Ловушка для мастера - Александра Лисина

При этом Арли сразу же связалась с мастером Даэ, сообщив, что с ней все в порядке, а заодно узнала, что ее мама благополучно проснулась и чувствует себя хорошо. Лэн Даорн к тому времени тоже полностью пришел в себя. Его состояние Эмма расценивала как стабильно хорошее, то есть никаких последствий от пребывания в сне-ловушке он не заработал. Его найниитовый чип тоже работал исправно, хотя во время нашего отсутствия у отца случилась еще одна кратковременная остановка сердца, которую сестренка, к счастью, вовремя выявила и устранила.

По поводу остальных пострадавших мы, правда, ничего не знали, но поскольку все они имели вживленные в тело инъекторы с препаратами экстренной помощи, то можно было надеяться, что никто из них не умер.

Впрочем, полагаю, учитель держал этот вопрос на контроле. Так что, скорее всего, в самое ближайшее время информация по этим людям у нас тоже будет.

Что же касается вопроса старого мастера, то я сначала помедлил, давая Эмме время прочитать мои воспоминания. И лишь когда она их увидела, проанализировала и сказала, что скрывать информацию больше нет смысла, я вкратце доложил, с чем именно мы столкнулись и какие мысли у меня возникли по этому поводу.

— Что тебе сказал Босхо? — осведомился мастер Майэ, когда я подошел к самому, пожалуй, главному.

Я наморщил нос.

— Он связан клятвой, поэтому многого рассказать не смог даже во сне. Но ему с самого начала было известно, что все, кого утянуло в закрытый сон, имели персональные инъекторы с лекарствами для экстренной помощи в случае остановки сердца. Более того, выбор жертв был заранее согласован, а наличие инъектора стало одним из обязательных критериев, по которым проводился отбор.

— То есть это не случайность?

— Нет. О том, почему должны пострадать именно эти люди, Нартину не сообщили, однако кто-то очень постарался собрать на них максимально полное досье, в том числе и медицинское. Смотрите сами: среди жертв не было ни одного сильного мага разума или мага сна. Никто из них, за исключением лэна Даорна, не имел найниитовых чипов. Все они… опять же, за исключением отца… потомственные аристократы и занимают высокое или очень высокое положение в своем роду. И все, кроме отца, имели вшитые под кожу медицинские инъекторы с набором сильнодействующих препаратов почти на все случаи жизни.

Мастер Майэ заметно нахмурился.

— Сами по себе эти люди, пускай и значимы для рода, но их смерть прямо скажем, не нанесет критического удара ни по репутации рода, ни по родовому бизнесу.

— Ур, — тихонько проурчал сидящий у меня на плече йорк.

— Вы правы, — согласился я, мельком сверившись с памятью рода. Арли, которая во время разговора сидела у меня на коленях, при этом несильно вздрогнула, благо мы все еще оставались связанными. Но она быстро успокоилась. И потом лишь внимательно слушала, не стремясь меня поправить или дополнить. — Скорее, для Босхо имели значение родственные связи. Потому что все жертвы имеют прямое отношение к правящей ветви и такие же прямые родственные связи с главами своих родов.

— Это значит, что смерть таких людей охрана точно бы не пропустила, — замедленно проговорил лэн Даорн. — Инъекторы при срабатывании сразу же отправляют сигнал тревоги. А раз жертвы были приближены к правящей верхушке, значит, охрана начала действовать почти сразу после чэпэ, да и танам должны были доложить о случившемся немедленно.

— С одной стороны, это и правда выглядит нелогично, — угукнул я. — Зачем убивать тех, кто сразу не умрет и даже после смерти во сне сможет прожить какое-то время благодаря препаратам? Но с другой… Нартин обмолвился, что обязательная смерть жертв в его задачу как раз не входила. Напротив, они должны были мучиться и страдать как можно дольше. Поэтому для каждого из них и был создан персональный кошмар, в котором отразились все страхи и опасения, которые беспокоили жертв больше всего. Скажем, кто-то боялся воды и угодил прямиком в бушующее море. Кто-то опасался контакта с килами и увидел во сне самую большую рыбину, которой в реальной жизни просто не существует. Кто-то однажды чуть не замерз в снегах и больше всего на свете боялся испытать это снова. А кто-то один раз сорвался с горы и считал это своим персональным поражением, которое ни за что и никогда не должно было повториться… То есть чисто психологически расчет получился верным — реализованные страхи и кошмары в буквальном смысле выбили у людей… причем у умных, проницательных и во всех отношениях сильных людей… почву из-под ног. Некоторые ожидаемо растерялись. Некоторые впали в отчаяние. Кто-то даже поверил, что все это реально. А когда вдобавок к этому их личные кошмары не просто ожили, но и заставили людей неоднократно пережить всю гамму ощущений во время смерти, это еще больше деморализовало жертв. И сделало легкой мишенью для хозяина сна. Однако тот факт, что его целью было не столько убить их, сколько заставить как можно дольше оставаться во сне-ловушке живыми, существенно меняет картину.

Мастер Майэ нахмурился еще больше.

— Хочешь сказать, Босхо хотели вывести из игры не столько конкретных людей, сколько службу безопасности старших родов и всех мало-мальски сильных магов, особенно тех, кто понимает в магии разума и магии сна?

Я кивнул во второй раз.

— У меня сложилось именно такое впечатление. Связать сильнейшие рода общей бедой, но при этом и разобщить их, заставив каждого сосредоточиться на решении своих личных проблем. В подобной ситуации каждый род будет занят лишь собственными трудностями. И своими людьми. Чужие им будут уже не так интересны. К тому же время имело значение — запас препаратов в инъекторах все-таки ограничен. Пять-шесть клинических смертей и все, смерть станет окончательной. Поэтому попавшего в беду родственника надо было срочно спасать, привлечь лучших целителей, как можно скорее перенести жертву в медицинский модуль… Когда человек знатный и важный лично для тана, понятно, что ни до кого другого ни охране, ни главе рода не будет никакого дела. По крайней мере, какое-то время.

— Значит, это еще не закончилось… — окончательно помрачнел учитель.

— Да, — напряженно ответил я, а Ши угрожающе встопорщил шерсть и тихонько зашипел. Ему, как и мне, очень не понравилось то, что с нами произошло. — Старшие рода отвлекли самым простым и самым надежным способом — ударили по