Небесный всадник. Том 7 - Кирико Кири

стремительно, но начал опускаться вниз. Я слышал колокольный звон, который истерически звенел по всему дворцу, видел людей, которые бегали по всем уровням и драконов с вивернами, которые возвращались обратно на помощь тонущему дворцу.

Но они ничего не успеют сделать, в этом я был уверен.

Взяв разбег, я запрыгнул на поручни башни, оттолкнулся что есть сил и сиганул во тьму, расправил руки с ногами, словно белка-летяга. А где-то за моей спиной после стольких веков погибал бесславной смерть огромный дворец-склеп.

* * *

То, что со дворцом что-то не так, многие заметили далеко не сразу. Огромная перевёрнутая гора, на котором стоял многоуровневый комплекс, висела в ночном небе огромной тенью, словно чудовище из мифов, наблюдая за происходящим вниз со всей невозмутимостью. Никому бы в голову не пришло, что с ним может хоть что-то случиться.

Но случилось.

Сначала пожар, чей дым тонкими струйками поднимался с верхних уровней, а потом и крен, который становился заметнее тем сильнее, чем больше проходило времени. Вскоре ночное небо разорвал колокольный звон, который был слышен даже в городе, где разгоралась ожесточённая битва. Те, кто мог, сразу обратили свой взор на легендарный летающий остров, тревогу на котором не помнил никто из ныне живущих.

Но теперь она звучала. Гремела на всю округу в то время, как само дворец начал медленно опускаться на землю. Те, кто мог, бросились ко дворцу на подмогу. Что они могли сделать в этой ситуации, никто не знал, но не откликнуться на тревогу столь легендарного места они не могли.

А потом верхний уровень и башня взорвались.

Вспышка осветила округу, словно на мгновение время сошло с ума, и взошло второе солнце. Можно было заметить, как разлетаются в разные стороны соколками стены дворца, как башня, словно ракета на старте, подлетает чуток вверх, после чего падает прямо в эпицентр взрыва, скрываясь в огненном грибе, который расцвёл над дворцом.

В это мгновение летающий остров, сам по себе магический артефакт, прекратил своё существование и превратился в огромную глыбу, которая рухнула вниз.

Издали выглядело так, будто тот неспешно падает, сминая под собой огромные каменные колонны-горы, будто всё происходило в замедленной съёмке, прежде чем коснуться своей перевёрнутой вершиной земли, где на мгновение вспыхнуло рыжее пламя.

На деле никто даже выдохнуть не успел от испуга, когда он всей массой рухнул вниз, разрушая природные творения и разваливаясь под собственным весом в свете ещё висящего в воздухе тусклого огненного гриба. И перед тем, как всё окончательно скрылось в громадном облаке пыли можно было заметить, как дворец просто сложился и осыпался вниз, как карточный домик.

По земле пробежала не просто вибрация — дрожь, из-за которой люди не могли устоять на ногах и падали на землю.

В разные стороны разошлась ударная волна, вырывая, ломая и сгибая деревья, поднимая в воздух пыль, вместе с которой пришёл грохот. Не просто раскат или взрыв, а звук, который пронизывал вообще всё, одновременный рёв тысяч раскатов грома, перемешанный со свистом и треском. От него дрожали стены, от него дрожали руки и внутренние органы, лопались барабанные перепонки и шла кровь из глаз.

Те горы, что стояли рядом, пусть и не были задеты самим островом, но не пережили ударной волны, рухнув и скрывшись в облаке пыли следом, и ещё несколько минут грохот расходился по округе, пока в небо поднималось огромное облако пыли, которое заволакивало всю округу, пронизанное множеством вспышек молний, будто там взорвалась бомба.

С этим закончилась и битва.

Падение острова было сравнимо с падением метеорита рядом с городом. Его последствия ещё долго будут устранять и помнить, но уже можно было взглянуть на результаты, по которым ударная волна снесла большую часть построек и обрушила часть дворца, которому и без того сильно досталось.

Те, кто был в воздухе ближе всех к острову досталось не меньше. Драконы и их наездницы кое-как с трудом, но пережили произошедшее, однако всадники на вивернах почти все погибли: оглушённые они падали на землю, и те, кто не погиб от падения, погибал от последствий самого взрыва. Солдатам в городе, повезло гораздо больше: они не оглохли (не все, по крайней мере) и были на своих ногах, чтобы уйти, пока все вокруг пытались понять, что произошло.

Одно можно было сказать точно — это сражение не только участники, но и всё Королевство Пинь-Уинь запомнит надолго, в одночасье лишившись как части всадниц, так и многих артефактов, которые навсегда канули в лету.

* * *

Мне иногда кажется, что я всё же перегибаю палку с решением тех или иных проблем.

Вот, например сейчас: требовалось прекратить вторжение и, как итог, мы сбили огромный остров на землю. Ну как мы — я. Вроде я и решил проблему, но в то же время совсем не подумал о том, что будет, если эта огромная дура рухнет на землю. У меня в голове это выглядело как рухнет и рухнет, максимум, небольшое землетрясение и облако пыли.

На деле…

На деле рядом будто взорвали атомную бомбу.

К тому моменту, когда остров рухнул на землю, я уже был на земле и мог лицезреть последствия своих бурных деяний воочию. Сначала со злорадством и чувством выполненного долга, а потом с ужасом.

Потому что остров не просто падал.

ОН ПАДАЛ.

Я понял, что сейчас будет, когда услышал звук, с которым остров приближался к земле: такой рёв, от которого дрожал сам воздух, после чего поднялся ураганный ветер, прижимавший деревья к земле, а заодно сдувший и меня нахрен, хотя я вроде и не был в эпицентре того падения.

Огромный кусок камня сделал то, что сделал бы любой большой кусок таких размеров, упавший на землю — сделал кинетическую силу удара взрывом. Его можно было сравнить с метеоритом, который истребил динозавров с одним исключением — этот, слава богу, не набрал такую кинетическую энергию.

Я не помню, что произошло в тот момент, но зато отчётливо запомнил начало и конец. Красную вспышку и ударную волную — полупрозрачную стену, которая неслась мне на встречу, а потом… звон и темноту.

Именно в ней я пришёл в себя. Непроглядная тьма и звон, от которого было сложно понять, в каком положении ты находишься, стоишь или перевёрнут верх тормашками. Во рту и носу была кровь, я чувствовал её запах вместе с густым привкусом пыли, от которой хотелось закашляться. Собственно, я попытался вдохнуть, но тут же скрутился от боли и закашлялся кровью.

С опозданием