"Фантастика 2025-195". Компиляция. Униги 1-23 - Вадим Витальевич Тарасенко

мозгов — майор пристально посмотрел на меня. — Вряд ли, Русс. Вы не похожи на такого человека. Мало этого, вы не похожи на опытного солдафона. Вы не нюхали пороха, господин Русс. Я прав? Вы впервые на фронте?

— Да, — подтвердил я догадку майора.

— Так что же вас привело на фронт?

— Не плеснете мне? — спросил я.

— Прошу.

Подполковник Чарльз Уотер налил в бокал виски и протянул его мне.

Я сделал добрый глоток, поморщился от крепости, взглянул сквозь прозрачное окно на звездное небо и усмехнулся:

— Если честно, я здесь скрываюсь от гражданских властей.

Майор с интересом взглянул на меня.

— Можно сказать, жертва любви, красный корень, — я отхлебнул виски и взял из коробки сигару. На коробке был изображен кондор, парящий над горными вершинами. — Довелось мне схлестнуться с женой директора Службы Безопасности. Два с половиной месяца длился наш роман, а когда Груфман узнал, что его рога выше Эвереста, разозлился, ясен корень, и объявил меня в международный розыск под грифом «особо опасный преступник». Так что мне только одна дорога осталась — в армию, если я не хочу подохнуть на рудниках.

— А зачем он тебя в розыск объявил? Просто пристрелить не мог? — ехидно спросил капитан Орлов.

— Я был юристом в «Пацифик продакшенс» и по делам фирмы находился в Таиланде. Кристи, жена директора, успела меня предупредить по своим каналам, и я залег на дно. Я же не знал, что эта сволочь, дерьмовый корень, объявит меня в розыск. Такого я себе и вообразить не мог. Мне позвонил один друг из полиции и дал час на то, чтобы исчезнуть из города. Так что у меня оставался один выход: подписать контракт с армией. Благо за мной закреплена с самого рождения должность капеллана. Так что теперь я с вами. Если сумею выслужить пять лет, то смогу получить гражданство на Амбере.

— Сволочи эти безопасники, я вам скажу, — поддержал меня майор. — Как-то в порту рожу одному начистил, я тогда еще солдатом ходил, а он оказался эсбэзэшником. И что бы вы думали?.. Меня упекли на три месяца в тюрягу. Хотели пять лет впаять, как покушение на убийство, но спасло чудо. Я за две недели до этого подал документы в Звездную Академию, и в первый же день в тюрьме на меня пришло зачисление. Меня тут же освободили, как офицера, который уже не попадал под действия гражданских законов.

— Как там, на Амбере? — спросил капитан Орлов. — Постреливают?

— Там, где квартируется наш полк, пока тихо, а у «Черной смерти» — полный мрак. Повстанцы ведут беспрерывные бои с нашими частями. Мы находимся пока далеко от передовой, но в ближайшее время на нашем участке фронта ожидается прорыв, — ответил майор Розов.

— А из-за чего весь сыр-бор? — с наивным видом полюбопытствовал я.

— Амбер — исконная планета Земной Федерации. Одна из первых колонизированных планет. Мы всегда там держали сильные войска, да и прибыль планета приносит изрядную, — пояснил майор. — Но десять лет назад колонисты объявили независимость своей планеты от Земной Федерации. Земля независимости не признала, ввела дополнительные войска. Вот с тех пор и воюем. С одинаковым успехом как с нашей, так и с их стороны.

— Мы их что, с воздуха стереть не можем, мертвый корень? — спросил я.

— Точечные удары не принесли результата. Командование пришло к выводу, что единственный путь решения политической проблемы — выжечь планету дотла, но никто не посмеет уничтожить такую бесценную кладовую. Амбер приносил Земле до войны тридцать процентов прибыли. Сейчас только пятнадцать. Но и это сильные деньги. Кто добровольно откажется от собственной прибыли?

— А люди гибнут! — прервал майора капитан Орлов.

— Пока Амбер приносит свои пятнадцать процентов Земле, люди будут гибнуть!.. — отрезал Чарльз Уотер. — Может, кто-нибудь сыграет со мной в покер?

Уотер стал тасовать карты. Никто не обратил внимания на его предложение.

— Неужели, Русс, ты не слышал про пацифистские выступления против боевых действий на Амбере? — поинтересовался майор, пуская клубы дыма.

— Как ни странно, нет. Не до этого было, — допивая виски, ответил я.

— Земля гудит, как рой. Нашему Правительству везет, что нет обязательной воинской повинности, — майор пропустил мой ответ мимо ушей. — Всегда найдется бездельник, который, чтобы подзаработать деньжат, заложит свою жизнь армии.

— Если бы все было так просто, зачем Министерство Обороны стало бы гонять рекламные ролики? — с сомнением спросил капитан Орлов.

— Для подъема патриотического духа, — отозвался майор.

— Может, в покер? — повторил свое предложение Чарльз Уотер.

Опять никто не заметил его слов.

— А вы что, не новобранцы? — спросил я, чувствуя всю абсурдность вопроса.

— Мы? — майор усмехнулся. — Мы уже старики. Нас прикомандировали вернуть дембелей на Землю и привезти новобранцев.

— Может, в покер! — прорычал Чарльз Уотер.

— Отличное предложение, — согласился я, наливая себе виски.

Глава 2

Свобода есть пища весьма сочная, но с трудом перевариваемая желудком; поэтому следует долго приготовлять людей прежде, чем давать им эту пищу.

Ж. Ж. Руссо

Лунная военная база «Гнездо Ястреба» разлеглась спрутом на дне холодной равнины, которая была зажата со всех сторон высокой замкнутой в кольцо горой. На вершине горы располагался космодром, связанный с базой туннелями, по которым скользили скоростные вагонетки, заполненные служащими и пассажирами, отправлявшимися с лунного космодрома в различные точки Галактики.

Наш флаер прилунился на космодром. Тут же герметичный шлюз присосался к порталу выхода, и мы проследовали к вагону внутреннего сообщения. Вскоре вагон оторвался от платформы, накрытой воздушным куполом, поднялся перпендикулярно к поверхности Луны, скользнул к краю воронки, на дне которой лежало «Гнездо Ястреба», и устремился вниз. Падение заняло минут пятнадцать.

— Какие планы? — поинтересовался у меня майор.

— На что планы? — не понял я вопроса.

— На базу. У нас до эшелона еще полчаса есть. Чем заняться намерен? — пояснил Розов.

— Не знаю, — искренне признался я. — Я в первый раз на Луне.

— Ну, ты даешь, юрист. В первый раз вижу человека, который не бывал на Луне! — с восхищением сказал Розов.

— Все когда-нибудь случается в первый раз, — глубокомысленно заметил я.

Вагон замедлил движение и стал менять положение. Плавно перемещаясь,