Роанна. Хайланд - Виктор Постоенко

— Князь, человек просто растерялся, поэтому и не смог сразу ответить. Или у вашего отряда есть какое-то особенное задание? Мы вас заметили ещё там, на сопке, — императрица смотрела спокойно и благожелательно, и поручик решился:

— Ваше Величество, конечно, сопроводим, дорога тут опасная из-за байраков, местных бандитов. Они на всех нападают — и на нас, и на баратов.

— Хорошо, сколько нам нужно времени, чтобы добраться до Ташанты?

— За час с небольшим управимся, тут километров десять.

Ташанта оказался не городом, а просто большим поселком, вытянувшимся вдоль дороги и неглубокой речки Ташантинки. На окраине поселка стоял небольшой глинобитный форт с батареей и ротой солдат в гарнизоне. Поручик показал на форт:

— Вот тут мы квартируем, а дорога далее идёт на Кош-Агач, там настоящий город, пять рек и большой военный лагерь со ставкой генерал-поручика Ковача. Далее бандиты не рискуют заходить.

Ташанта выглядела как полурусская, полуазиатская деревня. Стояло несколько домов вполне старосветской архитектуры, и даже небольшая каменная церковь. Всё остальное занимали небольшие домики из глины с плоскими крышами.

В поселке задержались на два часа чисто из вежливости к начальнику местного гарнизона — пожилому майору, явно из рядовых. И впервые поели российской гречневой каши с мясом. Гарнизонный кузнец подковал несколько наших лошадей, и мы продолжили свой путь.

До Кош-Агача было тридцать пять километров. Дорога то поднималась вверх, то спускалась в небольшие низины с маленькими озерцами. Ближе к вечеру справа и слева появилась кое-какая растительность, пошли низкорослые деревья, постепенно сливающиеся в небольшие рощицы.

Проехали несколько небольших деревень с сонными собаками, которым было даже лень гавкнуть на проходивший караван. Потом пошли озёра, слева и справа от дороги появились извилистые русла рек, а затем мы выехали к огромному полю, на котором раскинулись ряды палаток и шатров, огороженные невысокими изгородями.

Здесь, у места слияния четырёх рек, образующих полноводную Чую, несущую свои стремительные воды в Катунь, расположился корпус генерала Ковача. Вернувшийся из лагеря казак сообщил, что генерал сегодня утром убыл с конвоем в Бийск, а генерал-майор князь Ардатов приглашает нас остановиться на ночёвку в военном лагере.

Мы не стали отказываться, и эту ночь спали на настоящих кроватях в выделенном нам шатре. За ужином удовлетворили любопытство генерала, мне помогал князь Талинский. Когда зашла речь о нашем оружии, я просто предложила выйти на улицу и опробовать.

Лагерь ещё не спал, горели костры, сновали солдаты, слышались даже женские голоса. Элора вынула из кобуры револьвер и высадила в небо весь барабан. Наступила тишина, после чего она взяла у Грона винтовку и так же выстрелила в небо всю обойму.

К дому, в котором располагался штаб, подбежала группа солдат с офицером, но генерал отправил их обратно. Стреляли ещё несколько раз — и сам генерал, и два полковника, присутствовавшие на ужине.

Больше всего их поразили сами патроны и упавшие на землю латунные гильзы. За столом я рассказала и об артиллерии, и о железных кораблях. Я не хвасталась, просто они — наши будущие союзники, и должны об этом знать.

Они сами поинтересовались, с какой целью Императрица дальней Империи приехала в российскую землю. И я не стала скрывать — заключить взаимовыгодные договора, а возможно, и союз, который поможет обеим нашим империям выстроить доверительные отношения и прийти друг другу на помощь, если в этом возникнет необходимость.

По поводу оружия я сразу сказала, что этот вопрос собираюсь обсудить с графом Ганиным, так как не хочу, чтобы наши образцы попали в руки чужих раньше, чем их производство освоят в Российской империи.

Надвигаются смутные времена в Старом Свете, где протестантские страны практически уже создали военный союз, угрожающий не только Франкии и Штирии, но и Росской Империи.

Несмотря на то, что наша империя находится на огромном расстоянии от Старого Света, этот союз может угрожать и нам. Бриттия, Семь Объединённых провинций со столицей в Амстельдаме, Свейланд — это были королевства и страны с развитой промышленностью и торговым и военным флотом.

И когда они наберутся сил и посчитают, что могут с нами справиться — они придут сюда, на Восток. В Старом Свете им уже тесно, а Алкебулан сложен для захвата из-за воинственности населяющих его народов.

Рано утром мы тронулись в путь, провожаемые и генералом, и группой офицеров гарнизона. Я специально наказала моим дамам не быть буками, а отвечать на комплименты улыбками, даже если и не понимают, что им говорят. Всё-таки здесь было очень мало женщин, вообще очень мало.

Расстояние в сто восемьдесят километров до крепости Бичикту-Кая мы преодолели за три дня. Дорога местами поднималась в гору, но в основном шла по берегу реки Чуя, прорубившей за тысячи лет в горах широкую долину. В крепости я оставила майора Грона с их обозом и почти весь взвод.

Я не видела смысла тянуть их дальше с собой: пусть тут отдохнут, займутся рыбалкой, наберутся сил и просто ждут меня. Дальше меня будет сопровождать десяток под командой сержанта. И комендант крепости отправил с нами десять крепостных казаков.

На следующую ночёвку остановились в большом селе со странным названием Туекта. Здесь уже было много российских крестьян и стояла небольшая церковь. Местность сменилась с гористой на лесистую. Появились возделанные поля, тропки, лес всё больше становился лиственным, появились березки.

Ещё двое суток пути, и мы уже в крепости Черга. Конечно, крепостью это место можно было назвать с натяжкой, но деревянный форт с пушками наличествовал. Само село было большое, вокруг росли густые леса, и строительного материала было много.

Крестьянские семьи из центральных губерний Империи с охотой переселялись в эти места. Рыбы и зверя вдоволь, земли — бери сколько можешь возделать. А самое главное — все, кто подписывал бумаги на переселение, сразу становились свободными людьми.

Я не раскрывала себя, да и по совету Талинского мы оставили наш флаг с майором Гроном. От крепости Бичикту нас сопровождал, кроме десятка казаков, и штабс-капитан, следовавший по замене в Старосветскую часть Империи. Поэтому нас не останавливали посты на дороге, ну и авторитет Талинского как князя делал своё дело.

К Бийску мы вышли на четвёртый день после того, как покинули крепость Черги. В деревне Усть-Сема пересекли уже ставшую широкой Катунь и дальше двигались по её правому берегу, а потом начались настоящие густые хвойные леса. У нас в Вальрондии сосны тоже росли, но вот елей и ёлок не было. Вернее, не в таком количестве.

Внезапно дорога выбежала на крутой берег широкой реки, через которую был переброшен деревянный мост. Ширина реки была не менее трёхсот метров, слева и справа виднелись большие острова, заросшие густым хвойным лесом. Правее моста на