Вирус Aeon. Нева - Татьяна Кравченко

Не крик, не рык. Что-то механическое. Монотонное. Настойчивое. Как скрежет. Или... глухие удары. Исходил он из-за той самой двери в конце коридора, отмеченной на схеме Ливии красным крестом.

Они подошли. Дверь была массивной. Литая сталь, толщиной в две ладони.

Звук шел из-за двери. Глухой, ритмичный стук. Раз... два... пауза... раз... два... Как будто что-то тяжелое и тупое методично бьет в металл изнутри. Не яростно. Неистово. Страшной, нечеловеческой терпеливостью.

— Черт... — прошептала Джина, — Что там...

Нева приложила ладонь к холодной стали. Дверь вибрировала в такт этим ударам. Зловеще.

— "Третий"... — сказала она просто. Ее фонарь выхватил рядом с дверью панель аварийного питания. Рычаги опущены. Индикаторы мертвы. Ливия не соврала. Света тут не было давно. Ни для кого.

Сет упер плечо в дверь рядом с засовом, проверив натяжение. Его лицо в свете фонаря было непроницаемым.

— Держит. Но звук... — Он прислушался. — ...не ослабевает.

Раз... два... Удар. Пауза. Раз... два...

Звук заполнял коридор, вибрировал в костях. Он говорил не о ярости. Он говорил о бесконечном терпении. О чем-то, что не устает. Не сдается. Просто... ждет. И бьет. Методично. Неустанно.

Нева отвела фонарь от двери. Луч скользнул по стенам туннеля, по пятнам, похожим на высохшую слизь. Потом погас. На мгновение их поглотила абсолютная, давящая тьма. И в этой тьме стук стал громче. Ближе. Как сердцебиение самого кошмара.

— Он там, — констатировала Нева, включая фонарь. Свет ударил в глаза. — И он не уйдет. Не сам.

Они отступили от двери. Стук провожал их по коридору, становясь тише, но не прекращаясь. Раз... два... Раз... два... Он остался там, в вечной тьме подземелья, запертый в стальной клетке, которую сам не мог сломать, но и не переставал пытаться. Живой укор. Живая угроза. Тайна, оставленная Ливией, и обещание вернуться, которое Нева дала себе. Свет они везли домой. Тьма же оставалась здесь, под ногами, и она ждала.

Они шли дальше вниз, фонари выхватывая из мрака границы коридора, обозначенные на схеме Ливии. Воздух густел от пыли и запаха старой изоляции. Командная комната оказалась за массивной дверью. Сет плечом подал – дверь с пронзительным скрипом поддалась.

Внутри – хаос. Оборванные провода свисали с потолка, разбитые мониторы, опрокинутые кресла. На центральной консоли, под слоем пыли и осколков, Нева нашла то, что искала: ряд массивных тумблеров и один крупный рычаг аварийного питания, помеченный треснувшей красной табличкой "MAIN".

— Вот он, — Нева провела пальцем по рычагу, оставляя чистую полосу на грязи. — Как Ливия и говорила. Дёрни – и свет появится. Всё здание.

Она обвела лучом фонаря паутину проводов, копоть на стенах возле щитков.

— Но вот вопрос: что ещё заработает? Аварийные системы? Вентиляция? Или...

Ее взгляд упал на схему в руке, на зловещий красный крест в конце коридора.

— ...те самые двери складского отсека, где сидит "Третий"? Замки ведь на аварийном питании держались. Риск – оголенный провод. Замкнет – и дверь распахнется. Монстр выйдет на прогулку.

Решение висело в воздухе, тяжелое и очевидное. Без слов. Они двинулись дальше, глубже в подземелье.

Схема вела их через лабиринт технических тоннелей к жилому блоку. Контраст был разительным. Здесь не было следов паники или разрухи. Медотсек с аккуратными, пустыми койками и запертыми шкафами. Гостиная с телевизором, диванами и столиками. Столовая с длинными столами и стульями, будто застывшая в ожидании обеда. Душевые в каждой жилой комнате. Сет, движимый привычкой, проверил каждую кабинку, толкнув дверь плечом. Пусто. Только эхо шагов и плеск капель из недозакрученного крана где-то вдалеке.

— Хоромы, — пробурчал Сет, его голос гулко отдался в пустоте душевой. — Со всеми удобствами.

А потом они нашли кладовую. Дверь была приоткрыта. Внутри – стеллажи. И на них – богатство Апокалипсиса. Аккуратные ряды консервов (тушенка, овощи, сгущенка), мешки с рисом и гречей, пачки сухарей, галетное печенье в жестяных банках. Запасы, явно рассчитанные на долгую осаду или автономную работу секретного персонала.

— Приличный запас, — констатировал Сет, перебирая банки с тушенкой. — Годиков на пять для пары человек.

Нева стояла среди этого нежданного изобилия, но не радовалась. Ее фонарь медленно скользил по полкам, по пыльным этикеткам. Она шла задумчивая. Убежище. Защищённое. С ресурсами. И с соседом.

Возвращались тем же путем. Уже почти у развилки, ведущей наверх, из бокового туннеля вывалились трое оживших. Оборванные, медленные, с характерным хриплым рычанием. Один в лохмотьях халата лаборанта.

— Хм. Гости, — бросила Джина, уже поднимая тесак.

— Раз плюнуть, — отозвался Сет, поднимая топор.

Раз плюнуть – так и вышло. Глухой удар Сета – и голова первого взорвалась, как перезрелая тыква. Джина метнулась как тень, тесак сверкнул – второй рухнул с рассеченным позвоночником. Нева, не сбавляя шага, холодно, почти не целясь, всадила свой нож в глазницы третьего. Он шлепнулся лицом в лужу старой воды. Тишина вернулась быстрее, чем эхо ударов смолкло. Три трупа на мокром полу.

— Все равны, — сухо заметила Джина, вытирая клинок о брюки мертвеца. — Нас трое. Их трое. Паритет.

Они вышли во двор, на скупой свет угасающего дня. Воздух, пахнущий свободой и грязью, был глотком свежести после подземного склепа. Рон и Балт уже закончили погрузку. Грузовик был забит солнечными панелями доверху, Джип – коробками с кабелями и инверторами. Мужчины курили у бампера, лица усталые, но довольные.

— Ну что там внизу, босс? — спросил Рон, выпуская струю дыма. — Нашли своего монстра?

— Хоромы, — буркнул Сет, снимая разгрузку и бросая ее в кузов джипа. — Со столовой и душевой. И кладовка полная.

Балт присвистнул:

— Ух ты! Прямо курорт!

Нева закурила, медленно, вглядываясь в зияющий черный провал входа в лабораторию. Ее лицо было непроницаемым.

— Отличное место, — согласилась она, голос ровный. — Укрепленное. С водой. С запасами. Она сделала затяжку. — Правда, дверь нараспашку. Кто угодно – бродяга, стая, или... скажем, Тони с командой – может забрести и занять это убежище. Со всем содержимым. И соседом по подвалу.

Джина присмотрелась к ней. Знакомая искорка – холодного, расчетливого ума – мелькнула в глазах Невы.

— Ты уже что-то задумала, — заявила Джина без колебаний. — Слышу по интонации. Голос у тебя такой – как нож точильный, когда идея приходит.

Нева хмыкнула, коротко и без веселья. Дым струйкой уплывал в серое небо.

— Точно подметила. Код доступа к главному шлюзу между наземной и