За кулисами Брестского мира - Сергей Сергеевич Войтиков

организации советского контроля над действиями штаба округа. Несомненно, что открытый переход гарнизона на сторону Военно-революционного комитета и организация сети советских комиссаров знаменовали собой начало восстания, тем не менее эти шаги были проделаны революцией под лозунгом защиты Петроградского Совета от возможных выступлений контрреволюции. Революция как бы маскировала свои наступательные действия оболочкой обороны для того, чтобы тем легче втянуть в свою орбиту нерешительные, колеблющиеся элементы. Этим, должно быть, и объясняется внешне оборонительный характер речей, статей и лозунгов этого периода, имеющих тем не менее глубоко наступательный характер по своему внутреннему содержанию»{200}.

Квазисоветский характер Военно-революционному комитету как большевистскому по сути своей органу придавало участие в его организации и деятельности представителей левого крыла ПСР, причем впоследствии (1924) Л. Д. Троцкий заверял читателей: в Октябре 1917 г. он не был уверен, что, принимая участие в организации ПВРК, «левый» эсер П. Е. Лазимир полностью осознавал смысл происходящего. Так или иначе, 11 октября состоялось заседание Коллегии Военного отдела Исполкома Петросовета, на котором был обсужден вопрос «об организации войсковых частей Петрограда и окрестностей в связи с обороной, эвакуацией и частичным выводом войск гарнизона…»{201}. В числе прочих было принято решение об организации Исполкомом Петросовета «Революционного штаба по обороне Петрограда»{202}. Видимо, по окончании заседания П. Е. Лазимир разработал с помощью большевиков К. А. Мехоношина{203} и уже известного нам А. Д. Садовского проект постановления о составе и организации Военно-революционного комитета. Проект был отредактирован Л. Д. Троцким, который уточнил практические задачи по овладению Петроградским гарнизоном и «сгладил» общую революционную нацеленность документа. Сам Троцкий вспоминал впоследствии: «Мы предложили Лазимиру набросать проект организации Военно-революционного комитета. Отдавал ли он себе отчет, что дело идет о заговоре, или же только отражал бесформенно-революционное настроение левого крыла эсеров, не знаю. Скорее последнее. Во всяком случае, он на себя эту работу взял в то время, когда остальные левые эсеры (большинство будущих деятелей ПЛСР. – С.В.) относились к делу подозрительно-выжидательно, но ему, по-видимому, не мешали (организационными возможностями сделать это обладал ЦК ПСР, однако навязать что-либо «левым» он уже был не в состоянии. – С.В.). Когда [Лазимир] представил свой проект, мы его выправили, всячески замаскировывая революционно-повстанческий характер этого учреждения»{204}.

Примерно 12 октября состоялась встреча В. И. Ленина с Н. И. Подвойским и В. А. Антоновым-Овсеенко. Вождь большевиков предложил своим соратникам организовать Военно-революционный комитет из представителей военных организаций большевиков, солдатской секции Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов и Военной организации «левых» эсеров{205}. 12 октября П. Е. Лазимир выступил на закрытом заседании Исполнительного комитета Петроградского Совета с докладом о необходимости утверждения «Положения о временном революционном комитете и гарнизонном совещании» (а фактически – об организации Военно-революционного комитета) {206}. В протоколе указано, что два меньшевика: С. М. Вайнштейн и М. И. Бройдо – проголосовали против создания Военно-революционного комитета{207}. В. А. Антонов-Овсеенко позднее оставил следующие воспоминания об этом протесте: «Меньшевики в конце концов уразумели, куда клонится дело…

– Военно-революционный комитет, – заявили они, – это переход военной власти в руки Исполкома, это орудие государственного переворота. Меньшевики проголосовали против и занесли протест в протокол»{208}. Несмотря на протест С. М. Вайнштейна и М. И. Бройдо, по итогам доклада был утвержден следующий текст Положения:

«1. Организация Военно-революционного комитета исключительно при Петроградском Совете рабочих и солдатских депутатов.

2. В состав Военно-революционного комитета входят нижеследующие члены: президиум пленума и солдатской секции Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов, Центрофлота – один, Финляндского областного комитета – один; железнодорожного союза – один, почтово-телеграфного союза, фабрично-заводских комитетов, профессиональных союзов, представители [партийных] военных организаций, Союз социалистов народной армии, представители военного отдела Петроградского Совета крестьянских депутатов, воен[ного] отдела ЦИК, рабочей милиции – один, а также специальные лица, присутствие коих, по усмотрению исполнительного комитета, в составе Военно-революционного комитета является необходимым.

3. Заседания Военно-революционного комитета считаются закрытыми и суждения его оглашению не подлежат, за исключением тех сведений и решений, кои могут быть оглашены по усмотрению Бюро.

4. По организации Военно-революционного комитета последний избирает из своей среды Бюро в составе не более пяти лиц.

5. Ближайшими задачами Военно-революционного комитета Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов являются:

– установление минимума боевой силы и вспомогательных средств, необходимых для обороны Петрограда и не подлежащих выводу; вступление в контакт с комиссаром при штабе главнокомандующего армией Северного фронта, Центрофлотом, центральными гарнизонами Финляндии, штабом главнокомандующего Петроградским военным округом;

– точный учет и регистрация личного состава гарнизонов Петрограда и окрестностей, предметов снаряжения и продовольствия;

– разработка плана работ по обороне Петрограда;

– меры по охране Петрограда от погромов и дезертирства;

– поддержание в рабочих массах и солдатах Петрограда революционной дисциплины.

6. Военно-революционный комитет по роду работ разбивается на следующие отделы: 1) обороны, 2) снабжения, 3) связи, 4) информационное бюро, 5) рабочей милиции, 6) стол донесений и 7) комендатура…»{209}.

На следующий день, 13 октября, состоялось заседание Солдатской секции Петросовета. На нем большевик, прапорщик (а в недалеком будущем – первый советский Верховный главнокомандующий) Н. В. Крыленко{210} потребовал скорейшего созыва съезда Советов для «окончательного решения вопроса о переходе власти в руки Советов»{211}, а левый эсер П. Е. Лазимир выступил с докладом о Проекте Положения о ВРК. В отчете газеты «Известия» о заседании Солдатской секции Петросовета сказано:

«После доклада т. Лазимира председатель т. Садовский спрашивает, угодно ли будет собранию принять заслушанный доклад без прений, и предоставляет слово за и против этого предложения.

Против принятия проекта т. Лазимира без прений высказывается т. Астров [И.С. – меньшевик-интернационист], указывая на то, что проект этот крайне важный и возбуждает у оратора ряд сомнений. Астров полагает, что такие сомнения зародились у очень многих и, быть может, если бы им удалось выяснить собранию свои сомнения, то проект был бы вовсе отвергнут (на это рассчитывать уже не приходилось. – С.В.).

За принятие проекта т. Лазимира без прений высказывается один из членов секции, аргументы которого чрезвычайно сумбурны и совершенно не убедительны.

Тов. Садовский голосует вопрос об открытии прений по докладу т. Лазимира. Собрание высказывается против прений.

Заявление т. Бинасика [М.С. – меньшевика-оборонца{212}]. Тов. Бинасик вносит предложение о снятии с порядка дня вопроса об организации Военно-революционного комитета ввиду крайней важности его и невозможности принять проект без обсуждения. Тов. Павлуновский{213} (большевик. – С.В.) возражает против возражений (так в документе. – С.В.) Бинасика, указывая, что принятием этого предложения Солдатская секция устраняет себя от решения этого вопроса, и предлагает принять проект.

Тов. Садовский ставит на голосование предложения [т] т. Бинасика и Павлуновского. При голосовании предложение т. Бинасика отвергается подавляющим большинством и принимается предложение т. Павлуновского»{214}. Солдатская секция утвердила проект без прений 283 голосами против одного при 23 воздержавшихся{215}.

14 октября