Персидские войны Рима - Андрей Валерьевич Банников

А. В. Банников

ПЕРСИДСКИЕ ВОЙНЫ РИМА

*

2-е издание, электронное

© Банников А. В., 2020

© Юрченко К. А., дизайн обложки, 2020

© Оформление,

ООО «Издательство «Евразия», 2020

Предисловие

К середине I в. до н. э. Римская Республика достигла пика своего военного могущества. Казалось, что во всей ойкумене нет такой силы, которая была бы способна противостоять организованной мощи легионов. Самые дикие и воинственные западные племена были вынуждены признать свое бессилие, отступить, сложить оружие и умолять победителя о мире: галлы были покорены, британцы разбиты, германцы отброшены за Рейн и загнаны в леса. Риму еще предстояли годы тяжелейших военных кампаний, которые будут стоить ему немалой крови, но в течение полувека никто не сможет обозначить пределы его захватнических устремлений в Европе.

По-иному развивалась ситуация на Востоке, манившем завоевателей своими немыслимыми богатствами и сулившем победы куда более легкие, а славу куда большую, чем походы против западных варваров. Разрушив и подчинив себе эллинистические царства, давно истощившие силы в вековой борьбе за наследие Александра, римляне вышли к берегу Евфрата, за которым простирались владения парфян — последнее препятствие, отделявшее их от чудес Индии.

Вряд ли у Марка Лициния Красса, решившего стяжать лавры победителя парфян, было какое-либо представление об их стране или военных обычаях: отношения, имевшие место ранее между римлянами и Аршакидами[1], должны были породить в его голове идею о государстве, существенно не отличавшемся от восточно-эллинистических монархий, с которыми Рим имел дела прежде. По крайней мере, нет никаких указаний на то, что Сулла или Помпей усмотрели в Парфянской державе опасность большую, чем в митридатовском Понте или Армении.

Между тем структура и организация парфянских вооруженных сил имели свои специфические особенности и заметно отличались от тех армий, с которыми римлянам уже приходилось сталкиваться на Востоке. Будучи воплощением государства, имевшего феодальную структуру, аршакидское войско полагалось почти исключительно на эффективность своей великолепной конницы, в то время как парфянская пехота была немногочисленной и состояла главным образом из лучников; набиралась она среди малоимущих слоев населения; пехотинцы играли роль обозной прислуги, участвовали в инженерно-строительных работах при проведении осад и были незаменимы во время боевых действий в горах.

Тяжелую парфянскую кавалерию образовывали отряды закованных в панцири всадников — катафрактов, которые собирали под своими знаменами высшую аристократию царства. Дополнительные контингенты катафрактов парфянские цари получали от союзников и вассалов, прежде всего царей Армении.

Катафракты были полностью покрыты броней[2]. Основным видом их доспеха был панцирь, изготавливавшийся из пластинок или чешуек, пришитых на кожаную основу. По той же технологии делались попоны (или нагрудники), защищавшие их коней[3]. Наступательное вооружение катафракта состояло из массивного двуручного копья (длина которого, насколько мы можем судить на основании иконографических свидетельств, была около 4 м)[4] и тяжелого меча, подвешенного на поясном ремне (HeLiod., Aethiop., IX, 15); кроме того, всадник мог иметь секиру или булаву и, возможно, лук.

Катафракты, как правило, не пользовались щитами, поскольку их доспехи были настолько прочными, что делали практически бесполезным этот элемент защитного снаряжения.

Для того чтобы всадники в подобном вооружении могли свободно передвигаться по полю боя, им нужны были кони исключительной силы и размера, которые, очевидно, были достаточно редки и очень ценились. Поэтому представляется вероятным, что катафракты сражались главным образом на знаменитых конях, которых разводили на Нисейской равнине в Мидии[5].

Во время атаки катафракты двигались плотной массой, почти касаясь один другого локтем. Держа копье обеими руками (левая находилась ближе к наконечнику, правая — ближе к заднему концу древка), катафракт бил им по диагонали, влево от направления движения своего коня. Предполагается, что седло с высокими луками и жестким каркасом позволяло всаднику даже при отсутствии стремян прочно держаться на лошади во время нанесения удара. Учитывая тяжесть вооружения людей и коней, натиск этой бронированной массы представлялся неотразимым и сокрушительным. Как утверждает Плутарх (PLut., Crass., 27), парфянские катафракты при Каррах с одного удара пробивали своими тяжелыми копьями сразу двух человек (ср. HeLiod., Aethiop., IX, 15).

Но даже великолепные нисейские кони были неспособны под тяжестью собственного вооружения и закованных в броню седоков выдержать марш-бросок более чем на 500 м. Таким образом, использовать этот вид войска можно было, по существу, только на равнине, а их автономия ограничивалась единственной короткой и стремительной атакой, в конце которой лошадям было необходимо дать перевести дух. Именно это обстоятельство имеет в виду Юстин, когда пишет о парфянах: «Долго сражаться они не могут; поистине, они были бы неодолимы, если бы их стойкость была такой же, как сила их натиска»[6].

Другой, гораздо более многочисленной частью парфянской армии были отряды конных лучников — гиппотоксотов, состоявших из представителей менее крупной знати.

Аршакидские гиппотоксоты обычно не носили доспехов. Их основным оружием был мощный композитный лук, который вел свое происхождение от луков кочевников Центральной Азии. Для ношения лука и стрел парфяне использовали скифский горит, представлявший собой колчан, совмещенный с налучьем (саадаком). Ни щитов, ни каких-либо других элементов защитного снаряжения у гиппотоксотов, по-видимому, не было. Искуснейшие стрелки, парфяне были также превосходными наездниками, способными как проводить быстрые атаки, так и выполнять вокруг врага повторяющиеся карусели. При необходимости они могли имитировать отступление в надежде заставить неприятеля нарушить свой боевой порядок и броситься за ними в преследование. Если это удавалось, то, отходя, всадники посылали стрелы назад в скачущих за ними врагов. «Сражаются они на конях, — пишет Юстин, — то направляя их прямо на противника, то поворачивая назад; часто они даже как будто обращаются в бегство, так как при этом преследующие обычно становятся менее осторожны и их легче ранить»[7]. В этом приеме парфяне были непревзойденными специалистами — недаром словосочетание «парфянская стрела» стало нарицательным и вошло в поговорку.

Известно, что в парфянских войсках существовали также подразделения всадников на верблюдах[8]. Значительную часть их образовывали, вероятно, контингенты, отправляемые Аршакидам союзными народами, прежде всего арабами.

Парфянская тактика ведения боя представляла собой классический вариант тактики кочевников. Это объяснялось как кочевым происхождением основателей Парфянской