лица, с каким куноити убивают, ну или ведут с младшими ОЧЕНЬ долгую воспитательную беседу без свидетелей. Однако, она не вмешалась — сама ждала, что ответит мальчишка.

Сань Сан подумал секунду и тем же растерянным голосом, каким нёс всю утреннюю чепуху, честно ответил:

— Нет. У госпожи Мэй лучше.

Шизука надула губы. Получилось так натурально и так комично, что Мэй на секунду перестала на неё сердиться, потому что обижаться на Шизуку с надутыми губами было невозможно.

— Вот блин, — сказала Шизука. — А я так старалась! Даже потёрлась! Господин Сань Сан, вы меня обижаете. Может, мне ещё какой-нибудь приёмчик показать? У меня вот есть ещё один, он называется «удушение бёдрами». Давайте я сяду на вас сверху и… ну, в общем, остальное вам в вашей деревне лучше не рассказывать, да и ваша матушка не одобрит. Но показать могу. Вон колодец удобный, я могу сесть на крышку, вы подойдёте, и…

— Шизука, — сказала Мэй.

— Чегошеньки?

— Достаточно.

— Ну госпожа Мэй! Я же по-доброму! Господин Сань Сан, ну скажите ей, что вам будет полезно!

КОНЕЧНО ПОЛЗЕНО! Хотел он прокричать на весь Пекин. Но ответил скромно иное:

— Госпожа Шизука, — выговорил он. — Боюсь, третий приёмчик я не переживу. Матушка предупреждала, что в Пекине женщины бойкие, но я не думал, что настолько. У меня ж в груди до сих пор всё колотится. И в горле горит. И ещё кое-где, но об этом, простите, вслух не буду.

Шизука прыснула через нос, как девчонка-подросток.

— Ох, Сань Сан, ну ты прелесть! Всё у тебя «там» в порядке, я тебе как женщина говорю. У тебя там даже очень в порядке, я ж видела. Тебе бы жену хорошую, чтобы она тебе там по утрам кое-чего делала, и был бы ты счастливый человек.

— Шизука! — Мэй повысила голос.

— Молчу. Всё. Молчу.

Мэй посмотрела на юношу.

— Господин Сань Сан, нам с Шизукой пора. Матушка действительно начнёт беспокоиться, если я сегодня задержусь дольше. Пора прощаться.

Тот моргнул, будто не ожидал такой скорой разлуки, но понимающе кивнул.

— Понимаю. Спасибо вам за это утро. Я никогда его не забуду. Самый хороший день в моей жизни в Пекине.

— Как и в моей тоже, господин Сань Сан, — тихо ответила Мэй.

Он поклонился им обеим — три раза, очень глубоко.

— Прощайте, госпожа Мэй. Прощайте, госпожа Шизука.

— Прощайте, господин Сань Сан, — ответила Мэй.

— Прощай, красавчик, — ухмыльнулась Шизука. — И купи себе нормальные тапки. И помни: если на тебя сзади напала девушка — не вырывайся сразу. Может, ей просто грустно.

— Шизука, — проворчала устало Мэй.

— Молчу.

— Запомнил, госпожа Шизука, я… я пошёл, — кивнул Сань Сан и, захватив тубус, первым побрёл на выход со двора.

Мэй и Шизука смотрели ему вслед.

— Уф, а он всё-таки милаш и горячий.

— Шизука.

— Что? Его ж, наверное, дома никто не тискает, а жаль, такой хорошенький, я бы его…

— Шизука, помолчи.

— Ну, всё-всё, молчу.

А Сань Сан, выйдя в переулок, побрёл к центру города, ухмыляясь. Выбросил накладные усы, после — и тубус, хрустнул шеей и закинул в рот пару орешков и устало вздохнул, однако с кривой ухмылочкой:

— Ну вот, птички помечены. Осталось только добраться до их курятника, хе-хе…

Примечание: следующая обнова будет — две главы, а то вы меня прибьёте, если я скину одну с тем моментом, где она закончится xD так что, пожалуйста, дайте мне времени подготовить сразу ДВЕ главы)

Глава 6

Сад у Шичахая.

Пекинский особняк Лорда Шэня располагался у самого озера Шичахай, в тихой северо-западной части квартала Хоухай, где богатые столичные чиновники строили загородные резиденции ещё при династии Цин, с тех пор за полтора столетия ничего не изменилось — этот район всё также считался элитным. Сам особняк походил на императорский дворец. Высокая глухая стена из серого кирпича, ворота с лакированной красной створкой, во дворе — три ряда камней-чжушань, привезённых с озера Тайху. За первым двором — плодоносные сады, разные постройки прислуги, погреба, склады, далее — второй, с уже изысканным декоративным садом, цветами, прудом, где плавали красные карпы. Тут стоял шикарнейший красный павильон, открытый со всех сторон лёгкими бамбуковыми ширмами, с черепичной крышей, загнутой по краям, дабы дождь стекал с неё четырьмя ручьями в бронзовые чаши по углам, от чего создавался приятный звон, которым наслаждались богатые гости, что приезжали к Шэню.

На улице свечерело, стало прохладно. Над прудом запищали комары, но две служанки встали на борьбу с ними с бамбуковыми палками, к концам которых были прицеплены пучки полыни, и неспешно ходили вдоль берега, отгоняя кровососущих от павильона. Помимо такой нехитрой защиты, ещё подожгли пучки полыни в курильницах, чтобы точно ни один комар не добрался до гостей. Конечно, хозяин мог активировать ауру Лорда и сжечь их всех к чертям, но аристократы так не делали, да и зачем ему прислуга, если он будет делать всё за них? Тем более девицы с бамбуковыми палками, испещряющие дым, смотрелись изысканно, роскошно. К тому же, Шэнь подбирал всегда самых красивых китаянок, в этом его чувство вкуса было