Откройте рот, скажите: "Р-Р-Р"! - Фунтик Изюмов

крючковатым носом, потом полез в карман и достал коротенькую, блёклую, серенькую трубочку… Насколько я знаю, такие разрешены только специальным службам!.. Я растерянно поглядела вокруг… книги! Полка с книгами, куда я переставила клетку с Бусинкой! Книги, со старой, почти выветрившейся магией хозяина… Здесь я ещё не колдовала!..

— Простите, господа, уборка! — я улыбнулась, сделала шаг ближе к шкафу, и взмахнула руками. По столу пробежался крохотный смерч, очищая поверхность стола и одновременно перебивая все другие магические эманации.

— У нас с этим строго, — похвалилась я опешившему Серпенсию, — После каждого пациента — магическая чистка. Эта… как её… стерильность! Вот!

Хозяин в кресле важно кивнул головой.

— Позвольте… — начал было Серпенсий, хищно приподнимаясь со стула.

— Не позволю! — прогрохотало от двери, и только потом раздался голос домового:

— Господин инспектор Кнопп! С питомцем!

Базиль вихрем ворвался в приёмную, и моментально успел сделать кучу вещей: обнюхать ножки стола, умильно посмотреть мне в глаза, помахивая хвостиком, напоминая о сахарной косточке, оскалиться на господина Серпенсия, и глухо зарычать на его фамильяра. Ястреб слегка приуныл. Бигль, конечно, мелкая порода собак, но всё равно — охотничья. И ястреб это почувствовал. А два инспектора уже стояли друг напротив друга, яростно сверкая глазами. Я вздохнула с некоторым облегчением. Я уже говорила, что я успела кое-что подготовить для встречи? Ну, вот… Инспектор Кнопп, собственной персоной!

— Попрошу предъявить документы! — ледяным тоном приказал Кнопп.

— Я инспектор министерства здравоохранения! — попытался задрать свой крючковатый нос Серпенсий.

— В самом деле⁈ А у меня четыре заявления о мошеннике, исключительно похожем на вас! — возразил Кнопп, — Документики попрошу!

— Как-к-кие ещё заявления⁈ — поперхнулся Серпенсий.

— А вот, — невозмутимо полез в карман Кнопп, доставая несколько листов, — От госпожи… вам это знать не нужно! «Сегодня на рынке мимо моего прилавка прошёл гражданин в сером, с крючковатым носом и птицей в руках, после чего я обнаружила пропажу связки чеснока…». Или вот: «Перед входом на рынок я чуть не столкнулась с гражданином в сером одеянии, с крючковатым носом, с птицей в руках. А потом гляжу, у меня в кошеле денег уменьшилось! Я, конечно, покупала продукты, но не на столько же! Не иначе — спёр!..».

Отлично! Стоило намекнуть на рынке, будто я слышала, что к нам заезжий мошенник из соседнего города заявился, с крючковатым носом и птицей -фамильяром, как испуганные торговки сразу обнаружили у себя какую-то пропажу! А я специально ещё сказала «с птицей», а не с ястребом. Если будет слишком дотошное расследование, любая из них отопрётся: я тут не при чём, я-то, мол, видела с кукушкой или вообще, с петухом. Тоже птица…

— И ещё заявление… — продолжал между тем Кнопп.

— Что за бред⁈ — вспылил Серпенсий.

— Бред, или не бред, а я обязан проверить! Попрошу документики! Или мне крикнуть городских стражников?.. Чтобы заломили вам руки и сопроводили в магистрат?..

— Э-э-э… позвольте на два слова? — пошёл на попятный Серпенсий, — Наедине?..

— Мне нечего скрывать, когда я при исполнении! — холодно возразил Кнопп.

— Но, в частном порядке…

— Я не действую в частном порядке при исполнении! — Кнопп высунулся в наше окно и окликнул, — Эй, ребята!..

— Вот! Вот мои