Фантастика 2025-149 - Сергей Хардин

стоит унывать. Этот урод явно сам искал повода, не было бы вас, нашёл бы ещё из-за чего нас оскорбить — фыркнул я, стараясь приободрить ветерана. В конце концов было заметно, что духовное увечье сильно по нему ударило. Был воин, оказался покалечен, только вроде бы наладил свою жизнь в провинции, стал ходить на рыбалку и получать удовольствие от собственного существования, как судьба снова дала по морде, напомнив о прошлом — Может как раз в том и воля Неба, на которую у вас любят ссылаться.

— Чтобы кто-то на моих глазах стал калекой? — покачал седобородой головой.

— Ну не совсем. Я врага всё-таки предпочитаю убивать, мёртвые не бьют в спину — ответил я на это, будто не поняв, что дедуган имеет ввиду.

Дальше же пошло долгое и нудное выспрашивание манеры моего оппонента драться. Лучше было бы конечно посмотреть на то, как он выступает на турнире, на который «журавль» как раз приехал, но такого счастья мне не упало. Однако мы в известной степени были в равном положении. Этот Ли Бей прежде мог встречаться с ассонами, однако моя манера вести бой отличается от типичной для нашего народа. Возраст же у нас в принципе сравнимый, как и голая сила. На глаз я бы дал сяньцу тридцать с небольшим, но однако он по всем признакам не был так же одержим учёбой и тренировками, как и я. И это было хорошо. А вот то, что Иви мне устроила вечером было хуже.

Что ни говори, а узаконивание отношений что-то в них меняет. По крайней мере раньше мне головомоек подруга как-то не делала, да и не ссорились мы толком. А тут я прям и многими нехорошими словами назван был, и о ней совсем не думаю, и что она делать будет, если меня наконец убьют из-за того что опять голову в пекло сую. Пришлось в итоге даже долбануть кулаком по столу, прикрикнув:

— Хватит! Что с тобой случилось?

— Что со мной⁈ Что с тобой⁈ — в тон мне ответила жена.

— Вот именно что я не изменился с того самого дня, как зашёл в ту самую подворотню — уже спокойнее ответил я, посмотрев Иви в глаза — Да, стал сильнее, знаю и умею теперь больше, но суть осталась прежней, как и отношение к тебе. Что изменилось у тебя? Это ведь не самый опасный мой противник и не самая опасная наша передряга, бывало хуже. Ну вытащишь из меня пару новых острых предметов и подлечишь вместе со «святыми», в первый раз что ли?

— Не в этом дело — надулась она.

— А в чём? — продолжил я смотреть на неё.

— У нас будет ребёнок — произнесла Иви, глядя мне в глаза.

Пару секунд я тупил, а потом подхватил её и закружил по комнате. Да, надо признать, что я не самое умное существо в этом мире, мне следовало догадаться о том, что всё это жу-жу-жу неспроста. Да и вообще следует стать мудрее и ответственнее, в том числе касательно собственных жизни и здоровья. Однако так уж наш мир устроен, что в нём приходится рисковать своей шкурой, если хочешь своим детям добра, высокого положения и достатка. Исключения конечно бывают, но они находятся как раз где-то на уровне высшей аристократии южан, для которой в своё время предки постарались, добывая огнём и мечом богатства, титулы и земли. Да и то, вана или герцога может кто-то вызвать на дуэль, а короля или императора могут отравить ядом в вине или свергнуть в результате заговора, по тихому удавив. У нас же с Иви пока что есть только наши посохи с клинками, наши знания с умениями и хирд с кораблями. В достойное наследство и наследие это ещё предстоит превратить, а пока надо выбивать из мира то, что должно стать нашим, не давая спуска ни себе, ни другим.

А потому на следующий день я стоял перед одними из ворот на арену Бо-Хатуна, задумчиво смотря, как песок сыпется сквозь мои пальцы. Уговорились мы с «журавлём» о основных моментах ещё вчера да и было их немного. Поединки чести проходят уже не первое столетие, регламент давным-давно определён и стал своего рода священной традицией, розниться в нём могут только мелкие частности. В нашем же случае запрещена была только совсем чернуха вроде призывов демонов и надругательств над трупом соперника. Пернатый киманошник явно хотел использовать всё, что может, я был с ним в этом плане солидарен. Ведь начав что-то запрещать, можно до того дойти, что окажется разрешена только честная сталь и духовная сила, а ману с праной отсекут, как нарушение правил поединка чести. Оно мне не надо. Мне надо оторвать врагу голову и я это сделаю.

Моё ожидание перед воротами не оказалось долгим и вскоре они наконец отворились выпуская меня на арену. Сяньцы любили бои едва ли не больше древних римлян и сейчас трибуны были полны, ведь турнир ещё не начался, участники лишь съехались, а мордобоя узкоглазой публике хотелось. Тут же вовсе был поединок до смерти или до того момента, когда один из бойцов не сможет продолжать бой, что среди воинов духа и владеющих праной северян бывало исчезающе редко. Пока живы, мы обычно можем сражаться, так уж устроены.

Хотя внешне между нами конечно маловато общего. Я вышел на бой в зачарованном латном доспехе, частью откованном кузнецами Берна, а частью моим отцом. У меня в руках было копьё и щит, на поясе ждали своего часа меч и боевой нож. Мой противник был одет в сяньский доспех из шкуры какой-то небесной рептилии, скорее всего крокодила, раз нуррэ-онна не шипит. Его голову защищал шлем, который походил на те, что на Земле носили самураи, к нему прилагалась личина, напоминающая харю демона. Ну или просто что-то страшное. Из оружия он предпочёл два цзяня, сяньских прямых меча, которыми удобно как рубить, так и колоть. Странный выбор для кого-то, но для мастера стиля журавля должно быть самое оно.

Последних слов и предложений примириться не было, просто ворота за нашими спинами закрылись, а с балкона судей ударил гонг, ознаменовавший начало поединка. Мой противник сорвался вперёд в стремительном беге, но я не собирался ни миндальничать с ним, ни облегчать ему жизнь, песок под ногами начал пытаться засосать врага в себя. Однако он применил какую-то незнакомую мне технику и побежал буквально по воздуху, раскинув