Мальчишки в наследство. Спаси мою любовь - Вероника Лесневская

Лиля кивает, поднимается и пятится ко мне, тут же попадая в плен моих объятий. Вместе мы возвращаемся к главному входу в центр.

- Ты как солнечная батарейка с бесконечным зарядом энергии, которой щедро делишься со всеми, - нашептываю ей на ухо. Не устаю восхищаться характером жены, ее принципами, чистотой и милосердием. Лиля особенная, настоящий ангел во плоти, и мне повезло, что она выбрала меня.

- Ее зовут Надежда. Так символично. Но она слишком грустная и безжизненная, - печально рассказывает, на расстоянии наблюдая за блондинкой. - Такой была моя мама раньше.

- Нелегко быть в ее состоянии. Вся жизнь впереди, а возможности ограничены, - задумчиво изучаю девушку, при этом крепче обнимая Лилю. После паузы выдаю неожиданно сам для себя: - Я узнаю у главного врача, нужны ли ей деньги на лечение и сколько. Может, получится ей помочь.

Ловлю на себе восхищенный взгляд любимых глаз, чувствую легкий благодарный поцелуй в щеку. Жена удивлена моим внезапным порывом. Признаться, я тоже. Никогда не занимался благотворительностью, а в последнее время, видимо, попал под Лилино влияние и меняюсь ради нее.

- Моя жена не нуждается в подачках, - вибрирует за спиной.

- Назар Егорович, добрый день, - обернувшись, подаю ему руку. Усмехаюсь, потому что именно эту фразу я однажды сказал ему, когда он тайно перечислил Лиле немалую сумму на реабилитацию матери. За жену я заплатил лично, чтобы она ни у кого не была в долгу. Помню, как ревновал ее при этом. Теперь похожие чувства испытывает Богданов.

- Добрый, Виктор Юрьевич, - пожимает мне ладонь, а сам то и дело поглядывает на блондинку. - Невольно стал свидетелем вашего разговора. Нет, в деньгах она не нуждается, - цедит ревниво.

- Жена? – растерянно уточняет Лиля, покосившись на обручальное кольцо, которое директор центра никогда не снимает. Оно будто вросло в его безымянный палец, прикипело к коже. Если сорвать, то только с мясом.

- Бывшая. К сожалению, - сжимает руку с кольцом в кулак. – Развелись год назад. Но с вами я хотел поговорил не о моей личной жизни, - опомнившись, прячет ладонь в карман брюк. – Есть новости о вашем родственнике – Тимуре Османове.

- Слушаю внимательно, - напрягаюсь, ощущая, как тонкие женские пальчики впиваются в мое предплечье. Сочувствие Лили не иссякает. Она готова весь мир спасти, однако лично меня в данный момент интересует лишь непутевый муж моей сестры. – Как он?

- Некоторое время побудет в клинике за границей. Присмотр хороший, да и жена постоянно находится рядом с ним. Вы же в курсе, что за лечение Османова лично взялся мой дядя, ведущий нейрохирург... - короткая передышка и вердикт: - Операция прошла успешно. Впереди долгие месяцы реабилитации, но дядя уверяет, что у пациента большие шансы вернуться к полноценной жизни.

Мы с Лилей облегченно выдыхаем и переглядываемся, обмениваясь эмоциями. Есть моменты, когда нам не нужны слова. И сейчас – один из них. Мы вдвоем переживаем за Тимура. Пусть он тот еще бездарь и изрядно попортил мне крови, но он необходим Аде. А еще… без его авантюры мы с Лилей никогда бы не поженились. Османов должен выжить, иначе я сам его с того света достану, лентяя бестолкового! Пусть хотя бы в этой схватке выйдет победителем.

- Я ваш должник, Назар Егорович, если что-нибудь потребуется… - начинаю с запалом, но доктор не дает мне договорить.

- Самое ценное никто не в силах мне вернуть, а остальное я сам могу добиться, - произносит с налетом безысходности, вновь впиваясь взглядом в свою бывшую жену, которая сидит к нам спиной и пока что не видит его. - Мне пора. Поздравляю вашу маму с выпиской, Лилия. Всего доброго.

- До свидания.

Слова прощания растворяются с воздухе, потому что Назар быстро отдаляется от нас. Подходит к блондинке, заботливо накрывает ее колени пледом. При этом они почти не общаются, контакт происходит на уровне взглядов и эмоций.

Вместе направляются к главным воротам, за которыми их ждет женщина с детской коляской. Наверное, мать Надежды. Она порывисто обнимает и целует в щеку жену Богданова, а потом усаживает ей на руки младенца месяцев четырех от роду. Все это время за ними пристально следит Назар. Как коршун. Однако не вмешивается, будто не имеет на это права. (Про Богданова и Надежду можно читать тут https://litmarket.ru/reader/byvshiy-papa-lyubov-ne-lechitsya)

*

История Назара Богданова и Надежды - уже на сайте

Бывший папа. Любовь не лечится

- Доктор Богданов, сложная пациентка, - вызывает заместитель. - Отказывается от помощи. Направлена к нам на реабилитацию после ДТП.

- Была за рулем? – уточняю уже на ходу.

- Нет, пьяный урод не справился с управлением и въехал в остановку, где стояла она с ребенком.

- С ребенком? – сердце обрывается.

- Да, малышу нет и полугода. Не пострадал – она успела оттолкнуть коляску и приняла удар на себя. А сейчас требует отпустить ее домой, к сыну.

- Настоящая мать, - выдыхаю с облегчением. - Отпустим, когда сама пойдет. И не таких упрямых на ноги ставили, - останавливаюсь у палаты. - Как зовут?

- Надежда Богданова, однофамилица ваша.

- Кто?

Невозможно. Только не она! Но…

На больничной койке – моя бывшая жена, с которой мы развелись год назад.

Встречаемся взглядами.

Вздрагивает. Узнала. И я не забыл.

- Сколько месяцев ребенку? – спрашиваю совсем не то, чем должен интересоваться врач.

Читаю ответ в ее широко распахнутых, наполненных слезами глазах.

Скажи, милая, за что?

ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ...

* *

* *

- Мама идет, - окликает меня Лиля, и я переключаюсь с главных ворот на крыльцо центра.

По пандусу осторожно и неторопливо спускается теща в сопровождении Вячеслава Никитича. Она еще плохо стоит на ногах, неуверенно и слабо, поэтому передвигается на костылях, а он трепетно придерживает ее, не отстраняясь ни на секунду и контролируя каждый ее неловкий шаг.

- Вячеслав Никитич мне объяснил, что мама заново учится