"Фантастика 2025-195". Компиляция. Униги 1-23 - Вадим Витальевич Тарасенко

Визирь не запер дверь.

А через пять секунд я оказался в кромешной темноте. Только сквозь дверные щели пробивался свет из соседнего помещения, а вскоре погас и он. Я услышал шум уносящегося вверх лифта и только тогда выбрался из комнаты. Вернувшись к пульту, я опять включил свет, и, отыскав «Хамелеон», подобрал его.

Пришлось вновь облачаться в костюм. Вернувшись в комнату с будкой, запертой на амбарный замок, я спилил его лазерным резаком и стянул с себя костюм.

Теперь путь к будущему отступлению подготовлен.

Первым я телепортировал костюм. Затем, немного изменив настройки, выставив свой приблизительный вес и включив таймер, я забрался в кабину, плотно задраил дверцу, сел на пол и обнял голые коленки.

Я приготовился. Немного волновался, но с этим я справился.

Внезапно свет в кабине погас. Что-то зажужжало. Я почувствовал сильное покалывание по всей поверхности тела. Мое сознание на секунду отключилось.

Глава 20

Человек склонен заигрывать с опасностью, будучи уверен, что его она не коснется.

И. Гете

Я очнулся в залитой светом кабине. Выбрался из нее и обнаружил, что нахожусь в просторном помещении, заполненном роботами. Они выполняли заказы по доставке продуктов в ТЭФ‑холодильники. Возле ТЭФ‑кабины, которую я только что покинул, топтался робот, тискавший клешнями мой «Хамелеон». Он никак не мог распознать предмет и, соответственно, не знал, что с ним делать. Отправить на утилизацию или доставить на склад.

Робот смахивал на стального краба. Отобрав у него «Хамелеон», я натянул костюм на себя. Надоело разгуливать голым.

Видеофон я нашел спустя десять минут в кабинете директора склада, который, как ни странно, присутствовал на рабочем месте. За мной в кабинет вполз робот‑краб. Лишившись «Хамелеона», он чувствовал себя ограбленным и следовал за мной по пятам, в надежде вернуть утраченное.

Наше явление директора испугало, и я не стал его расстраивать. Стремительным и легким касанием болевой точки на шее я отключил его и уложил тело в угол кабинета. Набрав на видеофоне номер сотового Груфмана, я через пять секунд любовался его разъяренной физиономией.

— Где ты пропадаешь, кретин⁈ Ты должен был выйти со всеми!!!

— Заткнись и слушай, — властно оборвал я.

Леопольд Груфман умолк, но по его красной физиономии я понял, что эти слова он мне не простит.

— Заберите меня отсюда, — потребовал я. — Адрес вычислите по моему звонку. Трубку отключать я не буду. Все. Отбой.

Я положил включенную трубку на край стола и стал ждать.

Робот‑краб нервно катался по кабинету, решая, что предпринять дальше.

Через десять минут я услышал шум приближающегося скутера. Вскоре в кабинет вошли четыре спецназовца, возглавляемые Марком Крысобоем.

— Ну, ты, братан, напугал! — обрадовался мне Марк и стиснул в медвежьих объятиях.

— Марк, Исайя жив… — тут же сообщил ему я.

— Ты видел его⁈ — взволнованно спросил Крысобой.

— Да. И он очень похож на тебя. Такой же страшный. Непропорциональный. Вылитая копия.

Крысобой довольно рассмеялся, хлопнув себя ладонью в грудь.

— Доставьте меня к Груфману. У меня есть для него очень ценная информация.

— Будет сделано, — обнадежил Крысобой. — Он тебя уже ждет.

Леопольд Груфман выглядел так, словно два предыдущих часа играл в гольф с призраком собственной тещи. Его посеревшее лицо напомнило ствол березы, поросший мхом, лишайниками и облепленный улитками. Он метнул на меня пламенный взгляд и, выскочив из кресла, как кукушка из часов, поднял крик:

— Вы должны были выйти вместе с переговорщиками!! Что за халатность!! Как вы могли там задержа…

— А что, собственно говоря, произошло? — с невинным видом спросил я, упав на диван напротив письменного стола Груфмана.

Диван тут же подстроился под мое тело.

Шеф СБЗ от удивления, казалось, проглотил язык.

— То есть как — что произошло? Вы еще спрашиваете?

— Да, спрашиваю, — подтвердил я. — Что случилось?

Я увидел, как лицо Леопольда Груфмана надувается, будто воздушный шарик, и становится ярко бордовым.

— Вы удивительный человек, — поборов гнев, выдавил Груфман. — Я выписал ордер на ваш арест. Вы объявлены дезертиром.

— Что ж, — я зевнул, — тогда потрудитесь отозвать ор­дер.

— Объясните, почему я должен это сделать.

Леопольд Груфман опустился в кресло и внимательно уставился на меня.

В душе я потешался над директором СБЗ. Мне доставляло удовольствие дразнить его.

— Я выяснил, где содержатся заложники, — сообщил я и замолчал.

Леопольд Груфман заерзал в кресле:

— Я знал это и без вас. На третьем этаже в конференц‑зале.

— На третьем этаже вас ожидает ловушка. Вернее, всех нас. Заложники намного выше. Этаж 23. Конференц-зал, — выпалил я.

— Тот зал не используется, — рассеянно возразил Груф­ман.

— А с чего вы решили, что заложников на третьем этаже держат? — спросил я.

— Данные спутника. Изображение с наблюдательных камер дублируется на спутник. Его мы перехватили. Это предусмотрено системой безопасности.

— Значит, взломали вашу систему. Долго вы собираетесь цацкаться с этими подонками?

Леопольд Груфман почесал переносицу и доверительно сообщил:

— На завтра назначен плановый штурм.

— Нужно срочно провести совещание обеих штурмовых групп. У меня есть план, который мы должны проработать. Вызовите командиров, а я пока душ приму.

Я поднялся с дивана.

— В восемь вечера за вами приедут, — сухим официальным тоном произнес Груфман.

После совещания с главами всех подразделений, принимавших участие в антитеррористической операции, я чувствовал себя обессиленным, словно несколько дней потратил на любовные утехи с табуном сексапильных красоток. А поскольку никаких красоток не было, а только сухие и официальные чины в серой форме, я испытывал жестокое разочарование и тоску. Впору топиться в ближайшем водоеме, да только чувство самосохранения протестовало против этого.

До отеля, носящего звучное название «Корона Зеленого Мыса» (а среди обывателей и жителей Библиотечного городка — просто «Корона»), меня подбросил Крысобой. О нем СБЗ так не заботилось. Его поселили вместе со спецназовцами в палаточном городке на базе. Я предложил ему остановиться у меня, но Крысобой отказался. Никогда не подозревал, что он может стесняться. Пришлось взять быка в свои руки и скрутить ему рога, чтобы не рыпался.

В холле я вызвал к стойке администратора отеля. Через минуту он появился — учтивый, вежливый, с улыбкой до ушей, но неживой какой-то, как манекен. Я потребовал от него номер люкс, и чтобы находился он неподалеку от