Девочка с веслом, или личный друг домового - Сербский

не только снаружи, но внутри. Митинга с ленточками и оркестром устраивать не стали. В один прекрасный день стройбат исчез, и персонал детдома приступил к своим обязанностям. Работа пошла. Завертелась, как ни в чем не бывало. А вот дисциплина осталась порушенной. Воспитатели нагло присвоили себе детей, и приспособились маневрировать, чтобы их не отдавать.

Катин пример оказался заразительным на все сто. Воспитательницы открыто забирали девочек до занятий, после занятий, и когда вздумается. Не только на ночь, и в собственный выходной день тоже — на целые сутки. И никто не спорил. Нина Ивановна даже радостно потирала руки, заполняя свои отчеты. Дело в том, что технические показатели детей на полигоне резко выросли, до небывалого уровня.

Начальство военного гарнизона, посомневавшись, задним числом дало высочайшее разрешение. Все-таки показатели в отчете перевесили опасения, ведь этот отчет уходил куда-то наверх, за облака. Куда именно, я еще не знал. Но о каком местном начальстве шла речь, понял прекрасно — начальником гарнизона являлась полковник медицинской службы Гриб. Та самая солидная дама в очках, что исследовала Настю в лаборатории.

Официальное разрешение, что позволяло брать детей домой, нас тоже коснулось в полной мере. В казарменной спальне мы и без этого редко бывали, а теперь и думать о ней забыли. А что? Всем — значит, всем. Настя хоть на полигон и не ходит, и спонтанными выбросами огня не страдает, но тоже человек.

Насколько я понял из добытой информации, магическая сила колдуньи напрямую зависит от настроения. А какая радость в детдомовском общежитии? Кроме скуки, одна тоска. Другое дело жилище воспитателя, с домашними блинами и личной куклой. Хочешь — пей какао, хочешь — компот. Причем тот, который сварила сама. Ну, или почти сама. Естественно, в такой обстановке настроение ребенка сильно поднимается. Как ни крути, а «вишенка в садочку коло хаты» — отличная психотерапия.

Что касается пожарной безопасности, то все участники эксперимента прошли дополнительный инструктаж. Нина Ивановна нам тоже прочитала нудную лекцию, украшенную показом репродукций известных картин: «Не стой под стрелой», «Не влезай — убьет», «Спички детям не игрушка». В завершение она сказала задушевным голосом:

— Настя, может так случится, что Катя выйдет из дома. В туалет или в магазин, неважно. Но если вдруг загорится…

— Не бояться? — догадалась Настя.

— Да! Главное — не паниковать. Если огонь небольшой, сразу попробуй потушить. Набрось одеяло, залей водой, или засыпь песком.

— А если большой?

— Если большой, — веско бросила начальница, — немедленно убегай.

— Куда?

— Ну, тут написано: в безопасное место.

— А где безопасное место?

Перечитав тест еще раз, Нина Ивановна заерзала:

— В общем, убегай.

— А если не получится убежать?

— Тогда из окна зови на помощь.

Настя нахмурилась:

— Но раньше вы говорили, что первым делом надо закрыть окна и форточки! Чтобы исключить сквозняк. Как же звать на помощь, когда никто не услышит?

Верная инструкция выручила несчастную женщину:

— Тогда облей водой пол, накройся мокрым полотенцем, и звони «01».

Такой ответ Настю не устроил, о чем она не преминула сообщить:

— Но у Кати нет телефона!

— Хм… Связисты есть, а связи нет? Непорядок, — Нина Ивановна застрочила в своей рабочей тетради. Потом бросила карандаш и сняла трубку: — Барышня, здесь капитан Захарова. Дай-ка мне твоего Карапетяна. Как это он не твой? Бабушке своей будешь сказки рассказывать! Карапетян? Скажи мне, друг мой, почему у сержанта Суриковой в доме нет телефона? В графике работ на следующий месяц? Ничего себе… Оказывается, вы там еще и работаете иногда?

В этом месте я был полностью согласен с иронией начальницы. Связист отдельного радиотехнического батальона — самая загадочная профессия. Эти люди сплошь и рядом выполняют непонятную работу. Настолько секретную, что о ней никто не знает. Даже они сами. Тайный девиз связистов звучит так: «Вчера было рано, завтра будет поздно, а сегодня некогда». Поймать связистов на горячем невозможно, потому что у дверей их домика всегда стоит вооруженный часовой. И он никого внутрь не пустит, даже генерала, пока не придет дежурный офицер. Тут не придерешься, все строго по инструкции, утвержденной этим же генералом. А когда придет дежурный офицер, внутри будет тишина и идеальный порядок.

Нина Ивановна хмыкнула. Не моим мыслям, а своим. Потом брови сдвинулись, в голосе прорезалась сталь:

— Работнички! Короче, Карапетян. Вечером доложишь, что телефон установлен. Ничего не знаю! Сегодня! Сам воздушку тяни, понял? После ужина проверю, товарищ капитан. Выполняйте! Все, отбой связи.

Она выдохнула. Налила из графина воды и выпила.

— Да уж, — подумал я. — Нельзя командовать шепотом, это доказано опытом.

Непонимающим взглядом начальница уставилась на Катю, потом перевела глаза на Настю. Лицо ее разгладилось:

— На чем мы остановились, деточка?

— У Кати нет телефона, — четко доложила Настя. Нить разговора она не теряла.

— Уже есть, — ласково улыбнулась Нина Ивановна. — Только он без номера. Снимешь трубку, скажешь: «Барышня, пожар в пятой квартире». Все. После этого убегай. В общем, без паники, понятно?

Настя кивнула, хотя в ее голове ворочалась целая куча вопросов, сложных и не очень. Но много. И я понял, что этим вечером Катя попала. Насте будет не до сказок, она захочет разобрать пожарную инструкцию до последнего винтика. И почему-то мне показалось, что в стороне отсидеться не выйдет.

А Нина Ивановна поступила мудро, как настоящий командир. Она оборвала дальнейшие вопросы сообщением, что инструктаж окончен. Повелев расписаться в журнале, начальница выдала брезентовую робу, каску и асбестовые рукавицы для Кати. Честно говоря, я не понял, зачем. Видимо, так, на всякий пожарный случай. Добротная амуниция, такую век носить, не сносить. Ничего не поделаешь, если хочешь быть красивым — поступай в гусары.

По дороге домой Настя вновь заострила пожарную тему, но я ее ловко срезал:

— Послушай, есть идея нового сарафана.

Прием удался на все сто — она мгновенно переключилась:

— Да? А что такого нового в сарафане? Катя мне уже три штуки пошила, и все они только цветом отличаются.

— Карманы, — коротко пояснил я генеральную идею. — Везде карманы.

— Как это? — поразилась она. — Зачем на сарафане карманы?

— Фишка для красоты. Вот представь: один на груди, два по бокам, и два на попе.

— Пять карманов на сарафане⁈ И что в них носить?

— Ничего носить не надо. Запомни: хорошая девочка — не хомяк.

— А тогда зачем?

— Большие карманы с вышивкой и оторочкой по контуру — это элемент декора. Зрительный образ с оригинальным акцентом. Изюминка, которая делает вещь броской и нарядной. А еще карманы можно украсить бусинами, пуговицами и пайетками.

— Хм… — задумалась она. — Очень интересно. Очень!

Усадив Настю