Следователь Верховного трибунала - Даниил Маркович Руднев

Д. Руднев,

С. Цыбов

СЛЕДОВАТЕЛЬ ВЕРХОВНОГО ТРИБУНАЛА

Документальный очерк

ВВЕДЕНИЕ

Жизненный путь Виктора Кингисеппа исследован неравномерно, одни его этапы изучены больше, другие — меньше. До недавнего времени, например, мало что знали о деятельности Кингисеппа в Москве в 1918 году. Теперь есть возможность восполнить, хоть и не полностью, этот пробел.

Кингисепп прибыл в Москву в марте 1918 года для участия в Чрезвычайном IV Всероссийском съезде Советов, не зная, как в дальнейшем сложится его судьба, где ему предстоит работать. Ему хотелось поскорее вернуться на подпольную работу в оккупированную немцами Эстонию, чтобы вместе со своим народом пережить лихую годину. Съезд избрал Кингисеппа членом Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета, и возвращение в Эстонию пришлось отложить.

«Для дальнейшей работы, — пишет Эльза Лелль-Кингисепп, — он предполагал поехать в Новороссийск, потом собирался в Екатеринбург. Велись с ним переговоры и о работе в Инспекции Народного Комиссариата по военным делам». В то время не было задачи важнее, чем создание Красной Армии для защиты республики Советов от иностранной интервенции и белогвардейщины, и Кингисепп охотно принял предложенный ему пост комиссара Инспекции по формированию военных округов.

На этом посту Кингисепп, по его словам, имел широкую область для применения своих сил. «Работа эта меня все более втягивает», — писал он Яану Анвельту в Петроград. Новые обязанности требовали частых выездов из Москвы; так сообщал он в ЦК Эстонских секций РКП(б): «Около десятого мая с. г. мне придется начать ряд инспекционных поездок по вновь сформированным военным округам». Кингисеппу предстояло посетить Ярославль и Архангельск.

В апреле 1918 года в системе Народного Комиссариата по делам национальностей комплектовался Эстонский отдел. ЦК Эстонских секций РКП(б) предложил Совету Народных Комиссаров назначить комиссаром Эстонского отдела Кингисеппа, но Кингисепп отказался, мотивируя свой отказ тем, что не имеет ни возможности, ни оснований оставить работу в Инспекции, а совмещать то и другое не в силах.

Объясняя Я. Анвельту причину своего отказа, Кингисепп, кроме деловых соображений, выдвинул следующий принципиальный довод: он не из тех работников, кто «во что бы то ни стало должен цепляться за эстонское корыто», то есть замкнуться в эстонские дела, если есть возможность посвятить себя общему делу Российской Советской республики. Так смотрел на свой долг коммуниста Кингисепп.

Работая в Инспекции по формированию военных округов, выполняя задания как член ВЦИК, Кингисепп в то же время принимал близко к сердцу все, что касалось Эстонии. Свидетельство тому — его письмо Центральному Комитету РКП(б) с просьбой оказать помощь в создании в Таллине нелегальной партийной типографии, участие в работе Особого совещания по выполнению Брестского мирного договора. Кингисепп активно сотрудничал в эстонской коммунистической прессе, содействовал формированию эстонских частей Красной Армии.

Положение Российской Советской республики с каждым днем становилось труднее. В марте 1918 года в Мурманске высадился первый английский десант, за ним последовала высадка новых английских, а также французских войск; в мае здесь появились американские солдаты. Оккупировав Мурманск, интервенты повели наступление в сторону Архангельска. В начале апреля 1918 года во Владивостоке высадились японский десант и английская морская пехота. Иностранная интервенция разгоралась. В конце мая начался контрреволюционный мятеж белочехов, которые захватили многие города Сибири, Дальнего Востока, Урала и Поволжья. Белогвардейцы, ободренные этим, усилили борьбу против Советской республики. Атаман Дутов захватил Оренбург.

Одновременно внутри страны воспряли духом свергнутые эксплуататорские классы, кулачество, а также различные контрреволюционные партии и группы. Все они плели сеть заговоров, поднимали мятежи, устраивали диверсии, сколачивали вооруженные силы для войны с республикой Советов.

В такой обстановке ВЦИК и Совнарком в конце мая 1918 года образовали для рассмотрения особо важных дел высший орган судебной власти — Верховный Революционный трибунал. При нем были учреждены Следственный отдел (его называли и комиссией) и Обвинительная коллегия; их состав, как и состав самого суда, комплектовался из членов ВЦИК. Партия направила в органы трибунала крупных работников: Обвинительную коллегию возглавил Николай Васильевич Крыленко, большевик с 1904 года, бывший после Октябрьской революции Верховным Главнокомандующим, а Следственную комиссию — Елена Федоровна Розмирович, член партии с 1904 года, секретарь Русского бюро ЦК РСДРП(б) в период нового революционного подъема.

13 июня 1918 года Президиум ВЦИК избрал членом Следственного отдела Верховного трибунала Виктора Кингисеппа. Через пять дней Президиум ВЦИК окончательно сформировал состав отдела. Кингисеппу был вручен мандат:

По постановлению Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета от 18‑го июня 1918 года в Следственный отдел Революционного трибунала при В. Ц. И. К. назначается товарищ Кингисепп.

Председатель В. Ц. И. К. Я. Свердлов.

Секретарь В. Ц. И. К. В. Аванесов.

Однако к следственной работе Кингисепп приступил ранее официального назначения, в конце мая 1918 года, совмещая ее некоторое время с работой комиссара Инспекции.

Для новой работы у Кингисеппа имелись и данные, и богатый опыт. Не касаясь его деятельности в эстонской большевистской организации в годы царизма, в период Октябрьской революции[1], скажем лишь, что в качестве заместителя председателя исполкома Советов Эстляндии Кингисепп возглавлял борьбу с контрреволюцией.

Еще не выяснен до конца вопрос, существовала ли тогда Эстонская ЧК. По некоторым сведениям, она была создана зимой 1917— 1918 года и возглавлял ее Кингисепп. В феврале 1918 года под его руководством по всей Эстонии в одну ночь были арестованы остзейские бароны, готовившие мятеж против Советской власти. В связи с этой операцией Кингисепп сносился по телеграфу с председателем ВЧК Феликсом Эдмундовичем Дзержинским. С именем Кингисеппа связана и деятельность первых революционных трибуналов в Эстонии.

По образованию Кингисепп был юрист, в свое время он окончил юридический факультет Петроградского университета. Это, видимо, также сыграло свою роль при назначении его в Следственный отдел.

Как уже говорилось, деятельность Кингисеппа в Верховном революционном трибунале, а также в ВЧК до недавнего времени была известна мало. Впервые она была освещена в брошюре Д. Руднева «Виктор Кингисепп в Москве», вышедшей в 1963 году на эстонском языке. Брошюра написана преимущественно на основе периодики прежних лет, редких литературных источников и воспоминаний старых большевиков. Продолжая изучение «московского периода» жизни Кингисеппа, автор вместе с полковником С. И. Цыбовым выявил в архивах большое количество процессуальных и других документов, позволивших воссоздать роль Кингисеппа в борьбе против российской контрреволюции. На основе архивных материалов и написана предлагаемая читателю книга.

Книга была задумана Д. М. Рудневым и чекистом С. И. Цыбовым, но Сергей Иванович успел принять участие лишь в разыскании