Засечная черта Московского государства XVII века - Александр Иванович Яковлев

полян каширской Оленковской засеки в 151 г. – № 415 л. 11, полян Федяшевской засеки в 144 г. и 148 г. – № 415 лл. 13–19, полян Боровенской засеки в 146 г. – № 415 лл. 20–21, – полян Бобриковской засеки в 168 г. – № 416 лл. 729–738, полян Лихвинских засек – № 416 лл. 725–727.

107

Шацкие засеки – Белг. ст. № 10 лл. 387–389; Орловские и Мценские – Прик. ст. № 18 лл. 54–55; Веневские – Прик. ст. № 278 лл. 590, 592, 593, 597, 598; Вожские – Моск. ст. № 40 лл. 332–337, 423–425; Ряжские – А. М. Г. I, с. 262.

108

Раковская засека – Прик. ст. № 51, II, лл. 563–566; Алатырская – Моск. ст. № 852, ст. 3, л. 37; Шацкая – А. М. Г., I, с. 336; Белг. ст. № 53 лл. 339–340, 346–347; Моск. ст. № 108 лл. 403–404, 410–412; Корницкая – Белг. ст. № 53 лл. 15–16, 125–126; Красносельская – Вл. ст. № 58 лл. 189–192; Арзамасская – Белг. ст. № 54 лл. 572–574, 657–659, 660–663; Вожская – Моск. ст. № 108 лл. 361–364, 408–409, № 115 лл. 456–463 и т. д.

109

Ч А. М. Г., I, № 573.

110

Я. Корнилов был в Московском государстве на службе уже в 1631 г. – С. Г. Г. Д., III., № 89.

111

Д. Р., II, с. 486; Р. И. Б., № 161. Наставление об охране и поддержке засечных укреплений повторяется из года в год, – напр., К. Р. II с. 649–650, 864–865 и др.

112

В сентябре 1637 г. ждали даже появления татар на Оке – А. М. Г. II, №№ 84, 85, 86. О набеге см. Р. II. Б., II, № 168. Осенью 1637 г. тульские засеки были дозрены еще раз Яковом Дашковым и Жд. Бондыревым – см. ниже.

113

Р. И. Б., II, № 168.

114

И. А. Гавренев – родом из кашинских дворян. В кашинской десятне 1622 г. Гавренев значится в группе дворовых с окладом по 550 чети: «Ис чети 18 рублев. Иван Офонасьев сын Гавренев, а за ним 10 человек крестьян да 15 бобылей; на государеве службе без государева жалованья мочно быть на обышномъ конишке, а з жалованьем, с своим окладом, будет на середнем коне. У скаски ево Иванова рука» (В. Н. Сторожев, Тверское дворянство XVII века, вып. III, с. 8–9). Начав с «обышнаго конишики», Гавренев пошел далеко. Он начинает свою быструю бюрократическую карьеру перед Смоленской войной, появляясь в Разрядах с конца 1630 года. С этого года и по 1649 г. он вместе с О. Ф. Лихачевым и М. Даниловым – думный дьяк Разряда и непременный член дворцового обихода. Через руки его проходят все важные дела Разряда, бесчисленное количество докладов носят следы его характерного и трудного для чтения почерка, им же редактировались и составлялись наказы, циркуляры, выговоры и т. д., шедшие из Разряда. Гавренев играет в эти годы как бы роль начальника главного штаба. В Разрядах он нередко выступает со своей собственной физиономией как живое лицо. С 1651 г. он – думный дворянин, а с 1655 г. окольничий. Гавренев умер, по-видимому, в 1662 г. Трудно сказать, что послужило точкой опоры для начала его карьеры. Впоследствии его служебное положение поддерживалось и житейскими связями, так как он породнился с Шереметевыми. У него накопилось значительное состояние, быстро к тому же возраставшее: по данным Приказа сбора ратных людей в 1638 г. – 264 двора, а по переписи 1646 г. – уже 758 дворов (См. Д. Р. passim, Сборник, посвященный С. Ф. Платонову, с. 452, С. В. Рождественский, Роспись земельных владений Московского боярства).

115

Вл. ст. № 89 лл. 175–178.

116

Д. Р. II, 560 и Вл. ст. № 79 лл. 268–273. Выбор этих лиц не был случайным: на них остановились, вероятно, как на людях опытных и бывалых.

Кн. Ф. А. Елецкий появляется в Разрядах с первого года царствовании Михаила уже в чине стольника. В 1613–1615 гг. видим его воеводой в Рыльске (Д. Р. I, 92, 148–149). За рыльскую службу он был пожалован шубой и ковшом (Д. Р. I, 175). В 1615–1616 гг. Елецкий был воеводой в Уфе и Свияжске (Барсуков, Списки воевод, с. 263). В 1617 г. видим его в Москве во дворце «смотрящим в кривой стол» (Д. Р. I, 284). В том же году Елецкого хотели послать воеводой в Новгород, но не послали «для того, что был в Свияжском» (Д. Р. I, 288). В 1618 г. он послан с запасами с Волока Ламского на Белую (Д. Р. I, 315) и в том же году получил поручение сбирать дворян и детей боярскихъ во Владимире, откуда должен был явиться в Н. Новгород как товарищ кн. Б. М. Лыкова (Д. Р. I, 358, 364). Елецкий вздумал местничаться с самим Лыковым, но потерпел поражение и за свою претензию посидел день в тюрьме (Д. Р. I, 367–373). В 1624 г. опять видим его во дворце (Д. Р. I, 604, 612, 653). В 1625–1626 гг. Елецкий был воеводой в Ельце (Д. Р. I, 736, 846). в 1627–1628 гг. он был послан на Луки Великие «города делаться» (Д. Р. I, 877). В 1630-х годах видим его опять во дворце (Д. Р. II, (88, 209). в 1632 г. Елецкий был приставом при турецком после и по этому поводу неудачно местничался с кн. И. Буйносовым. (Это длительное любопытное дело см. Д. Р. II, 250–262, 264, 270, 277–288, 443, 491–496). В 1633–1636 гг. Елецкий был воеводой в Пскове (Д. Р. II, 295, 331, 342, 395, 478). За псковскую службу он был пожалованье шубой и кубком (Д. Р. II, 510). Осенью 1637 г. Елецкий участвовал в спешно принятых мерах по обороне Москвы (Д. Р. II, 555. Ср. К. Р. I, 80; 311, 333, 389, 462, 565, 585, 665–671, 1235, 1344; II, 82, (86, 458).

Григорий Теряев – заметный дьяк. В 1631 г. видим его участником дворцовых церемоний (Д. Р. II, 211). В 1632–1633 г. он «в объезде» на Москве (Д. Р. II, 270, 328, 370). С 1634 г. Теряев сидит в Разбойном приказе (Д. Р. II, 394). Осенью 1637 г. он участвует в обороне Москвы, состоя при кн. Д. М. Пожарском (Д. Р. II, 556). В конце 1638 г. видим его дьяком Московского судного приказа (Д. Р. II, 571). О. В. Клепиков-Бутурлин заметен по Разрядам с середины 1620-х годов. В конце 20-х годов видим его воеводой на Ливнах, в 1630 г. – воеводой на Луках Великих. Иван Ларионов, подьячий в 1616 г., в 1633 г. был дьяком в Архангельске, в 1634 г. – в Пскове, а в 1636–1638 гг. он сидел на Земскому дворе и, между прочим, состоял приставом