Фантастика 2027-127 - Геннадий Борчанинов

где Элариан? — спросила Мира, угрюмо оглядывая двор. Было подозрение, что он ей нравится, но об этом, конечно же, все тактично молчали. — Он же обещал приехать!  

— Он приедет, — ответила Фрея, которая как раз вышла из своего экипажа, прибывшего следом и подходила к общей компании. — Но чуть позже. У него дела в столице. 

— Знаем мы эти его холостяцкие дела, — хмыкнула Галина. — Небось опять в лаборатории пропадает. 

— Он артефактор, — напомнила Фрея. — Ученые они такие ученые. 

Из-за спины матери выпорхнула Ялория, которую все называли просто Лорой. Ей было пятнадцать, и она была копией матери — такая же острая на язык, такая же рыжая и такая же непоседливая. 

— Мама, — заявила Лора, оглядываясь по сторонам, — если этот зануда опять будет рассказывать про свои артефакты, я сбегу. 

— Сбежишь? — переспросил Дариан, наконец победивший многочисленные пакеты с подарками, которые торжественно доверила ему нести его драгоценная супруга. 

— Сбегу в сад, — уточнила Лора. — Там в пруду были рыбки. 

— Ну-ну, — усмехнулась рыжая ведьма, — посмотрим, как ты запоешь, когда увидишь, кто еще приехал. 

Лора не успела уточнить, потому что во двор вошли новые гости. Марианна с Аластором вышли из экипажа с грацией, достойной королевской семьи, хотя от королевской семьи у них были только связи и характер. 

— Девочки! — крикнула Марианна, забыв про мужа и бросилась обнимать подруг. — Я так по вам соскучилась! Вы выглядите…

— Старыми? — уточнила Паулина. 

— Замечательно! — закончила Марианна. — Я хотела сказать — замечательно! 

Пока девушки обменивались последними новостями, их сыновья присоединились к остальным. 

Грегори, старший сын Марианны и Аластора, которому было уже семнадцать, выглядел так, будто сошел с обложки глянцевого журнала: серьезный, подтянутый, с легкой хмуростью на лице, как у отца, которая, впрочем, моментально исчезла, когда он увидел Лору. 

Лора же, которая за секунду до этого собиралась сбежать в сад общаться с рыбками, вдруг застыла на месте, скромно потупив взгляд. Чем заставила своего отца волноваться. 

— Оу, — сказала Марианна, краем глаза заметившая эту немую сцену. 

— Угу, — согласилась Фрея. 

— Что? — не понял Аластор.  

— Ничего, — хором ответили жены. — Мужчинам не понять. 

Второй сын четы Дракморов, Ксандр, которому едва исполнилось десять, держался рядом с братом с важностью, которая в его возрасте выглядела умилительно. Он был светловолосым и голубоглазым — вылитая мать, и в отличие от серьезного Грегори, улыбался так, что для него хотелось купить все игрушки в мире. 

— А где подарки? — спросил мальчик, осматриваясь. — Мне обещали подарки. 

— Подарки будут, — пообещал Герард, спускаясь во двор. — Если ты перестанешь кадрить мою дочь. 

Ксандр хотел было возмутиться, но тут же посмотрел в сторону, где стояла София Блэкторн — дочь короля, девушка с темными волосами и серьезными глазами, которая пыталась делать вид, что не замечает пристального взгляда десятилетнего мальчика. 

— Я не кадрю, — обиженно сказал Ксандр. — Я просто... уточняю. 

— Уточняешь? — переспросил Герард. 

— Уточняю, как у нее дела. 

Софи покраснела. Ксандр подошел к ней с таким видом, будто собирался сделать ей предложение, и галантно протянул руку: 

— Позвольте, леди, я провожу вас в сад. Там, говорят, розы расцвели. 

София, которая была старше на три года и выше на полголовы, посмотрела на протянутую руку, потом на мальчика, потом на родителей, которые с трудом скрывали улыбки, и, вздохнув, вложила свою ладонь в его. 

— Проводи, — сказала она. — Но если ты опять начнешь рассказывать, как победил в шахматы старшего брата, я уйду. 

— Я не буду про шахматы! — пообещал Ксандр. — Я буду про розы. И про то, какие у вас красивые глаза.

Герард, который слышал этот разговор, схватился за сердце. 

— Паулина, — прошептал он жене. — Ему всего десять, а он уже… 

— А он уже выбрал себе великолепную спутницу, — спокойно заметила Марианна. — Удобряет почву на будущее, так сказать.  

— Весь в мать, — беззлобно фыркнул Аластор. 

Мари лишь пожала плечами, давая понять, что она бессильна против генетики. 

Обед накрыли в большой столовой, но ждали не только Элариана. В дверях появился церемониймейстер с видом человека, который вот-вот лишится голоса. 

— Его сиятельство граф Эдвин Блэквуд с сестрой, — объявил он. 

В зал вошел граф Блэквуд — тот самый, который когда-то сыграл большую роль в жизни Марианны и который за пятнадцать лет ничуть не изменился, разве что в висках появилась благородная седина. 

За ним следовала девушка лет двадцати пяти, с темными волосами, собранными в изящную прическу, и спокойными серыми глазами, которые смотрели на мир с легким любопытством.

— Эдвин! — воскликнула Мари. — А мы думали, вы не приедете!

— Как можно пропустить такой праздник? — улыбнулся Блэквуд. — Тем более, я обещал. 

— Представите нам свою сестру? — спросила Паулина, с интересом рассматривая девушку.

— Моя младшая, — кивнул Блэквуд. — Агата. Она недавно вернулась из путешествия и решила, что ей нужно расширять круг знакомств. 

Девушка сделала реверанс, и в этот момент в дверях появился опоздавший Элариан Грейфилд. Он вошел в зал с видом человека, который только что вышел из лаборатории и забыл переодеться. На нем был дорожный плащ, в руках он держал какой-то странный прибор, а на плече сидел световой дракончик. 

— Простите, — сказал он, оглядываясь. — Эксперимент затянулся. 

— Эксперимент? — переспросил Дариан, который уже открыл рот, чтобы отчитать сына. 

— Магический стабилизатор, — пояснил Элариан, пожимая плечами. — Прекрасно работает, кстати. 

Он перевел взгляд на гостей и запнулся о младшую Блэквуд. Девушка с неподдельным интересом и легкой улыбкой смотрела на светового дракончика. 

— Он живой? — спросила она. 

— Магический, — ответил Элариан. — Но почти живой. Хотите посмотреть поближе? 

Агата шагнула вперед, и дракончик, словно чувствуя ее любопытство, слетел с плеча Элариана и устроился на ее ладони. 

— Красивый, — прошептала она. 

— У него нет имени, —