Отягощённый «Послезнанием» (ХужеСталин-2). Часть вторая: Спасти поколение победителей! - Сергей Николаевич Зеленин

известно в Октябре семнадцатого года, партия большевиков тоже многочисленностью не страдала. И тем не менее сумела захватить (скорее подобрать) власть и словами потомков – «прогнуть под себя» всё и вся на «Одной шестой части суши». В данном случае же, задача намного проще: наведение в Вооружённых силах СССР настоящих воинских порядков и дисциплины, повышение до приемлемого уровня боевой выучки. Ибо мнилось Сталину, что большинству своих громких побед, генералы Вермахта и Люфтваффе обязаны перманентному бардаку творящемуся в Красной Армии и особенно в её Военно-Воздушных Силах.

Оглядывая собравшихся по орлиному цепким взором, он с горьким сарказмом подумал:

«Будь Адольф поумней, он бы не своих Манштейнов с Гудерианами «Рыцарскими Крестами» награждал, а наших Павловых да Кузнецовых».

 

Итак, познакомимся с товарищами командирами…

За очень редким исключением все они были рождены в 90-е годы XIX века, в семьях простолюдинов.

Большинство из присутствующих - участники не так давно прошедшей Советско-финской войны. Но были и те, кто там и близко не был: Жуков, Семенченко, Рокоссовский и, Шапкин.

Все они воевали в Первую мировую войну, в Октябре 1917-го года или чуть позже приняли Советскую Власть, вступили в партию большевиков и в Гражданскую войну сражались на стороне красных. За одним исключением, правда: вышеупомянутый Шапкин Тимофей Тимофеевич (1885-1944), до 1920-го года воевал в чине есаула за…

Белых!

 

Были среди них прославленные в годы будущей Великой отечественной войны генералы и маршалы – как те же Жуков, Рокоссовский, Конев, Василевский, Тимашенко…

Но были и совсем безвестные для потомков, как выше упомянутые Семенченко, Шишкин и участники Зимней войны - Акимов, Беляев, Анисов… Шлемин, Ярчевский и остальные.

Были и те, кого тупые потомки не вникая в суть дела, считают «выдающимися бездарностями» - вроде вышеупомянутого Тимашенко, Кулика или Козлова – якобы на пару с Мехлисом, виновника Керченской катастрофы весны 42-го года.

 

Сталин злобно фыркнул:

«Позиции сидящих в окопах(!) за противотанковым рвом(!) войск Крымского фронта, немецкая пехота атаковала с тыла - зайдя на него… С моря! С помощью штурмовых саперных лодок, применявшихся для форсирования рек и наведения понтонных мостов…

Словами потомков – «просто очешуеть можно»!

Никакого противодействия этой высадке со стороны кораблей Черноморского флота под командой адмирала Октябрьского оказано не было, но лукавые историки винят в неудаче Козлова с Мехлисом…».

Кроме того Манштейн тупо задавил советские войска на Керченском полуострове  8-м авиакорпусом Рихтгофена – самым на тот момент мощным соединением в Люфтваффе. И опять же – при полном бездействии советских ВВС, про командование которых никто из историков (или просто «знатоков истории») даже слова худого не вякнул.

И впервые применил в операции «Ловля дроф» в составе 22-й танковой дивизии новейшие модификации «старых добрых» Pz. IV и Pz. III c длинноствольными орудиями. А также 190-й дивизион штурмовых орудий с 75-мм длинноствольными орудиями и САУ «Мардер» с 76,2-мм орудиями.

Трём армиям Крымского фронта Козлова, противопоставить этой мощи было совершено нечего:

«…Здесь и Гинденбург13 б, словами потомков – «аблажался» бы». Иль положим назначим вместо Козлова на Крымский фронт так называемого «Маршала Победы»… Что изменится? Да ровным счётом ничего! Кроме возможно, седока на скачущей по Красной площади каменной кобылы, и автора «Размышлений и воспоминаний»…».

Сталину до зуда в руках захотелось «повторить ситуацию в Крыму», назначить туда Жукова и посмотреть - как он будет выкручиваться, когда авиация и флот бездействуют, а «неуязвимые» танки КВ вдруг перестали останавливать по целой танковой группе Панцерваффе14…

Но потом он взял себя в руки:

«Слишком дорогое удовольствие получится!».

 

Несмотря на несколько непопулярную «в определённых кругах» фамилию, Дмитрий Тимофеевич Козлов был ничем не хуже (и не лучше!) других советских генералов Великой отечественной войны: крестьянское происхождение, начальное образование, унтер-офицерское звание в годы Первой мировой войны и участие в Гражданкой. Далее типичная военная карьера советского военноначальника межвоенной эпохи: учёба в Академии «Им. Фрунзе», в ней же преподавание «общей тактики», командование 1-м стрелковым корпусом во время Советско-финской войны, должность Заместителя командующим Одесским военным округом после неё…

Сталин мысленно развёл руками:

«А других военноначальников у меня нет! Как нет других бойцов и много ещё чего… Надо воевать и побеждать с этими «выдающимися бездарностями», а не мечтать о каком-то «культурном командире» - которого взять просто-напросто неоткуда, разве что у Адольфа попросить. Да и не они ли – эти «культурные», словами потомков – «пролюбили» Японскую и Первую мировую, а затем и Гражданскую войну? Ох, непросто всё в этом вопросе, очень непросто…».

 

Однако, вернёмся к теме.

Большинство из собравшихся в зале командиров, имели словами потомков – «незаконченное начальное образование», как вышеупомянутые Жуков, Тимашенко, Конев, и другие хорошо известные или совершенно безвестные для потомков командиры Красной Армии… Но имелись и получившие ещё при Царизме достаточно приличное образование. Как например будущие маршалы Василевский (духовная семинария),  Рокоссовский (техническое городское училище), иль безвестные для потомков Герасимов (коммерческое училище), Кирпичников (Казанское юнкерское училище), Крюков (реальное училище)… Имелись и командиры с образованием, скажем так: выше «приличного» или «совершенно нетипичного» для того времени и «среды обитания». И последних имелось не так уж и мало. По крайней мере больше одного: Верёвкин-Рахальский (Оренбургский кадетский корпус, Киевское военное училище), Дьяков (Донской кадетский корпус),  Ермолин (университет)…

 

Большинство из них ещё до, или уже во время Империалистической (Первой мировой) войны, дослужились до унтер-офицерского звания. Но в значительном числе имелись и бывшие прапорщики с поручиками и, даже штабс-капитаны с просто капитанами - как например уже упоминавшиеся выше Веревкин-Рахальский Николай Андреевич, Кирпичников Алексей Владимирович, а также Чибисов Никандр Евлампиевич, Ярчевский Петр Григорьевич…

Было в наличии и два бывших есаула – казачье офицерское звание, которое можно приравнять к пехотному капитану: Дьяков Георгий Семенович и вышеупомянутый Шапкин Тимофей Тимофеевич.

 

Большинство из них находясь на достаточно высоких командных, технических или тыловых должностях благополучно пережили Великую отечественную войну. Но были и те, кому в «реальной истории» суждено было погибнуть в бою или умереть в госпиталях от ран и болезней: Акимов, Алябушев, Борзилов, Воробьев, Дедаев, Мышков, Огурцов, Пшенников, Смирнов, Сивков, Судаков и вышеназванный Шапкин.

Слов из песни не выкинешь поэтому были и те - кто перед войной, или уже в ходе её был арестован, после чего расстрелян или получив длительный срок заключения, умер словами потомков – «в местах лишения свободы»: Дьяков, Клич, Оборин и Пядышев.

Имелся среди собравшихся в зале один - Снегов Михаил Георгиевич, который в августе 1941-го попал в плен, в 1945-м был освобожден союзниками и вернувшись на Родину,