Последний царь: Как Николай II хотел сохранить самодержавие, а потерял империю - Цуёси Хасэгава

После публикации той книги я долго не возвращался к теме Февральской революции. Тем временем мир кардинально изменился, особенно после распада СССР. Как ученые, так и общество отнеслись к этому эпохальному событию как к следствию глобального перехода от автократии к демократии. В постсоветской России, наконец-то вырвавшейся за рамки концепции марксизма-ленинизма, у историков появилась возможность взглянуть на события 1917 г. под другим углом. Февральская революция, которая в советский период считалась лишь прелюдией к возглавляемой большевиками Октябрьской революции, наконец заняла свое законное место в исторической науке, открылись новые горизонты для исследований, а с ними появился доступ ко многим источникам, до того погребенным в глубинах архивов.

На Западе интерес к революции среди специалистов по истории России или СССР, напротив, сильно ослаб, а немногочисленные исследователи, которые продолжали работать над этой темой, сосредоточили свое внимание на других аспектах революции – культурных, гендерных, региональных и этнических. Разумеется, их свежий взгляд помог нам лучше понять ту эпоху, но сама Февральская революция отошла на второй план, будто вопрос о конце монархии уже изучили вдоль и поперек[1240].

Вдохновленный мировыми изменениями, а также новыми научными трудами и источниками, я вернулся к теме Февральской революции и в 2017 г. опубликовал переработанное издание своей первой книги – «Февральская революция: Петроград 1917-го. Смерть самодержавия и рождение двоевластия» (The February Revolution: Petrograd, 1917: The End of the Tsarist Regime and the Birth of Dual Power). Дополнив свой труд свежими исследованиями и источниками, особенно теми, которые описывали роль либеральной элиты, в частности Временного комитета, я только укрепился в убеждении, что в феврале 1917 г. в России одновременно произошли две взаимосвязанные революции – народный бунт и восстание думских либералов против Николая II и его правительства. В новом издании я с большей уверенностью заявляю, что либеральная элита сыграла решающую роль в отречении Николая II от престола и крахе монархии.

Однако с момента публикации этой книги мир столкнулся с новой угрозой: по всему земному шару начал распространяться авторитаризм, посягающий на демократию, в том числе в США. Это подтолкнуло меня снова обратиться к бурным дебатам российских историков об отречении Николая II и пересмотреть источники, которые я упустил из виду, готовя переиздание своей книги о Февральской революции. Мне очень пригодились новые исследования о роли верховного командования в драматичной истории отречения Николая. Тогда я решил, что следует гораздо подробнее рассказать читателям о российской монархии во время Первой мировой войны, а также о крахе самодержавия в результате Февральской революции и при этом героями сделать не только думских либералов, но и верховное командование, а также родственников Николая II. Эта книга – осуществление моей многолетней мечты, ведь я уже давно хотел проанализировать драматичные события, связанные с отречением последнего российского царя и гибелью самодержавия.

На всем пути мне помогали, делились советами и вдохновляли многие ученые, а также мои коллеги и друзья из Японии, США, Великобритании и России/СССР. Их слишком много, чтобы перечислять всех поименно. Однако я хотел бы упомянуть троих, которым я благодарен как ученый. Это Вада Харуки, Дональд Тредголд и Виталий Иванович Старцев.

Хочу выразить глубокую признательность целому ряду российских историков, с которыми я лично не знаком и с которыми не переписывался, но чьи труды и ссылки на новые источники по теме отречения оказались крайне полезны для моего исследования, пусть и не со всеми выводами я был согласен. Огромное спасибо Андрею Борисовичу Николаеву, чьи книги и многочисленные статьи о Февральской революции, несомненно, являются самыми авторитетными работами по этой теме. Я во многом опирался на его энциклопедические знания, а он с радостью поделился источниками, которые мне было трудно найти. Екатерина Сергеевна Габроева оказала мне неоценимую помощь, отвечая на многочисленные вопросы. Я также признателен Борису Ивановичу Колоницкому, чьи новаторские исследования о чете Николая и Александры и о Керенском, а также о языке и культуре в годы революции во многом повлияли на мою работу.

Среди коллег из США и Великобритании я хотел бы выразить признательность Семиону Ляндресу – организатору семинаров о русской революции. Благодаря этим встречам я смог познакомиться со многими русскими и западными историками, разделяющими мои научные интересы. Вдохновение для создания книги я черпал, обсуждая Февральскую революцию с коллегами – Майклом Хики, Даниэлем Орловским, Рексом Уэйдом, Сарой Бэдкок, Аароном Рэтишем и Иэном Тэтчером.

Хики, Орловский, Ляндрес и Николаев прочли часть этой книги и высказали ценные замечания. Николас Николсон также давал мне полезные советы, делился источниками и помогал устранить ошибки, касающиеся родственников Николая II, в особенности великих князей Михаила Александровича и Кирилла Владимировича. Он также помог мне разобраться с законами о престолонаследии. Брюс Меннинг не только отвечал на мои многочисленные вопросы и обменивался со мной материалами, но и разрешил использовать его неопубликованную работу о верховном командовании в годы Первой мировой войны. Маргарет Херцен и Роберт Николс помогли лучше понять православные обряды, а также религиозные взгляды Николая.

Сотрудники архива Гуверовского института войны, революции и мира при Стэнфордском университете и Бахметевского архива в Колумбийском университете оказали мне неоценимую помощь, равно как и архивисты РГИА (бывший ЦГИА), ГАРФ (бывший ЦГАОР), ЦГА СПб (бывший ЦГАОРСС) и отдела рукописей Российской национальной библиотеки, где я побывал еще в советские годы. Мне очень жаль, что после февраля 2022 г. у меня больше нет возможности посещать российские архивы.

Я признателен Гуверовскому институту при Стэнфордском университете за грант Сайласа Палмера и Калифорнийскому университету в Санта-Барбаре (UCSB) за исследовательский грант Академического сената. Благодаря им я смог работать над книгой.

Конечно же, я в неоплатном долгу перед Брендоном Проей из издательства Basic Books, который поверил в ценность моей работы и терпеливо, тщательно, с безупречным редакторским профессионализмом превратил многословный черновик в законченный текст. Острый глаз Сью Варги, моего корректора, помог отыскать множество несоответствий и ошибок. Она с пониманием отнеслась к моим бесконечным срочным правкам и сделала книгу намного лучше. Пэтти Айзекс создала развернутое генеалогическое древо Романовых и замечательные карты. Энни Чатэм из Basic Books терпеливо провела мой труд по всем этапам создания книги. Спасибо также Томасу Лебьену из Moon and Company за ценные советы о тонкостях книгоиздания.

Я также бесконечно признателен своей научной ассистентке Александре Ной, которая разыскивала редкие книги, расшифровывала, казалось бы, нечитаемые архивные рукописи и отвечала на множество вопросов, связанных с переводом.

Отдел межбиблиотечного абонемента библиотеки Дэвидсона при университете в Санта-Барбаре оказал мне неоценимую помощь, добывая книги из всех стран