Проект «Валькирия» - Владимир Валериевич Стрельников

Хотя уверенно можно сказать, что это была довольно интересная, полукристаллическая форма жизни с органикой на основе кремния. Теперь они представляют собой разумные информационные сгустки, способные паразитировать на почти любой высокоорганизованной форме жизни. Большую часть энтойков удалось законсервировать в их звездолёте, который сармиты погрузили глубоко под поверхность планеты, и запечатали в высокорадиационном массиве миридия. А тех, кто вырвался, смогли отловить во время военного конфликта Экспансии Разума и поместили в подобия наших кристаллов души. Сейчас изучают.

Что же касается сармитов... Эта раса коренных жителей Сарма, четвёртой планеты системы Солиниуса. На Альтерру, то есть третью планету, они перебрались более тысячи лет назад и сейчас представлены двумя подвидами: непосредственно сармитами и бывшими хозяевами: «суперами» или «птериоидами». Эта группа в своё время сумела лишить соплеменников телесных оболочек и заставила прислуживать себе в виде разумных энерго-информационных сгустков.

Сами птериоиды сохраняют гуманоидную форму, но эволюционировали в полурастительные существа. Так сейчас и живут, точнее произрастают в заповеднике «Парк Дискуссий». А освобождённые с помощью альтерранцев сармиты сейчас разделились. Далеко не всем пришлось по нраву возвращение в свои старые гуманоидные тела. Так что часть продолжает более привычное энергетическое существование. Кстати, именно они идут добровольцами для оснащения ваших «эсэмовских» боеприпасов.

Что ещё можно сказать? Все сармиты сильные телепаты. Но птериоиды со временем утратили это умение. В гуманоидной форме у обычных сармитов тёмно-коричевая кожа, слегка удлинённый подбородок и сильно вытянутые уши. А вот телосложение достаточно хрупкое, плохо предназначенное для существования при гравитации Альтерры, которая по массе превосходит их родную планету почти в три раза. Сейчас делаются опыты по переселению сармитов в водную среду, но пока только в пределах континентов. В глубинах морей слишком много агрессивных форм жизни, которые совсем не прочь полакомится неуклюжими гуманоидами.

— А Верхний и Нижний мир духов там есть? Или промежуточные формы? — вернулся к более насущному Сафонов. Хамаев неторопливо отпил чаю и немного помолчал.

— В двух словах и не скажешь. Что-то, несомненно, есть. Но, возможно из-за воздействия радиационных штормов, а может и иных причин, оно почти не воздействует на Явь Альтерры. А может просто в этой форме я не способен уже тонко чувствовать миры духов!

— А на Земле как чувствуете? — поинтересовался Зубров.

— Хороший вопрос… А ведь, вы знаете, практически, как и раньше! Сейчас я не ощущаю особых изменений из-за пребывания в голограмме!

— В таком случае, вашим чувствам и там можно доверять.

— Может быть, может быть. Но это прежде всего требует серьёзного дополнительного изучения. Сразу после возвращения займусь!

— Всё это замечательно, Дансаран Сарангэрэлович! — адмирал плеснул себе в бокал вина и взглядом поинтересовался: «Кому ещё?» Каперанг протянул ёмкость, и Саргенто туда щедро добавил.

— А что вы там говорили о нашей разной личной защите?

— У пяти присутствующих четыре разные системы избегания воздействия промежуточников, духов и существ Нави. У меня шаманская. Путь знания. Прежде всего о значительной части обитателей иномирья, о том, чего от них ожидать, и как лучше защищаться при конфликте. Эпизодически пользуюсь помощью временных союзников или стравливаю агрессивных промежуточников между собой. Грубо говоря, я волк в тайге. Живу в тех мирах, по их законам.

У нашей очаровательной хозяйки очень мощный атеистический блок, усиленный сокрушающей мотивацией. Она похожа на летящий через тайгу снаряд, для которого практически нет преград.

Сафонов внимательно посмотрел на супругу, а та невозмутимо подлила академику чая.

— Два наших доблестных Солдата Сумерек представляют собой яркий образчик композитной пластинчатой защиты. Тут и личная воля, и глубокая вера воина культа, и добротный заговор, привязанный прямо к психоматрице, и даже благословение кого-то из верхнего сонма. Они уже не снаряды, а скорее — боевые шагоходы, ломящиеся через тайгу.

Ну и, наконец, сам Борис Феоктистович. Хорошая пластичность, маскировка и несколько слабеньких наведённых защит. При мощной, поистине сокрушительной атаке. Вы похоже на осторожного, хорошо вооружённого охотника, попавшего в незнакомый лес.

В принципе, каждый из указанных способов жизнеспособен и позволяет достичь цели. Вот только цели у нас, товарищи, пока ещё разные.

Немного помолчали и тут Сафонова осенило:

— Друзья, а давайте попробуем освоить мыслесвязь!

Присутствие рядом голограммы академика давало отличный шанс. Тем более всех присутствующих связывали добрые чувства, так что можно было надеяться и на наличие первородного огня. Ну уж у него с Зоринкой точно! Однако действительность разбила эти мечты — никто кроме Хамаева и Сафонова так и не услышал друг друга. Жена пыталась скрыть разочарование под маской обычного равнодушия, но Борис почувствовал её душевную боль. Впрочем, если характеристики Дансарана Сарангэрэловича были верны, то охотник и не имел шансов связаться с летящим снарядом.

— Кстати, а в вашу кунсткамеру кого-то ещё, кроме психоматриц людей, с помощью старых контейнеров удалось поймать? — неожиданно спросил Феоктистов. Сафонов не стал заморачиваться, а просто уточнил у сотрудников. Отрицательный ответ сначала обескуражил инквизитора, а затем вдохнул надежду. Ведь если сдублированные у Диких старые душеловки до сих пор работают так избирательно (в отличие от земных реплик марсианских и альтеррианских энергетических накопителей), то в их конструкции проглядели что-то важное. То, что-то может стать надёжной защитой от воздействия тварей невидимых миров духов и промежуточников.

* * *

Командировка закончилась быстро. Заснеженный Новосибирск, яркое Средиземное море и суматошные кабинеты Управления Мобилизации промелькнули ярким приятным калейдоскопом. И вот уже командиры Эскадры Солдат Сумерек снова в космосе.

Привычно шли парой, набирая скорость. «Бёрка» Феоктистова к этому времени вымахал в красавец-истребитель. Теперь капсула без труда несла новейший мезонный двигатель и комплект разнообразного оружия. А вот объёмные силовые коконы со «странными» кварками, использовавшимися в качестве фотонного топлива, преспокойно стояли на внешнем периметре базе «Валгалла». Саргенто научился телепортационно подавать из подпространства кварки и антикварки в фокус рабочей линзы двигателя, и теперь «Бёрку» в нужный момент толкала точка формирования кварк-глюонной плазмы.

У Кабо капсула была поскромнее, выращивать своего «Хорта» он начал гораздо позже. Поэтому и движок с силовыми топливными коконами смотрелся на нём пока нелепо. Да и оружия маловато. Но зато семь восьмых скорости света «Хорт» выдавал почти за то же время, что и «Бёрка». Да и в маневренности мало уступал.

Фигово было со связью. Даже направленные высокочастотные импульсы радио уже не справлялись с задачей. Поэтому на больших скоростях перешли на адаптированный старинный способ управления — эволюциями самолёта. А так как на орбитальных расстояниях рассмотреть их практически невозможно,