Об обязанностях человека и гражданина по естественному закону - Самуэль фон Пуфендорф

Славному и знаменитому Густаву Отто Стинбоку, графу в Богесунде, Королевство Швеция

Мой достославный господин, самый прославленный и выдающийся граф,

Ни малейшее сомнение не терзало мой растерянный ум, будет ли вполне уместно для такой незначительной работы претендовать на покровительство такого прославленного имени. Ибо, с одной стороны, маленькая книжка заставила меня покраснеть, потому что в ней не было ни гениальности, ни великолепия, ибо она охватывала лишь первые зачатки моральной философии, почти полностью взятые из наших более пространных работ. Но точно так же, возможно, это может принести некоторую пользу тем, кто делает первый шаг к такому исследованию, так что, если здесь нужно принять во внимание Ваше достоинство и мою обязанность, то будет казаться, что все здесь не достаточно подходит ни для того, ни для другого. С другой стороны, Ваши личные заслуги не меньше, чем заслуги общественные, вдохновляли ум, настолько преданный Вашему Светлейшему Превосходительству, что я подумал, что будет верхом неблагодарности, которой следует сильно опасаться, если я пренебрегу таким случаем, по крайней мере, чтобы засвидетельствовать, насколько сильно я был обязан Вам.

Я не говорю сейчас и о тех заслугах, которыми Вы благодаря благородным достижениям дома и за рубежом сделали страну особенно обязанной вам и в то же время с тех пор посвятили свое имя бессмертной славе. Пересказать эти дела соразмерно их достоинству - вот задача истории, которая, хотя и подробно рассказывает о славных делах Вашего народа и его победоносном распространении силой своего оружия во многих краях, всегда считает Вас важным фактором в таких великих достижениях; и удивляется, что тот же человек, когда война прекратилась, не меньше процветает и в искусствах мира, занимаясь прежде всего управлением очень большими провинции, а затем покровительствует администрации всего королевства.

Скорее здесь уместно было бы коснуться тех даров, которые были получены от Вашего Светлейшего Превосходительства для недавно созданного Университета, в котором мне было предложено определить обитель моей судьбы по приглашению Его Величества. Никто никогда не сможет, пропорционально Вашим заслугам, провозгласить Вас мудрейшим, а также добрейшим защитником и величайшим устроителем, в то время как он ежедневно видит, что Вы искренне и неустанно стремитесь к нашим же преимуществам и довольству среди такой огромной массы государственных дел. В самом деле, с каким уважением я должен ценить блага, которыми обладает Ваше Светлейшее Превосходительство и что дарованы мне особым образом? Для других о вершина желаний - стать известными людям высокого ранга и быть одобренными ими. Но мне приятна Ваша неистовая благосклонность в такой степени, в которой я не раз испытывал это, наиболее щедро дарованная к продвижению моих преимуществ и для того, чтобы отвратить от себя нападки недоброжелателей. Хотя я далеко не в силах отплатить за эти услуги, но это, несомненно, будет необходимо, по крайней мере, чтобы оправдать свое скромное отношение и откровенное признание столь многих выгод, поскольку доброжелательность великих людей обладает еще и тем свойством, которое она с радостью допускает для себя довольствоваться свидетельством благодарного ума. А поскольку у благородных людей принято по собственному желанию воздавать честь даже небольшому проявлению почтения себе путем выражения своей преданности, доброта Вашего Светлейшего Превосходительства предлагает мне надеяться на это, так что, возможно, не покажется, что я желал умалить Ваше величие, если я мог использовать такую ​​мелкую работу как повод публично выразить свои столь преданные мысли Вашему Превосходительству.

Ибо было бы слишком много ожидать от меня блестящей работы, способной добиться долгой жизни, тем более, что гении чрезвычайно охладевают, если обнаруживают это в процессе стремления вырваться из толпы, как злоба и невежество пускают на них свои зубы безнаказанно и не заботясь об отдыхе. И все же мой ум начнет снова расцветать бодростью и отбросит набравшуюся усталость, если я пойму, что это Ваше Светлейшее Превосходительство получает почтение со спокойным выражением лица, и при этом Вы попросите меня быть спокойным до конца благодаря Вашему расположению и покровительству. Так что да хранит Бог Ваше Светлейшее Превосходительство процветающим и энергичным в течение многих лет как славу и приобретение для Вашей страны, Вашей самой блестящей семьи и нашего нового содружества!

Вашему Светлейшему Превосходительству,

САМУЭЛЬ ПУФЕНДОРФ.

Лунд, 23 января 1673 г.

Предисловие. К добропорядочному читателю

Если бы обычай, принятый многими образованными людьми, имел силу закона, то могло бы показаться, что излишне говорить что-либо в предисловии о смысле существования данной работы, поскольку сам предмет говорит достаточно о том, что я не сделал ничего иного, как изложил для начинающих основные разделы естественного права, кратко и, я думаю, в ясном изложении, чтобы они не смешивались в расплывчатых областях этого исследования за пределами, так сказать, элементарных знаний, что могло бы с самого начала отпугнуть обилием и сложностью предметов. В то же время мне казалось, что для общественной пользы было бы проникнуть в умы прилежной молодежи моральную доктрину такого характера, чтобы можно было рассмотреть возможность ее явного использования в гражданской жизни. И хотя в противном случае я всегда считал бесславным сводить дело к конспекту, тем более что есть обширные сочинения других и гораздо больше моих, но когда прибавляется авторитет начальствующих, я не думаю, что разумный человек упрекнет меня в том, что я хотел посвятить этот труд преимущественно молодежи, заслуженное одобрение которой может быть настолько велико, что работа, предпринимаемая для благосклонности молодых людей, даже если она не обладает гениальностью или блеском, не должна никем считаться недостойной.

Но то, что принципы такого характера не более подходят для всего изучения права, чем любые элементы гражданского права, не отрицает никто, у кого хоть наполовину вменяемая голова. И этого может быть достаточно для присутствующих, ибо не посоветовали ли некоторые нам предварить изложение некими замечаниями, которые могли бы помочь пониманию характера естественного закона в целом и более точных обозначений того, что остается за его пределами. Я взялся за это тем более охотно, что таким образом предлог уберется подальше от людей, которым навязчиво любопытно высказать свою лихорадочную критику по поводу этого исследования, ибо хотя их мысли часто как бы переплетаются, но они отделены от своих оснований.

Поэтому очевидно, что люди черпают познание своего долга, и того, что в этой жизни им следует делать, как морально хорошее, а чего не следует, ибо это морально плохо, так сказать,