Фантастика 2026-149 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

в нём победил национальную неприязнь к временным партнёрам по военным действиям, заставил отрабатывать оплату услуг отряда. – Броню к тому моменту уже подожгли выстрелами кумулятивных гранат. При отходе грамотно использовали фактор дымовой завесы. Тут и горящая техника роль сыграла и направление ветра».

– Пора! – произнёс майор. – Хорунжий, ко второй колонне пристраивайся.

– Слушаюсь, пан майор. – Привычно ответил, последовал приказу.

Поле прошли и всё на место встало.

– Боевое охранение в голову колонны! Всем включить средства связи, настроить радио на рабочую частоту. – Отдал распоряжение. – Командиры отделений, доклад!

Выслушал доклады.

– Працюемо, пановие! – дал отмашку на преследование.

Для того чтобы максимально обезопасить продвижение необходимо разбить отряд на группы по 7-9 человек, дистанция движения между группами по открытым участкам леса 30-40 метров, по редколесью 20, по густому лесу 10-15. Разное расстояние между группами обуславливается желательным визуальным контактом в тех случаях, когда необходимо соблюдать радиомолчание. Если б у майора, как в былые времена на службе у государства, были диверсанты в подчинении, вперёд выслал разведку из 4-х бойцов, для выявления засад противника на дальних рубежах, но его нынешний контингент, это охотники на диверсантов, а потому и повадки у них разнятся.

Их главная задача найти пропажу и мёртвой хваткой уцепиться ей в холку. Короче! При обнаружении группы диверсантов, необходимо немедленно остановить своё движение, залечь, и занять точки для ведения огня. Далее уже майор, исходя из ситуации, определяет алгоритм действия. Из ядра группы в направлении предполагаемой засады, скорее всего, вышлет две группы. Эти группы разделятся и зайдут к месту дислокации противника с разных сторон. Задача – обойти позиции диверсантов и ударить, как во фланги, так и в тыл. Но и это не всё! Его люди вышколены, как бойцовые псы. Первые, кто обнаружил противника, без лишних разговоров и приказов отвлекут его на себя, но, ни в коем случае не подставятся! Они просто будут вести огонь из укрытия и с безопасного расстояния, понимая, что основную работу уже выполняют две вышедшие на перехват группы.

Посадка, это не лес, но место неприятное для тех, кто в погоню ввязался. Земля под сенью деревьев густой травой поросла, которая местами до пояса доходит. С миноискателем не развернёшься. Если им постоянно пользоваться, темп ходьбы упадёт в разы. Потому впереди отряда в боевом дозоре идут самые профессиональные бойцы, а по факту смертники. Случись засада, они первыми под раздачу попадают. Те, за кем охоту открыли, на юных барышень ни по виду, ни по повадкам не должны похожими быть. И натянутая в десяти сантиметрах над землёй суровая нить зелёного цвета тому подтверждение. Фальк, австриец, из передового дозора, заметил растяжку лишь потому, что несколько травяных стеблей отклонились в противоположную сторону от основного ковра травы.

– Растяжка! – оповестил парней.

– Переступай. – Понял его и предложил напарник. – Сейчас гляну. Если всё гут, сниму.

То, что для растяжки была использована не проволока или леска, а практически незаметная в траве, но очень недолговечная хозяйственная нить, убедило Леха, шедшего четвёртым в колонне передового дозора, и проконтролировавшего второго немца, с позывным «Вайсман», что русские спецы рассчитывали, что их растяжка сработает в течение нескольких часов после установки. Они прошли вдоль натянутой в траве нити и через три шага обнаружили, что её конец привязан к одному из трех торчащих над землей усиков армейской противопехотной мины. Мина российского производства. «Стандарт», не «итальянка», какая хитрая. Увидев её торчащие над землей усики, спросил:

– Снимешь?

– Зачем? – осклабился тот. – Наши стороной обойдут, чужие пусть не за мой счёт выживают. Пусть будет.

– Ну, может ты и прав.

– А ведь русские торопятся, – определил Вайсман. – И тащат за собой кого-то. Толи раненых, толи пленных.

– Луис об этом уже доложил. Как думаешь, мы сильно отстали?

– Ноздря в ноздрю идём. Нам их выставленные растяжки мешают, им пленные или раненые разгон взять не дают.

– Пленных они сбросить могут.

– Могут. – Согласился австриец, ни на секунду не снимая концентрации со следа, на время разговора пропустив Фалька перед собой. – Могут, но им потребуется время на допрос. Не просто так же они их захватили? Поэтому по скорости мы фифти-фифти с ними.

Голос майора в канале связи затребовал прибавить темп, но после объяснения Лешека, согласился не штурмовать скоростной показатель движения.

– Судя по направлению, диверсанты идут в сторону украинской границы. Пан майор, может стоит озадачить куратора подведением сил и средств к посёлку Кияницы, использовать украинцев как подпорку.

– Согласен. – После короткого раздумья ответил майор. – Что там у них на пути? Какие ближайшие деревни?..

Полковник Трескунов на вызов откликнулся сразу:

– Майор, мы имеем дело с несколькими профессиональными диверсионными группами, работающими в наших тылах автономно. Это даже не армейский спецназ. Помимо нападения на колонну на шоссе Юнаковка – Суджа, совершены нападения на воинские части в процессе их выдвижения на позиции для ударов по расширению плацдарма. Мы получается, сейчас в скверном положении находимся! – полковник интонацией выделил вывод. – Группы немногочисленные, мобильные, с поразительной слаженностью действий. Все засады были организованы со знанием дела. Обладая теми же силами и средствами, что и диверсанты, я сам, пожалуй, не смог бы организовать более эффективной засады.

– Где ещё?

– Район Марьяновки, от вас это в 28-ми – 30-ти километрах. Район… Район Сосновки. И вот, пятнадцать минут назад сообщили, на украинской территории орудуют. Логистический узел подвергся нападению. Локинская железнодорожная станция, от Юнаковки в 27-ми километрах находится. Есть потери не только в живой силе, но и склады с боеприпасами подорвали.

Поляку на общую обстановку наплевать было. Его частный вопрос интересовал, тот, что касался непосредственно его и его людей. Спросил:

– Так как с поддержкой моему подразделению?

– Будет поддержка. Сейчас с командиром «Нахтигаля» свяжусь, пару взводов для тебя попрошу, может даже роту.

Глава седьмая

10-е августа

Ни свет, ни зоря, разбудил лагерь страшный грохот – казалось, что в десятке километрах от посадки в которой ночевали рушится весь мир. Так оно, по сути, и было – оккупанты расширяли плацдарм и, наверное, только Семибратов понял, что к своим людей он выведет не скоро. Если выведет. Судя по шуму свой кагал на направление главного удара ВСУ вёл, а значит придётся отходить назад и искать более предпочтительную тропку к своим. Почему так решил? Всё просто. Залп HIMARS из шести направляющих стоит миллион долларов. И тут появляются деликатные нюансы. До команды на залп HIMАRSами, чтобы не тратить дорогостоящие реактивные снаряды стоимостью 150 тысяч долларов за каждый понапрасну, убедительно просят украинскую ДРГ немного потерпеть под обстрелом