Меня не сломать. Развод - Елена Левашова

– Я выписала контакты поставщиков из списка Елена Сергеевны. Продукты я смогу привезти сама, тут недалеко… Знать бы количество заказов.

– Как быть с оплатой?

– Самозанятость открыла вечером. Стас вчера… Его не было, мне Людмила Григорьевна подсказала, как ее открыть. Это несложно… Могу выписывать чеки, оплата на карту или наличными. Тем более, вам с Петровичем не нужно официальное устройство на работу. Я открою ИП, но позже...

– Отлично, давай тогда… Поедем? Петрович, вы можете здесь убраться. Инвентарь мы вчера оставили в подсобке.

– Будет сделано, дамы, – деловито произносит он. – Надюша, я санитарную книжку принес, думал, у Петеньки работать буду, а вона как вышло…

– Хорошо, я посмотрю.

Филипповна бойко садится ко мне в машину, я запускаю двигатель, гадая, куда ехать? У нас даже визитки нет… Никаких контактов, презентации… Что мы будем людям говорить? Нас легко принять за аферисток…

– Я вот сделала визитки. Мне внучок помог, а утром вырезала. Гляди, Надь. Цех полуфабрикатов «Надежда», пойдет?

Буковки кривенькие, шрифт какой-то… не такой. Но я молчу, улыбаясь Филипповне. Куда я, дура, полезла? Меня задавят конкуренты, в порошок сотрут…

– Придется брать кредит, Филипповна. Я не хотела, но без него… Нужно, чтобы кто-то приходит часов в шесть утра и принимал у поставщиков товар. У нас сейчас и готовить не из чего… Смех один, а не бизнесмены!

– Не бойся. Тут простой народ, рабочий. Им не нужны визитки с тиснением или равиоли с горгонзолой. Борщ и котлеты, пельмени, сырники… Часть будем готовить и развозить, остальное… Надо наладить поставки. И обзавестись хотя бы двумя… Нет, тремя заказчиками. Постоянными. А еще я мечтаю печь хлеб или что-то вкусное…

– Размечталась.

Я и подумать не могла, что через две недели заработаю в день столько, сколько «поднимала» за месяц… И заказчиков станет не десять, а… Гораздо больше.

Глава 12.

*Надежда*

– Ну… Давайте попробуем, бабоньки, – неуверенно протягивает главный инженер сталелитейного завода Игнат Иванович. – Столовой у нас нет, мужики перебиваются… как могут. Работаем на износ, а финансирования с гулькин нос.

Он неуверенно крутит в руках нашу визитку и подозрительно посматривает на нас.

– Игнат Иванович, меня муж бросил, – решаюсь идти ва-банк я. – Перебиваюсь как могу. Цех открыла вот… Вот только вчера. Нам нужны клиенты. Мы честные, старательные. Цех у нас чистый, новый. Если хотите, можете посмотреть. Убедиться… так сказать.

– Хорошо, девки. Поверю вам и в вас. Надежда, на пятьдесят человек обед сварганите? Неважно что. Первое, второе, салат, компот. Все по классике. К часу привезти нужно будет, успеете?

Я ни черта не уверена, что мы успеем, но…

– Еще как успеем, вы еще нас заказами завалите, – усмехается Филипповна. – Идем, Надежда. За работу примемся. Так, а завтра-то…

– Если мужикам понравится, заключим договор. Я директора давно просил помочь нам с пропитанием. Ни ларька поблизости, ни магазинчика… Воды купить негде. Завод готов оплачивать ваши услуги.

Филипповна мчится в цех, ставит на плиту огромные кастрюли, что-то быстро рассчитывает. Подает мне список необходимых продуктов, размешивает дрожжи.

– Вы уверены, что успеем?

– Конечно. Надь, глаза боятся, руки делают.

Заказываю продукты у поставщика из списка Елены, еду на рынок, покупаю пищевые, одноразовые контейнеры. Решили сегодня обойтись куриным супом-лапшой и котлетами и свино-говяжьего фарша – его мы тоже делаем сами. Так быстрее. Шинкую капусту для салата, наблюдая, как Филипповна ловко раскатывает тесто для лепешек.

Ну и ну… Игнат Иванович еще ничего нам не заплатил, а я… Потратила на закупку продуктов больше денег, чем рассчитывала. Но почему-то я не думаю, что он обманет нас… Не для этого Вселенная дарит мне людей… Не для предательства…

Аккуратно упаковываем готовую еду, привозим в двенадцать пятьдесят.

– Накрыть можете в бывшей столовой, девчата.

– Надька, глянь, мы теперь не бабоньки, а девушки, – смеется Филипповна.

– Пахнет изумительно. Домашним.

Ну, еще бы… Я не пожалела масла, свежей зелени, мяса. Суп получился наваристым, котлеты сочными, гречка рассыпчатой. Филипповна даже соус сварганила с грибами и сыром.

Мужики – черные, пахнущие металлом и гарью – оживленно моют руки в предбаннике.

Здороваются с нами, садятся за длинный, накрытый видавшей виды скатертью стол, и принимаются за еду.

Игнат Иванович зовет нас в кабинет и вынимает стопку пятитысячных купюр.

– Надюха, здесь больше, чем вы попросили. Вкусно все, с душой. Спасибо вам за честность, старание. Можете нам завтра уют навести в столовой? Скатерку новую купить, отмыть все? Если надо, доплачу.

– Можем, – ошеломленно моргаю, глядя на заработанные тридцать тысяч.

В цех возвращаемся обе зареванные, счастливые…

– Надька, ты слышала? Он выторговал у директора деньги на обеды для рабочих. Некоторые увольняться собирались, а теперь не будут. Надо стены в столовой побелить, лавки покрасить. Без Петровича мы не обойдемся. Ну, разве можно так? Людей голодом морить… Ни воды, ни чая…

– Филипповна, давайте я завтра на готовке останусь, а вы тогда возглавите операцию «Уют»? Я подумываю взять в наш цех пекаря. Но с улицы не хочу… Нужен проверенный. Будем выпечку по магазинам развозить.

Ем остывшую куриную грудку с макаронами, присев на край стула… Филипповна лепит вареники, складывая их в контейнер и убирая в холодильник.

А я тихонько свожу дебет с кредитом… Если директор завода заключит со мной официальный договор, я смогу оплачивать труд Филипповны и Петровича. И себе оставлять немного… Плюс выпечка, полуфабрикаты…

День проходит спокойно. Игнат Иваныч продолжает писать нам хвалебные отзывы, а я блаженно улыбаюсь, поймав себя на мысли, что совсем не думаю о Стасе…

Забираю Катюшу и мчусь домой. Безумно уставшая, но счастливая, я обнаруживаю мужа дома…

– О, Надюша… Вы сегодня поздновато, – произносит он, отводя стыдливый взгляд.

Он взъерошенный, с блестящими, сытыми глазками… В воздухе висит тяжелый аромат женских духов. Я знаю, что ОНА была здесь…

Прохожу в спальню, задыхаясь от чужого запаха, ощущения чужого, липкого присутствия в доме…

Любая женщина заметила бы, что в кровати спал кто-то чужой, но… Я «не замечаю»… Мне плевать. На Камиллу, Стаса, их жизнь…

– А ты зачем белье снимаешь, Надюш? – невинно хлопает глазами он.

– Решила постирать. А ты… почему не на работе?