Моисей. Жизнь пророка - Джонатан Кирш

нарушителей: – Пошлет Господь на тебя моровую язву. Поразит тебя Господь чахлостью, горячкою, лихорадкою, воспалением, засухою, палящим ветром и ржавчиною» (Втор., 28: 16, 21–22). Одним словом, повиновение Богу в буквальном смысле вопрос жизни и смерти.

«Вот, я предлагаю вам сегодня благословение и проклятие, – сказал Моисей, повторив фразу, мантру дейтерономиста. – Благословение, если послушаете заповедей Господа, Бога вашего, которые я заповедую вам сегодня; и проклятие, если не послушаете заповедей Господа, Бога вашего» (Втор., 11: 26–28).

Есть рабы, но нет покупателей

Моисей измучил слушателей, рассказывая, как Яхве одарит их, если они будут соблюдать священные законы, начиная с завоевания Земли обетованной и уничтожения и изгнания коренных народов Ханаана.

«Когда введет тебя Господь, Бог твой, в землю, и изгонит от лица твоего многочисленные народы, Хеттеев, Гергесеев, Аморреев, Хананеев, Ферезеев, Евеев и Иевусеев, семь народов, которые многочисленнее и сильнее тебя, и предаст их тебе Господь, Бог твой, и поразишь их, тогда предай их заклятию, не вступай с ними в союз и не щади их» (Втор., 7: 1–2)*.

Израильтяне должны не давать пощады своим противникам и «в городах сих народов, которых Господь Бог твой дает тебе во владение, не оставляй в живых ни одной души» (Втор., 20: 16)*. Яхве позволит израильтянам взять в качестве военного трофея богатства завоеванного Ханаана. «С большими и хорошими городами, которых ты не строил, – сказал Моисей, вероятно, с едкой иронией, – и с домами, наполненными всяким добром, которых ты не наполнял, и с колодезями, высеченными из камня, которых ты не высекал, с виноградниками и маслинами, которых ты не садил, и будешь есть и насыщаться» (Втор., 6: 10–11).

Еще более подробно Моисей описал бедствия, которые Яхве нашлет на израильтян, если они не будут подчиняться божественному закону, если они попадут под тлетворное влияние богов и богинь, чьи обряды столь соблазнительные и доставляют такое удовольствие. Моисей вызывал в воображении ужасы, наподобие ужасов, изображенных причудливой фантазией Босха[119], когда земля молока и меда превратится в землю страданий и смерти, видение настолько ужасающее, что до сих пор слова Моисея вызывают содрогание.

Израиль будет захвачен и разорен врагами, предупредил Моисей. Голод и мор обрушатся на тех, кто не погиб от руки завоевателя. Ужас и хаос превратят города и деревни в ад на земле. «И ты будешь ощупью ходить в полдень, как слепой ощупью ходит впотьмах, – грозил Моисей. – С женою обручишься, и другой будет спать с нею; дом построишь, и не будешь жить в нем; виноградник насадишь, и не будешь пользоваться им. Вола твоего заколют в глазах твоих, и не будешь есть его; сыновья твои и дочери твои будут отданы другому народу» (Втор., 28: 29–32)*. Голодные и бездомные, даже самый «изнеженный и живший между вами в великой роскоши», будут драться с собственными женами, чтобы есть плоть своих детей, и женщины дойдут до того, что будут есть послед своих новорожденных детей. «И сойдешь с ума от того, что будут видеть глаза твои» (Втор., 28: 34), – сказал Моисей, дни и ночи будут проходить как в бреду, и испытание будет столь тяжелым и ужасным, что израильтяне станут молиться, чтобы поскорее настал конец.

«Жизнь твоя будет висеть пред тобою, и будешь трепетать ночью и днем, и не будешь уверен в жизни твоей; от трепета сердца твоего, которым ты будешь объят, и от того, что ты будешь видеть глазами твоими, утром ты скажешь: „Пришел бы вечер!“, а вечером скажешь: „Наступило бы утро!“» (Втор., 28: 66–67)*.

Последнее бедствие, как ни парадоксально, приведет к резкому и неожиданному повороту судьбы – Землю обетованную отберут, избранный народ изгонят, и израильтяне вернутся туда, откуда они вышли сорок лет назад! «И возвратит тебя Господь в Египет на кораблях тем путем, о котором я сказал тебе. „Ты более не увидишь его, – предупредил Моисей, – и там будете продаваться врагам вашим в рабов и в рабынь, и не будет покупающего“» (Втор., 28: 68).

«Настал день, когда ты должен умереть»

Внезапно Моисей обрушил гнев на «жестоковыйных» израильтян, обвиняя их в своей несчастной судьбе – он лишился благословения Яхве и обречен на одинокую смерть в изгнании, в то время как израильтяне отправятся без него в Землю обетованную. И он прервал выступление, чтобы вспомнить тот день, когда Бог объявил ему свое решение.

«И молился я Господу в то время, говоря: „Господи Боже, Ты начал показывать рабу Твоему величие Твое и крепкую руку Твою; ибо какой Бог есть на небе, или на земле, который мог бы делать такие дела, как Твои, и с могуществом таким, как Твое? – горько сетовал Моисей. – Дай мне перейти, молю Тебя, и увидеть ту добрую землю, которая за Иорданом, и ту прекрасную гору и Ливан“. Но Господь гневался на меня за вас и не послушал меня, и сказал мне Господь: „Полно тебе, впредь не говори Мне более об этом“» (Втор., 3: 23–26) – за неверный, попирающий закон, неуправляемый народ, который он был вынужден вывести из Египта.

«И Господь прогневался на меня за вас, и клялся, что я не перейду за Иордан и не войду в ту добрую землю, которую Господь, Бог твой, дает тебе в удел, – разглагольствовал Моисей, – я умру в сей земле, не перейдя за Иордан, а вы перейдете и овладеете тою доброю землею» (Втор., 4: 21–22).

Наконец, Моисей перестал предаваться воспоминаниям и замолчал. Впрочем, остались еще несколько вопросов, и Моисей отложил на какое-то время неизбежный момент смерти, сделал паузу, чтобы записать слова прощальной речи на свитке. Затем он передал свиток священникам, которые положили его рядом с ковчегом Завета. Когда израильтяне придут в Ханаан, сказал Моисей, они должны оштукатурить большие камни и начертать на них слова закона, чтобы все видели, а книгу, которую он написал, следует каждые семь лет доставать и читать вслух собравшимся израильтянам, «чтоб они слушали и учились, и чтобы боялись Господа Бога вашего, и старались исполнять все слова закона сего» (Втор., 27: 2–3; 31: 12). Исключительно потому, сказал Моисей, что нет никакой уверенности в том, что они будут помнить и соблюдать Второй Закон.

«Ибо я знаю упорство твое и жестоковыйность твою, – язвительно сказал Моисей, – вот и теперь, когда я живу с вами ныне, вы упорны пред Господом; не тем ли более по смерти моей?» (Втор., 31: 27).

Наконец, голос, который слышал только Моисей, голос, который знал и узнавал только Моисей, произнес слова, которые Моисей боялся услышать.

«Вот, дни твои