Небесный всадник. Том 7 - Кирико Кири

глухой я услышал её истошный визг. Она подпрыгнула на месте, запнулась, упала на попу, и поползла назад, продолжая истошно визжать, глядя на меня широко распахнутыми глазами. Через мгновение к ней присоединился парнишка, который выронил удочку и трясся так, будто в воду ток пустили.

Это длилось ровно до того момента, пока парень не взял себя в руки.

Ну как взял в руки — орать он не перестал, но бросился к девчонке, рывком поднял на ноги и с ней бросился по пляжу наутёк, оставив меня одного. Куда именно они убежали, было видно отсюда. Чуть дальше, в небольшой бухте располагалась небольшая деревня.

Здесь деревни в принципе отличались от нарианских, и эта не была исключением.

Деревушка расположилась на пологом зелёном склоне. Небольшие деревянные и глиняные дома с крышек из соломы, каждый со своими огородами, шли ступеньками вниз к воде, где стояли над водой на сваях. Вместо тропинок и улиц дам была сеть узких мостов. Там между сваями покачивались лодки, на пирсах плели сети женщины, разгружали рыбу в плетённых корзинах и что-то чинили мужчины.

Ну хоть какая-то цивилизация, и на этом спасибо.

Я медленно побрёл по пляжу в её сторону, рассчитывая получить там хоть какую-нибудь помощь. У меня ведь даже деньги были, уж на койко-место чуть-чуть оклематься должно хватить.

Когда я дошёл до ближайших пирсов, там меня уже ждали местные мужики. Босоногие, с круглыми шляпами на головах, кто-то даже держал подобие оружие в руке типа вил или серпа. Не враждебность, скорее настороженность к чужаку, и здесь я мог их понять, рожа моя, наверное, походила для них на какого-нибудь злобного духа.

— Здрасте… — кстати, очень непривычно говорить, когда ты не слышишь ушами собственный голос. Даже чуток не доходит, сказал ты что-то сейчас или нет. — Не хотелось поднимать шуми пугать кого-либо, но… у вас помощи не найдётся?

Они переглянулись, после чего опять посмотрели на меня. Никто не ответил, по крайней мере, я не услышал и не увидел, чтобы кто-то шевелил губами.

Так… ну… могу понять. Однако помимо языка речевого есть другой, универсальный для всех.

И я достал из кармана мешочек с монетами, после чего кинул одному из них. Тот ловко поймал кошелёк, с сомнением взвесил его в руке, после чего заглянул внутрь и что-то произнёс. Что именно правда я хер знает.

— К сожалению, я глух на оба уха. Вы можете говорить громче? Или показать знаками?

Ну меня он точно понял, потому что начал махать рукой, что можно было расценить как идти за ним. Ну уже что-то…

Я осторожно поднялся на пирс. Остальные расступились, пропуская меня, но их внимательные взгляды я чувствовал спиной. Не только их, но и вообще всех, кто здесь был: другие рыбаки, женщины и даже дети, помогавшие родителям. Всё внимание было обращено ко мне, пока я шёл по мосткам над водой за мужиком.

Покинул пирсы, попал на тропинки деревни, которые поднимались наверх, и здесь было всё то же самое. Люди останавливались, разгибали спины, оборачивались, глядя на прекрасного я. То ли потому, что я широкоглазый и им странно видеть меня (хотя широкоглазые рабы здесь были), то ли потому что моя рожа напоминала маску чудовищ.

Мы поднялись по тропинке на самый верх склона к самому крайнему дому. Мужик остановился прямо у двери, обернулся, будто удостовериться, что я не потерялся, после чего постучался в дверь.

Где-то полминуты ничего не происходило. А потом дверь распахнулась и на пороге появился… старик? Нихрена себе, я думал, сейчас по классике меня женщина встретит, уложит, баюкает, предложит чего интересного сделать. Чёт прямо разрыв шаблона.

К сожалению, я не слышал, что именно они говорили, но мужик передал тому мешок с деньгами, кивнула на меня, что-то затараторил, после чего махнул на прощание рукой и пошёл прочь. Остался только я и старик-азиат на пороге. Он даже что-то мне сказал, но я нихрена не услышал.

— Я не слышу, — произнёс я слишком громко, так как тот поморщился. — Меня оглушили два дня назад.

Тот вздохнул, схватил меня за руку и просто затянул в дом.

Здесь пахло травами… сказал бы я, если бы мне обоняние вернулось. Просто под крышами на верёвках висели сушёные травы. Они же были разложены на подоконниках и в углу на ткани. Сам дом был небольшим, напоминал типичный деревенский дом из одной комнаты, только вместо потолка сразу крыша. В центре было костровище, у дальнего угла кровать. У окна у самого входа стол со стулом, плюс пара сундуков справа.

Я огляделся и не сразу понял, что старик продолжает мне настойчиво показывать пальцем на единственный стул.

— Спасибо, — вздохнул я и сел, осторожно поставив мешок на пол.

На границе слуха звякнуло стекло, и старик кивнул на мешок.

— Стекло. Важные для меня вещи, — ответил я, не вдаваясь в подробности.

Он указал на свои уши.

— Я… я слышу, но только определённые звуки и если прямо кричать.

Тот подошёл, наклонился, и я отчётливо услышал его голос. Приглушённый, но по интонациям он явно если не кричал, то говорил громко.

— Что произошло, путник?

— Сражался. Достаточно удачно, но, мне сильно досталось. Я не слышу, вижу через красную пелену, не чувствую запахов, кашляю кровью и меня тошнит постоянно. А ещё боль во всём теле.

Старик окинул меня взглядом.

— Раздевайся! — крикнул он мне в ухо. — Всё снимай!

Я разделся. Осторожно, медленно, морщась от каждого движения, которое отзывалось перманентной болью. И сам смог взглянуть на себя со стороны.

Моё тело было одним сплошным синяком. Не было ни места, где не виднелись жёлто-фиолетовые расплывы. Меня словно краской облили. Кое-где кровоподтёки уже начали кое-как заживать, кое-где они были совсем свежими.

Больно и страшно смотреть на то, чем стало моё тело. Хотя учитывая ударную волну было глупо ожидать чего-то иного. У меня там, наверное, и кишочки в месиво превратились. Удивительно, как хожу…

— Удивительно, как ходишь, — повторил он мне в ухо мои же мысли.

Хотя не удивительно. Амулет и тело небесного всадника просто делали своё дело: один не дал убить, другое до сих пор поддерживало во мне жизнь.

— Как звать⁈ — крикнул он мне в ухо.

— Самсон.

— Сам-Син?

— Да, — не стал я спорить, бросив взгляд на стену, где висел кусочек металла, отполированный до зеркального блеска.

Там на меня смотрела такая конкретная рисовая рожа. Ну теперь понятно, чего они не удивляются моей внешности сильно? У меня там вместо глаз щёлки, как у китайца, остались. Всё