Мемуары - Христофор Греческий и Датский

так и дети, потому что она могла беседовать с любым из них с равным интересом. Она была очень находчива, у нее всегда был наготове остроумный ответ, и она прекрасно пародировала других, но все же ее остроумие никогда не было жестоким. Она была любимой сестрой моего отца; они никогда не переставали писать друг другу хотя бы раз в неделю, а то и больше, вплоть до дня его смерти[35].

Тетя Минни, русская Императрица Мария Федоровна[36], была уменьшенной и менее красивой версией своей сестры; у нее было то же обаяние, тот же такт, но она обладала более сильным характером. Хотя она была миниатюрной, она могла войти в комнату так величественно, что все замолкали и поворачивались, чтобы взглянуть на нее. Она много курила, но не хотела, чтобы об этом знал кто-то, кроме членов семьи, поэтому, если кто-то вдруг входил в комнату, она немедленно прятала сигарету за спиной, забывая о клубах дыма, валивших, словно из кадила.

Ее муж, император Александр III, которого мы назвали дядей Сашей, был ростом около шести футов пяти дюймов[37] и колоссально силен. Мы, дети, очень любили его, потому что он был добрым и веселым и умел делать всевозможные трюки, например разрывать целую колоду карт руками или сгибать серебряную тарелку, словно картон.

Однажды летом во Фреденсборге мои старшие братья и двоюродные братья организовали велосипедный клуб, и Император был единогласно избран президентом. Они составили официальный документ на французском языке, в котором объясняли, что, хотя они полагают его слишком толстым, чтобы ездить на велосипеде, все же хотели оказать ему честь возглавить клуб. Хотя он и притворился разъяренным, тем не менее принял предложение с большой гордостью.

Он любил розыгрыши и всегда удивлялся, если люди находили их возмутительными. Однажды во время одной из семейных встреч в Дании его племянники подарили ему на день рождения садовый распылитель воды. Он опробовал его на следующее утро, когда увидел короля Швеции Оскара[38], в то время как тот шел, беседуя с королем Дании, безупречно одетый, в сюртуке и цилиндре. Искушение оказалось слишком сильным для императора, поэтому он повернул распылитель в сторону короля Оскара и облил его с головы до ног, к большому удовольствию принца Уэльского, который наблюдал за сценой в окно. Единственным человеком, которому шутка не понравилась, был король. Хотя Император извинился, он так и не простил его.

Третья сестра моего отца, тетя Тира, герцогиня Кам-берлендская[39], тоже приезжала на эти семейные встречи со своим мужем и детьми. Мы все очень любили дядю Эрнста, как звали герцога, но при этом мы безжалостно дразнили его. У него было длинное тело и невероятно длинная шея, увенчанная восхитительно плоским лицом, практически без носа, достойного упоминания. Он ненавидел переодеваться к обеду, когда гостил у родителей жены; он никогда не хотел надевать что-либо кроме своего любимого охотничьего костюма, который состоял из короткого тирольского жакета, кожаных шорт, обнажающих колени, и тяжелых ботинок. Он сидел неподвижно и в течение всего обеда чувствовал себя неуютно в отглаженной рубашке и во фраке, с таким коротким воротником, что его вряд ли можно было назвать таковым, на который он наматывал вечерний галстук, не намного шире обычного шнурка для обуви.

Дядя Фредди, кронпринц, а затем король Фредерик VIII[40], тоже увлекся велоспортом. Он ездил на велосипеде всего около недели, когда ехал по большой дороге, окаймленной глубоким рвом, с другой стороны которого находился тротуар. Все шло хорошо, пока две идущие навстречу пожилые дамы не узнали его и не начали делать реверанс. К сожалению, когда он убрал руку с руля, чтобы поднять шляпу, велосипед вышел из-под контроля, слетел в канаву и приземлился на тротуаре. Секунду спустя бедные старушки лежали в канаве, а на них — кронпринц и его велосипед.

Он был не единственной жертвой велосипедной мании. Однажды королева Мод Норвежская[41], принцесса Виктория, великий князь Михаил[42] и я собирались покататься верхом в лесу Бенсторфа. Мы только выехали и неспешно ехали по большой дороге, как вдруг женщина лет пятидесяти слетела с холма на велосипеде и врезалась на полном ходу в ограду пешеходной дорожки, да так и осталась на ней висеть. Великий князь спрыгнул с лошади, передав мне поводья, и галантно помог даме встать. Она мучительно ахнула: «Где мама?» Никто из нас не смог ей ответить. «Она только начала кататься на велосипеде, и я не знаю, что с ней будет…» — взволнованно продолжала дочь, когда второй велосипед проехал вниз по склону. На нем сидела старуха лет семидесяти в туго зашнурованном корсаже и шляпке. Педали безумно крутились под двумя толстыми ножками, которые беспомощно торчали. Ее волосы развевались, глаза смотрели прямо в небо, будто она уже собиралась встретиться с Создателем, она ехала прямо на свою ничего не подозревающую дочь, которая повернулась спиной к приближавшейся угрозе! Я забыл упомянуть, что первый велосипед продолжил катиться себе дальше и теперь наслаждался заслуженным отдыхом в канаве в нескольких сотнях ярдов ниже по склону. Великому князю удалось вызволить из передряги покрытое синяками, нетвердо державшееся на ногах, но неустрашимое семейство. «Я научусь ездить на этой машине, даже если это отнимет у меня остаток жизни», — решительно сказала мать, и ее дочь согласно кивнула разбитой головой!

Долгие летние дни в Дании проходили беззаботно и счастливо. Пока не станет слишком поздно, никто не осознает, насколько счастливым может быть детство!

Однажды я обратился к матери после какой-то тривиальной школьной неудачи: «О, если бы я только вырос». «Помни эти года, ты всегда будешь вспоминать о них как о самых счастливых в жизни», — ответила она. Как часто я вспоминаю об этих словах!

Взрослые, которым не нужно было постоянно заниматься детьми, погружались в свои личные дела. Мужчины ездили верхом или в авто, к нам часто присоединялись некоторые дамы. Королева Дании с тремя дочерьми практиковала игру в восемь рук на двух фортепиано. Жена принца Вальдемара[43], принцесса Мария Орлеанская[44], страстно увлекалась верховой ездой и опробовала каждую лошадь в конюшнях. Она была самым веселым и очаровательным человеком, всегда что-то придумывала. У нее был исключительный талант к рисованию и лепке, она вылепила из глины множество животных, которые были воспроизведены в фарфоре на знаменитой копенгагенской фабрике. Но возвратимся к верховой езде. На ферме был огромный бык. И принцесса задумала оседлать это! Она это сделала и каталась на огромном животном вверх и