Ребенок от предателя - Ксения Богда

проверяю, все ли сделала, перед тем как спокойно закрыть кабинет и отправиться домой. Дверь за спиной открывается, и я, не глядя, сообщаю посетителю:

– Простите, сегодня прием уже окончен. Могу только на завтра вас записать.

– А вы и так уже меня записали на завтра.

Мужской голос с хрипотцой заставляет резко развернуться и столкнуться с голубыми глазами. Я запомнила его.

Мамочки. Я запомнила этого парня.

Зачем он пришел? Ко мне? Серьезно?

Рука дергается, чтобы проверить, все ли в порядке с одеждой и прической. Но я сжимаю кулак. Не хочется показывать ему, что его появление меня взбудоражило и вывело из равновесия.

– Что-то забыли? – бросаю взгляд в ящик, который моя коллега завела для «потеряшек», но он пуст.

Парень наклоняет голову и окидывает меня лукавым взглядом.

– Можно и так сказать, – задумчиво потирает подбородок.

А я моргнуть не могу. Смотрю прямо ему в глаза, голубизна которых затягивает, словно водоворот. Я ещё днем заметила, что они очень живо отражают эмоции хозяина.

– И что же? Скажите, и я поищу.

Оглядываюсь в кабинете, но все так же не обнаруживаю посторонних вещей. До слуха доносится смешок.

Алексея. Кажется, так его звали. Слышала краем уха, когда Маша заполняла документы на лечение питомца.

– Пригласить вас на свидание.

Достает из-за спины огромный букет, а я удивленно моргаю. Надо же, а я и не заметила, что он руки прячет и сзади что-то скрывается от моего взгляда.

Тюльпаны. Фиолетовые. Мои любимые! М-м-м-м-м-м, сразу же словно ощущаю дуновение весеннего ветерка. Вдыхаю.

И как он догадался, что я от этих цветов без ума?

– Это вам, – улыбка на его лице задевает внутри струну, и та со звоном отдается мелодией во всем теле.

– Спасибо, не стоило.

Алексей сжимает губы и качает головой.

– Вероника, вы меня спасли. И не только меня, но и мою любимую собаку. Примите это как благодарность.

Обхватываю букет и не могу скрыть улыбку.

– На свидание зовете тоже в знак благодарности?

Парень облокачивается на стол и подаётся вперед. Теперь я рассматриваю светло-голубую радужку на расстоянии в несколько сантиметров. И у меня не возникает желания отшатнуться или увеличить дистанцию.

Наоборот, погружаюсь в рассматривание каждой прожилки. Его глаза напоминают поверхность ледника, но от самого Алексея веет теплотой.

– На свидание зову, потому что хочу с вами пообщаться и узнать поближе.

Выгибаю бровь.

– А если я замужем?

Алексей бросает быстрый взгляд на правую руку и хмыкает.

– А вы из таких женщин, которые брезгуют обручальным кольцом?

Дергаю плечом. Оставляю вопрос без ответа.

– Если вам неприятно мое внимание, скажите только слово и я не буду вам досаждать… – прищуривается, и его улыбка сражает меня, – наверное, не буду.

– Вы знаете, я подумала и решила, что с удовольствием выпью чашечку чая.

Голубые глаза вспыхивают, а улыбка становится совсем широченной. Красивой такой.

– Вы знаете, я по нелепой случайности знаю место, где есть не меньше ста видов чая.

И он не обманывает. Привозит меня в заведение, где нам подают отдельное меню с чаями. Округляю глаза, когда вижу названия, которых не слышала ни разу в жизни.

– Э, не поможете мне выбрать? – изображаю полную беспомощность.

Алексей мило смущается и протягивает руку, чтобы забрать у меня меню. Наши пальцы прикасаются, и меня словно током пронзает.

Одергиваю руку, удивлённо хлопая глазами.

– Вот этот очень вкусный.

Не читаю даже. Пытаюсь за несколько секунд, пока Леша сканирует меня взглядом, разобраться в ощущениях. Не было такого рядом с парнями. Хотя и опыт свиданий у меня не очень большой.

Парочка в универе и ещё парочка, уже когда закончила. Не ходок я по встречам с мужчинами.

А может, просто ждала того, с кем вот такой ток будет?

– Отлично, я его возьму.

– Можно на «ты»? – вкрадчиво спрашивает, глядя мне в глаза.

– Конечно.

– Прекрасно. Тогда, может, ты посмотришь, что я предлагаю? – выгибает густую бровь.

Пожимаю плечами.

– Доверюсь твоему вкусу.

Леша хмыкает и делает заказ. Как только официант отходит от нашего стола, наклоняется, чтобы оказаться близко ко мне, но при этом смотрит в сторону. На происходящее за окном.

– Видишь вон того пацана, который сейчас пытается перепрыгнуть фонтан на велике?

Прослеживаю за его взглядом и угукаю.

– Меня напомнил.

– Почему? – включается любопытство, и я возвращаю взгляд на Лешу.

Он улыбается одной стороной губ.

– А я из дома сбежал в семнадцать и вот так же удачливость испытывал на прочность. Чего только не творил.

– Например?

Он очень умело погружает в заинтересованность. И мне не хочется, чтобы он переставал рассказывать о себе.

Его глаза улыбаются, отчего в уголках рассыпаются морщинки.

– Уверена, что хочешь узнать мое темное прошлое?

Зачарованно киваю.

– Не испугаешься и не сбежишь от меня?

Со стоном выныриваю из сна и глажу соседнюю подушку. Пустую. Холодную. Гладкую.

Это всего лишь сон. Такой красочный и натуральный. Словно ненадолго мозг решил меня вернуть в прошлое. Горько усмехаюсь и подтягиваю коленки к груди. Как будто я могла что-то забыть из прошлого с Лешей. Помню каждую минуту рядом с ним.

Помню и молю всех богов, чтобы помогли мне забыть!

– Ты от меня сбежал. Ты бросил… –по щеке скатывается холодная слеза, которую слизываю языком, чувствую её вкус.

Соленый, с горькими нотками.

– Мама, ты проснулась? – влетает в мою комнату сын и чуть ли не залетает на кровать, а я подпрыгиваю на матрасе от его веса.

Судорожно вытираю щеки, чтобы мой ребенок не заметил слез.

Кирилл всем весом налегает на меня, и я выдыхаю под его тяжестью. Хоть мой ребенок и весит не больше двадцати килограммов, но силы в нем хватает, чтобы я недовольно пыхтела, когда он решает на мне повисеть.

– Ма, а ты что, плакала? – заглядывает мне в глаза.

Наклеиваю на лицо улыбку и смело встречаю пытливый взгляд голубых глаз. И снова хочется плакать, потому что передо мной маленькая копия Леши. Не на все сто процентов. Но процентов восемьдесят он унаследовал от бывшего мужа.

А после дурацкого сна это особенно болезненно.

– Не плакала, малыш. С чего ты взял?

Кирилл недовольно фыркает и усаживается на мои коленки.

– Ты же мне говоришь, что обманывать нехорошо, а сама сейчас делаешь нехорошо, – обиженно бурчит сын, складывает руки на груди, – у тебя глаза красные, вот!

Хмурит светлые бровки и недовольно дует щеки.

Аккуратно обхватываю его личико и заставляю посмотреть на меня.

– Маме просто приснился не очень хороший сон.

Кирилл в ужасе округляет глаза и захлопывает ладошками рот.

– Кошмар? – шепчет сын и вжимает голову в