"Фантастика 2026-86". Компиляция. Книги 1-24 - Женя Юркина

Мужчины же были в основном в костюмах — тёмные, чаще всего серые или синие, с галстуками в мелкую полоску или неброский узор. Молодёжь могла позволить себе свитера под пиджаками или даже просто хорошие брюки и рубашку с воротником под горло. Фуражки, шляпы-котелки или просто аккуратно уложенные волосы.

Отовсюду слышались разговоры, смех, приглушённый гул голосов. Люди узнавали знакомых, обменивались новостями, рассматривали афиши. Чувствовалась атмосфера предвкушения культурного события, выходного вечера в хорошем обществе.

— Ой, Серёж, смотри! — Катя сжала мою руку, её глаза широко распахнулись от восторга, когда мы вошли в вестибюль. — Какая красота! — Она замерла, озираясь по сторонам. Высокие потолки с лепниной, огромные хрустальные люстры, мерцающие сотнями огней, бордовый бархат драпировок на стенах и дверях, зеркала в золочёных рамах, мраморные колонны.

Я видел это всё, когда покупал билеты, но её искренний, детский восторг заставил и меня взглянуть на внутреннее убранство по-новому. Театр действительно впечатлял своей торжественностью, слегка помпезной, но по-советски монументальной.

— Прямо как в кино! — прошептала она.

Мы немного постояли, пока Катя осматривалась, затем двинулись с потоком людей в сторону зрительного зала. Фойе постепенно редело. Пора было занимать места.

Зрительный зал театра был огромным, подковообразным, с ярусами балконов. Партер, бенуар, бельэтаж — всё заполнялось нарядной публикой. Гул голосов становился гуще, слышался скрип кресел, шелест программок.

— Наши места вон там, — я кивнул в сторону центра партера, примерно в восьмом ряду. — Ряд восьмой, места… — я сверился с билетами, — … 12 и 13. Идём?

— Подожди секундочку, — Катя слегка смутилась. — Мне нужно… припудрить носик. Вернусь быстро-быстро! — Она виновато улыбнулась и метнулась в сторону, где виднелась вывеска с силуэтом дамы: туалетная комната.

— Тебя проводить? — спросил я.

— Не стоит, — мотнула головой Катя. — Я не заблужусь, — проговорила она отходя. — Займи пока места, я тебя найду!

Я кивнул и направился вглубь партера, протискиваясь между рядами уже сидящих зрителей и извиняясь. Восьмой ряд… Вот он. Я начал считать места слева направо. И… сбился с шага, едва не наступив на ногу сидящей даме.

На месте, которое должно было быть соседним с моим, сидела Наташа.

Она восседала, как королева. На ней было платье не то чтобы очень откровенное, но невероятно эффектное. Ярко-алый, плотный шёлк, облегающий фигуру до бёдер, а затем расклёшенный книзу, с достаточно смелым для театра вырезом декольте, которое выгодно подчёркивало белизну кожи. Плечи были открыты.

Её светлые, почти платиновые волосы были уложены в высокую, сложную причёску, открывающую длинную, изящную шею. Макияж Наташа тоже выбрала броский с акцентом на глаза и с алой, словно кровь, помадой. Мне она своим образом напомнила Мэрилин Монро. Только… Только куда уж Монро до Наташи? Выглядела девушка весьма и весьма недурственно.

Она сидела прямо, с горделивой осанкой, одна нога изящно закинута на другую. Её голубые глаза, холодные и оценивающие, были устремлены прямо на меня. И когда наши взгляды встретились, на её губах медленно расцвела обольстительная улыбка. Уверенная, чарующая, полная скрытого вызова.

Мой взгляд скользнул дальше. На моём месте сидел Зотов! Он поймал мой взгляд и виновато, но дружелюбно помахал рукой. Да, я отдал ему лишний билет, который хотел вручить Кольцову. Но не срослось, Андрею всё ещё нельзя было покидать санчасть.

Тем временем Наташа неторопливо поднялась со своего места. Её движения были плавными, по-кошачьи грациозными. Она сделала шаг ко мне, перекрывая путь к креслам. Запах её духов — тяжёлых, восточных, с нотками пряностей — ударил в нос.

— Сергей, — произнесла она томно, растягивая имя.

И прежде чем я успел среагировать, она обвила мою шею руками. Её лицо приблизилось.

— Как я рада вас видеть… — И она поцеловала меня. В щеку, правда, но не просто чмокнула и отстранилась. Нет, она намеренно задержалась, продлевая нашу близость. Я почувствовал лёгкое движение, почти потирание щекой о мою. Это был поцелуй-демонстрация, поцелуй-метка.

Я взглянул на Степана, который вдруг оживился. Его глаза расширились, и он стал почти незаметно, но очень выразительно сигналить мне взглядом, резко переводя его куда-то за мою спину и обратно на меня. Его лицо кривила гримаса крайнего предупреждения: «Опасайся! Сзади!».

Я не стал ждать окончания этого театрального жеста. Твёрдо, но без грубости, взял Наташу за запястья и снял её руки с моей шеи, отстранив на шаг. Лицо её на миг отразило недовольство, быстро сменившееся всё тем же холодным вызовом.

Но я уже не смотрел на неё. Я знал, что увижу сзади. Точнее, кого…

Зотов больше не сигналил. Он просто смотрел куда-то позади меня с выражением человека, наблюдающего неминуемую катастрофу.

Я обернулся.

Катя стояла в проходе между рядами, в нескольких шагах от нас. По всей видимости, она только что вернулась. Но этого «только что» было достаточно, чтобы увидеть проделку Наташи. Рука Кати, поправлявшая прядь волос у виска, замерла в воздухе. Широко распахнутые изумрудные глаза были устремлены только на меня. Весь её сияющий вид, вся радость вечера, словно испарились в одно мгновение.

На её лице застыло странное выражение, которому я затруднялся дать точное описание. Но длилось это недолго. Спустя несколько мгновений от этого выражения не осталось и следа. Глаза Кати сузились, а губы растянулись в обворожительной улыбке.

«Вот чёрт! — Подумал я и мысленно вздохнул. — Влип.»

Глава 3

Катя стояла неподвижно. Я понимал, что она видела Наташу, обвившую мою шею, видела этот демонстративный поцелуй в щеку, поэтому я ожидал и вспышку гнева, и слёзы, и обиды. Эта сцена выглядела откровенной провокацией со стороны Наташи, а Катя — молодая девушка без опыта прошлой жизни, как у меня, например. В общем, я был готов к любому развитию событий.

Но произошло неожиданное. То странное, застывшее выражение на её лице растаяло, как дым. Глаза неожиданно сузились, уголки губ медленно поползли вверх, сложившись в обворожительную, почти игривую улыбку. В ней не было ни капли тепла, только ледяная, отточенная вежливость и… вызов. Она преобразилась мгновенно, как актриса, сменившая маску.

— Вот ты где, — произнесла она звонко, словно ничего не произошло, и легко зашагала ко мне по проходу, минуя случайных зрителей, которые с нескрываемым любопытством поглядывали в нашу сторону.

Катя остановилась прямо передо мной и оценивающе окинула Наташу, всё ещё стоявшей в шаге от меня, холодным взглядом, затем снова посмотрела на меня. Взгляд её