"Фантастика 2026-185". Компиляция. Книги 1-19 - Вел Павлов

Глава 2

Удачи, Кайсанари…

Аххеский пантеон.

Нейтральная местность.

И… когда… ты… уже… прекратишь… сопротивляться… глупец?.. Всё… это… бесполезно… Твои… уловки… жалкие… Жалкие… как… и… ты… сам…

Заткни хлеборезку! У тебя забыл спросить.

В ответ тот холодно рассмеялся, а серо-багровый силуэт образовался чуть левее. Подобно мне тот скрестил руки на груди и прислонился спиной к мачте, наблюдая за тем, что происходит в округе.

После приказа Ухсара херувимы ударили в одночасье тремя разными отрядами с разных сторон. Эйсон, Илай, Тэйн, Сиана и Кайса уже находились наготове. Пространство содрогнулось от количества выплеснувшейся в реальный мир магии, но за всеми действиями противников я наблюдал с кривой ухмылкой. И когда те очутились в зоне действия разрушенных барьеров судна началось самое интересное.

Частичное облач ение Опустошителя…

Пелена Опустошения…

— Ранкар, что ты делаешь⁈ — переполошилась не на шутку Вивиан, подскакивая ко мне. — Их нельзя убивать! Они…

Вот только её слова застряли в глотке, а сама она расширила глаза и застыла, наблюдая за происходящим.

За долю секунды едкая серо-алая пелена рассеяла враждебную магию и распространившись далеко за пределы судна, полностью опечатала местность. Далее по мановению моей ладони на всём отряде, исключая меня и Ведьму, стало материализовываться знакомое облачение Опустошителя. Само собой, оно носило жутко ослабленный характер, ведь всю мощь Опустошения люди не способны выдержать. Да и от меня такой фокус требовал чудовищной концентрации, потому как данная техника не только повышала магическую защиту до предела, но и даровала повышение порога силы.

На несколько мгновений херувимы замешкались, а их атака захлебнулась. Парни к подобному выверту оказались готовы и радостно заухмылялись, осматривая себя с ног до головы, но вот Сиана и Кайса, глядя на серо-багровую, что окутывала их, находились в немом шоке, отчего сразу же воззрились в мою сторону с вопрошающим видом.

— С этим вас не убьют, — пожал я невозмутимо плечами. — Можете сражаться так, как вам заблагорассудится. Сиана, главное не сожги корабль. Эйсон, Илай, можете пользоваться… этим. Считайте, это подарком на память о таком славном друге, как я.

После битвы с главами великих сил в загашнике еще осталось две реликвии Ушедших Эпох. Для меня артефакты бесполезны, а для парней в самый раз. Парные клинки Нанна, покойного брата Иштар, я бросил Илаю, а алебарда Себека досталась Эйсону. Оба парня находились в неком ошеломлении, заполучив столь грозное оружие в руки, но громогласный рёв Ухсара вывел тех из лёгкой прострации. Серафим в это время продолжал отдавать приказы замешкавшимся рыцарям.

— ЧЕГО РАЗИНУЛИ РТЫ И ПЯЛИТЕСЬ ПО СТОРОНАМ? ЭТО ВСЕГО-НАВСЕГО ОГРАНИЧИТЕЛЬНЫЙ БАРЬЕР! В БОЙ! ВПЕРЕД! СХВАТИТЬ ПРЕДАТЕЛЯ! А ВСЕХ, КТО БУДЕТ МЕШАТЬСЯ — УНИЧТОЖИТЬ!

— Какие громкие слова, племянник, — угрюмо пробасил падший, исчезая в ослепительной вспышке света.

Поединок в небе завязался не просто внезапно, он завязался по щелчку пальцев. Веселый хохот Илая слился воедино с радостным смехом Августа. Но среди нашего отряда имелся тот, кто не желал ждать. Тэйн и так терпел долго. Возможно, слишком долго. Годы унижения и боли не прошли бесследно. Многие могли лишь догадываться, что бывший смертник испытал на самом деле. Я знал, что падший силен, но именно в такой момент он был силен как никогда прежде.

Крылья серафима хоть и были темнее ночи, но яркий свет его клинков ослеплял всю округу ужасающим заревом. Тэйн являлся не просто мастером своего дела, он был истинным виртуозом. Один на несколько миллионов. Я никогда не видел такого боя в небе. Никогда не видел, чтобы летали именно так — бесстрашно, стремительно и свирепо. Не хотелось признавать, но, боюсь, даже Фьётра уступила бы ему небо. Ныне падший был грозной и несгибаемой лавиной. Благодаря моей технике, а также своему опыту и навыкам никто из серафимов, который встал у него на пути, не годился тому и в подмётки.

Не прошло и десяти секунд, как два обезглавленных рыцаря света камнем рухнули вниз. Складывалось впечатление, что в небе завелась настоящая кровожадная акула, которая охотилась на черепах. Именно настолько скорость Тэйна превышала скорость противников. Через пару мгновений бывший смертник избавился еще от одного из пятипарных, а из глотки некогда могущественного Златокрылого вырвался яростный боевой клич, в который он вложил всю боль, отчаяние и горечь:

— Я ПРИКОНЧУ ВАС ВСЕХ! СОЖГУ ДОТЛА ВАШ ДРАГОЦЕННЫЙ НЕБЕСНЫЙ ГРАД…

На корабле в это самое время тоже творилось бес пойми что. Из-за отсутствия родной стихии Илай сражался не так рьяно, как остальные, но благодаря близкому присутствию сада и тамошней земли он ловко метал каменные пики, которые уже отыскали жертву. Хотя до этого Баламут и сам умудрился пропустить несколько смертельных атак.

Эйсон же находился в родной стихии. Ветер и пламя буйствовали как в последний раз. Алебарда Себека плясала будто заведенная и походила на кровавый ураган. Впервые на своей памяти я видел Августа настолько яростным, озлобленным и… одухотворённым. Сейчас от былого стеснительного добряка Эйсона не осталось ни единого следа.

Впрочем, не только парни отличились в бою, потому как на палубе существовала парочка буйных бестий, которая могла дать им обоим фору. До сих пор я лишь слышал о могуществе родословной Кайсы, теперь же видел воочию. Пространство рядом с девушкой искривлялось и расслаивалось, но в том и дело, что всё это было отвлекающим манёвром. Сейчас главным оружием девицы было кое-что другое. Один косой взгляд и сразу пару херувимов покатились по палубе парализованными, а когда глаза дочери Данакта покрывались пугающей ядовитой поволокой, её противники с жалобным криком обращались в самый настоящий камень.

Тем не менее надо сказать, что Сиана мало в чем уступала своей соратнице. В то время как враги горгоны словно подкошенные валились к ногам и превращались в камень, все те, кто вздумал атаковать древнего феникса становились горсткой пепла или же вопящими факелами. Силуэт Созвездия обратился опаляющим красным солнцем, а необузданной дикости её пламени мог позавидовать любой Властелин магии. Даже у Эйсона пламя не было столь опаляющим.

Силы с самого начала оказались неравны. На каждого из нашего отряда приходилось по семь-восемь противников, но в том и таилась загвоздка. Ни Тэйн, ни Эйсон, ни Илай и ни одна из голубокровных не чувствовали себя ущемленными в вихре сражения и всё это было благодаря облачению Опустошителя.

Изначально я думал вмешаться если дело пойдет наихудшим образом, но моя помощь не потребовалась. Ряды противников редели на глазах. И