Вечные Пески. Том 1 и 2 - Лео Сухов

круга. По слухам, естественно. И сейчас я наглядно убедился в их правдивости. И да, всё по тем же слухам, обитатели Мраморного круга признавали за горожан только жителей Кирпичного.

— И много тебе бабы со стариками понастроют? — досадливо отозвался наместник. — Стража и так у них две трети мужиков загребла. А оставшиеся каждую ночь мрут. Сырцы у нас что, налогов не платили?

— Платили, наместник, — покивал один из чиновников.

— Ну так и с чего они должны ещё и строить, Часан? — наместник посмотрел на говорливого регоя. — Ты на их денежки жил и тренировался. А как беда пришла, так пусть вновь сырцы помогают? А мы им тогда зачем?

— Да какие налоги с сырцов⁈ — возмутился регой.

— Вон, у Пхара спроси! — наместник усмехнулся. — Удивишься.

— Где-то треть всех поступлений за последние годы. И доля только росла в последние двадцать лет, — Пхар, тот самый чиновник, что до этого отвечал насчёт «сырцов», вопроса ждать не стал. — Глиняный круг очень быстро рос.

— Зато теперь это в прошлом! — злорадно заметил ещё один чиновник.

И, что характерно, не получил от наместника за такие слова отлуп.

А я подумал, что пара десидолей, и заговорят все эти люди совсем иначе. Сейчас ещё имелась разница между сырцами и жителями Кирпичного и Мраморного кругов. А вскоре орда расставит всё в этом городе по своим местам. Деньги станут пылью, еда — золотом. А всех важнее будет тот, кто выжил и готов защищать город. Вернее, то, что от него осталось.

— Чего тебе, Ипран? — обратил, наконец, внимание наместник на стоящего рядом слугу.

— Все запрошенные наёмники прибыли, владыка! — ответил слуга почтительно.

Наместник повернулся к стульям, на которых сидел я и «квадраты». И тут же столкнулся со мной взглядом. Мгновение мы рассматривали друг друга. А потом наместник решительно двинулся к нам, махнув свите широкой ладонью.

— Спасибо, Ипран! — по пути кинул он слуге. — Наёмники! Те самые ветераны Кечуна! Мне говорили, вас так-то побольше было?

— Было, да песком занесло, — отозвался старший «квадрат», которого звали Дол.

«Квадраты» — это один отец и три сына. Удивительное дело для тех, кто пережил Долгую Осаду. Дол в своё время отлично натаскал сыновей. Что и позволило всем четверым выжить в Кечуне. Вместе они становились в непрошибаемый квадрат. И пока были силы — могли обороняться, надёжно прикрывая друг друга.

— Поуважительней, не с сырцом говоришь!.. — рявкнул один из регоев в свите наместника.

— Будет за что уважать, обязательно уважу! — отозвался Дол таким безразличным тоном, что сразу было понятно: уговаривать или угрожать ему бесполезно.

Впрочем, обижаться на него тоже было бесполезно. И всё же Дол первым оторвал задницу от стула. Следом за ним поднялись его сыновья. Ну и я не стал рассиживаться. Всё-таки наместник подходил сам, не чинясь — и вправду, надо поприветствовать.

— А вы не из робких, да? — усмехнулся владыка Илоса, оглядывая нас с головы до ног.

— А чего робеть? — удивился Дол. — У меня в подчинении в Кечуне были три городских регоя и один каганский сын. И дохли мы там все одинаково.

Так и было. Дол командовал в Кечуне сотней солдат, среди которых имелся младший сын кагана города. А с ним и три регоя, к этому сыну приставленных.

И да, младший сын кагана лишился руки, но Большую Осаду пережил. Регои — нет.

— Ты не заговаривайся, наёмник! — возмутился кто-то из чиновников, заслужив хмурый взгляд наместника.

— Так и вы не исключение, — Дол усмехнулся. — Все одинаково будем дохнуть. Орда чинов не разбирает. Ей бы лишь пожрать.

— Я вас всех, ветеранов Кечуна, особо распорядился по отрядам распределить! — хмуро заметил наместник, усаживаясь на трон. — Почему этого своим командирам не объясняли? Почему им не говорили?

— Первое, что я слышал, когда знакомился с командирами — чтобы молчал, рот лишний раз не открывал и панику не наводил, — ответил я, решив поддержать Дола.

В конце концов, я эту кашу заварил, мне и отвечать. Дол вроде бы предложений в Гильдию не отправлял.

— Да вам же это не мешает! — возмутился регой Часан, окинув нас презрительным взглядом.

— За что нас и подставляют твои подчинённые, — отозвался я, ответив ему тем же.

— Что⁈ — взревел регой, шаря рукой по пустому поясу.

— А ну тихо вы там! — рявкнул наместник, обернувшись. — Ещё подеритесь тут! Сели все! И слушайте наёмников, раз сами ничего дельного не можете сказать!

Конечно же, Часан сразу уйти не мог. Продолжал на меня таращиться. А я просто смотрел сквозь него, понимая, что жить этому чудо-воину осталось от силы десидолю. Когда у наместника спросят, кто такой красивый просрал оборону, придётся ему на командира указать. А это Часан. Он же и стражей командует, судя по всему.

Точно-то я не знал, но судя по тому, как регой активничал — именно на нём ответственность за неудачи на стене. Да и мои слова он ближе других к сердцу принял. Что только подтверждало сделанные выводы.

Часан, к слову, сдался первым. Гневно рыкнул, отвёл взгляд и двинулся к первому ряду стульев. То ли не хотел последним первый ряд занять, то ли в самом деле испугался. Кто их, таких гордых, разберёт?

Наместник, между тем, дождался, когда все усядутся.

— Итак, у нас здесь наёмники Гильдии с двадцатого по двадцать третий номер. Отряд «Квадрат». Дол и сыновья, как я понял… — проговорил он и кивнул, когда «квадраты» встали и отвесили поклоны головой. — А ещё триста пятнадцатый номер, наёмник Ишер…

Я тоже встал и поклонился.

— Ты, Ишер, не садись, иди сюда. Рассказывай, что там за тёрки с командирами от стражи! — потребовал наместник. — Иди-иди… Чтобы всем нам сразу в лицо смотреть.

Я спокойно прошёл к возвышению. И остановился вполоборота, чтобы не стоять к владыке города задом.

— Ну давай, рассказывай! — грозно потребовал тот. — Как тебя там подставить хотел?

— Буду краток, обойдусь сегодняшней ночью, — спокойно ответил я. — Новый осм Жихр, видимо, по наущению триосма Манаса, трижды толкал меня в спину. Всякий раз это происходило, когда я совершал удар по врагу. И два раза из трёх я едва не улетел к демонам. А Триосм Манас… Он ещё в прошлую ночь хотел после моей смерти забрать моё снаряжение.

— И как, зол ты на них, да? — усмехнулся наместник.

— Зачем злиться на трупы? — удивился я. — Жихр в третий раз промахнулся. В итоге, сам улетел к демонам и погиб. А Манас ночью башню не удержал. Там, видно, внутри и остался.

На последних фразах зрачки владыки Илоса расширились, а лицо покраснело.

— Это какую у нас башню