История Каролингов - Леопольд-Август Варнкёниг

получило лишь после Сардикийского собора 347 года. В нем находят шестьдесят одно декретальное письмо, приписываемое папам, от Климента I, второго преемника святого Петра, до Мелхиседека, то есть с 77 по 314 год, и тридцать пять ложных декреталий последующих времен. Кроме того, в этом сборнике есть декреты соборов, содержащие фальсифицированные отрывки. В нескольких говорится, как о вещах, существовавших в первом веке, о том, что началось лишь два или три века спустя.

Очень хорошо понимают цель Псевдо-Исидоровой коллекции и мотивы ее автора, который, без сомнения, действовал не в одиночку, а в сговоре с другими, более заинтересованными, чем он. Из всех церковных властей, кроме папской, лишь одна рассматривается в сборнике благоприятно: это власть примасов и, следовательно, власть архиепископов Реймса и Майнца: что хорошо доказывает, что Эббон и Отгар были в сговоре с автором, и что, кажется, указывает одновременно на то, что если Псевдо-Исидорова коллекция послужила упрочению власти папы, то не именно с этой целью она была составлена.

Легко объясняется также причина, по которой автор предпочел вставить ложные документы в новый сборник, а не в собрание Дионисия Малого, которое было действующим каноническим кодексом в империи. Самый знаменитый сборник канонического права, рядом с этим, был подлинной Исидоровой коллекцией, составленной епископом Исидором Севильским[95] в середине VII века и дополненной впоследствии. Мало известная вначале, она проникла во Франкскую империю в IX веке; но имели лишь небольшое число ее экземпляров. Переработав кодекс Исидора и поместив в него ложные документы, можно было легко заставить поверить в их подлинность; ибо Псевдо-Исидорова коллекция должна была смешаться с подлинным собранием Исидора Севильского. Так и произошло фактически; выдержки из Псевдо-Исидора уже были представлены в 857 году на собрании в Кьерзи. Однако папа Николай I, которому около 865 года цитировали ложные отрывки, отнюдь не признал их подлинными[96]. Позднее в Риме стали опираться на это собрание, и авторы последующих сборников, помещая в них ложные документы, тогда считавшиеся подлинными, придали им силу закона, которую они все еще имеют в Corpus juris canonici.

Точное знание подлинной Исидоровой коллекции датируется лишь нашим веком; этим мы обязаны ученому из нашей страны, Ласерне Сантандеру, хранителю библиотеки Брюсселя[97]. Он обладал несколькими рукописями этого собрания, которые, к несчастью, после его смерти исчезли[98]; но испанское правительство велело сделать в 1808 и 1821 годах прекрасное издание собрания Исидора, так что каждый сегодня может сравнить его с Псевдо-Исидоровой компиляцией. Последняя была недавно (в 1853 году) вновь опубликована г-ном Денцингером-младшим, профессором теологии Вюрцбургского университета, в патрологической коллекции аббата Миня, том 130.

Последний вопрос, порожденный полемикой о ложных декреталиях, заключается в том, было ли теократическое могущество святого престола и вся иерархическая конституция Церкви, как она существовала в средние века, делом Псевдо-Исидора. Все еще находят немало авторов, придерживающихся этого мнения и согласно которым можно было бы поставить под вопрос легитимность организации Католической церкви. С другой стороны, г-н Вальтер и сторонники так называемых ультрамонтанских доктрин утверждают, что Псевдо-Исидорова коллекция нисколько не способствовала основанию или упрочению монархического принципа Церкви; так что папская теократия средних веков установилась бы даже в том случае, если бы ложных декреталий никогда не существовало.

Оба мнения кажутся нам ошибочными. Что мы считаем основанным на истине, так это то, что ложные декреталии помогли упрочению иерархического порядка средних веков, порядка, основы которого существовали задолго до составления Псевдо-Исидорова сборника. Таково же мнение г-на Лорана: «Не будь ложных декреталий, – говорит он, – папство не менее бы господствовало в средние века. Декреталии лишь ускорили и упрочили революцию, зародыши которой существовали и развились бы и без них»[99].

Мы нашли в «Истории Каролингов» Гфрёрера[100] странное утверждение относительно истории ложных декреталий. Этот автор подробно излагает, но не подкрепляя решительными доказательствами, что духовенство Франкской империи раскололось на две большие фракции, одну псевдо-исидоровскую, другую противоположных взглядов. Он предполагает со стороны первой заговор против установленного порядка, как церковного, так и политического; связывает с этим знаменитый процесс, возбужденный против монаха Готшалька из-за его теории о предопределении, осужденной несколькими соборами. Он даже возводит происхождение раскола к последним годам VIII века. Эта система была победоносно опровергнута г-ном Венком в его сочинении о Франкской империи после Верденского договора.

Наследственность феодов, датируемая той же эпохой, также является предметом, вызвавшим оживленные споры. Вопрос, однако, кажется нам легким для решения, когда учитывают исторические факты и положение момента.

Последний из сыновей Лотаря, император Людовик II, умерший без детей мужского пола 13 августа 875 года, оставил наследство, которое по праву переходило к его дяде, Людовику Немецкому, бывшему младшим братом Лотаря. Но Карл Лысый немедленно отправился в Италию и короновался императором папой Иоанном VIII в день Рождества 875 года. Затем он вернулся в Галлию и сообщил о своем избрании императором епископам и сеньорам, собравшимся в Понтьоне в июне 876 года. Людовик Немецкий, пославший двух своих сыновей в Италию, чтобы оспорить у него императорскую корону, умер в том же году, 28 августа; но его старший сын, Карломан, которому он уступил свои права, вскоре вторгся в итальянские владения императора. Тогда-то и состоялось знаменитое собрание в Кьерзи, где была санкционирована 14 июня 877 года наследственность почестей и должностей.

Прежде чем предпринять кампанию за Альпами, Карл Лысый хотел обеспечить в свое отсутствие сохранение своей власти и покой своих государств. Он не придумал ничего лучше, как полностью удовлетворить требования обеих аристократий, военной и церковной. Первые статьи капитулярия в Кьерзи[101] составлены в форме предложений, сделанных королем его левдам, на которые те ответили. Так, статья 8 сформулирована в следующих выражениях: «Если до нашего возвращения какие-либо почести окажутся вакантными, как ими распорядятся?» Ответ церковных левдов, следующий непосредственно, таков: «Если в ваше отсутствие умрет архиепископ, соседний епископ по согласию с графом будет управлять епархией, пока его смерть не будет доведена до вашего сведения. Если умрет епископ, архиепископ назначит визитатора, который по согласию с графом будет наблюдать за управлением Церковью, пока смерть этого епископа не дойдет до вашего сведения. Если умрет аббат или аббатиса, епископ, в приходе которого находится монастырь, будет наблюдать за этим учреждением вместе с графом, пока вы не распорядитесь иначе».

Ответ светских левдов находится в следующей статье. Король, который, без сомнения, получил его, пишет сам, говоря от первого лица: «Если умрет граф, сын которого находится с нами, пусть наш сын совместно с нашими другими верными выберет среди друзей и родственников умершего кого-нибудь, кто по согласию с чиновниками графства и епископом будет управлять графством, пока факт