Политическая история Римской империи. Том II - Юлий Беркович Циркин

вдохновили волнения в Александрии, где собравшиеся в театре горожане выкрикивали его имя, явно выказывая ему поддержку. Однако эти расчеты не оправдались. Феодосий послал некоторые воинские части в Африку, чтобы не дать комиту Гильдону снабдить Рим и войска Максима продовольствием. Во главе флота он поставил Арбогаста, а сам возглавил основную армию. Фактически военными действиями должны были руководить его самые опытные полководцы Рихомер,[193] Промот и Талассий.

Армия Максима выступила первой и захватила Сисицию в Паннонии. Но это был последний его успех. Несмотря на попытку флота Максима во главе с Андрагатием перерезать путь кораблям Арбогаста, тот сумел высадиться сначала на Сицилии, а затем и в Италии и занять Рим. Вместе с ним в Италию прибыл Валентиниан. В это же время в ожесточенной битве сухопутная армия Феодосия разбила войска Максима. Его брат Марцеллин собрал бежавшее войско и дал второе сражение, в котором Феодосий снова оказался победителем. Видя невозможность дальнейшего сопротивления, Максим сдался и был казнен. Казнен был и его сын Виктор, провозглашенный им своим соправителем. В начале следующего года были уничтожены последние еще сопротивлявшиеся воинские части Максима. После этого Феодосий мог уже делать жесты милосердия и примирения. Многие сторонники Максима были прощены, и в их числе Симмах. Даже матери Максима, пережившей своего сына, была назначена пенсия, а его дочь взята под опеку самого императора.

Внутренняя политика Феодосия. Победа ортодоксального христианства. После казни Максима и Виктора Римской империей снова стали управлять два августа, но реально никакой диархии не существовало. Вся власть на деле теперь принадлежала Феодосию. Победив Максима, он не собирался возвращаться в Константинополь и оставался в Медиолане. Некоторое время Валентиниан тоже находился там и даже пытался издавать законы от своего имени. В частности, он объявил, что все распоряжения Максима не имеют силы. Фактически же ему приходилось действовать под непосредственным контролем Феодосия. Этому способствовала и смерть Юстины, которая до этого оказывала значительное влияние на сына. В конце концов Феодосий решил окончательно отделаться от своего официального соправителя и отослал его в Галлию, передав ему управление только этой префектурой и оставив за собой не только Италию, но и верховную власть над всей Империей. А чтобы и в Галлии следить за деятельностью Валентиниана, он отправил с ним своего полководца Арбогаста. Тот занял при Валентиниане пост магистра пехоты, но на деле вмешивался во все, включая чисто гражданские и кадровые проблемы. Как это было и во времена тетрархии, рассуждая о политике Римской империи, надо говорить именно о Феодосии.

Придя к власти, Феодосий, естественно, привел с собой и своих людей. Он использовал поражение при Адрианополе, чтобы освободиться от выживших генералов Валента — Виктора и Юлия. Значительное место в его команде занимали его земляки-испанцы, в том числе родственники его жены Флациллы. Среди них был Флавий Тимасий, один из самых блестящих генералов Феодосия. Он занял пост магистра конницы, а позже магистра обеих армий и в этом качестве, командуя пехотными частями, сыграл решающую роль в разгроме войск Максима и окончательной победе над его последними воинскими частями. В гражданской администрации видную роль играл Небридий, муж сестры Флациллы, занявший в конце концов пост префекта Константинополя. Одним из ближайших соратников Феодосия стал Матерн Цинегий. Вскоре после воцарения Феодосия он стал викарием, а затем префектом претория для Востока, в промежутке между этими должностями являлся комитом священных щедрот, т. е. одним из министров финансов, и квестором «священного дворца», что делало его фактически главой имперской администрации. Венцом его карьеры стало консульство, которое он занял в 388 г. вместе с Феодосием. Но в этом же году Цинегий умер. О его значимости для императора говорит тот факт, что погребен был Цинегий в церкви Св. Апостолов, где обычно хоронили только императоров и членов их семьи. Правда, годом позже его вдова Ахантия перенесла прах мужа на родину и захоронила в пышном мавзолее. Цинегий, как и Феодосий, был убежденным и даже фанатичным христианином никейского толка и рьяно выполнял все приказы императора, касавшиеся религиозной сферы.

Однако окружение Феодосия составляли не только испанцы. Видное место в нем заняли Сатурнин и Рихомер, столь много способствовавшие его выдвижению. Первый был одним из немногих видных военных деятелей Валента[194] (и даже еще Констанция), кто сохранил высокое положение и при Феодосии. Он стал магистром воинов во Фракии и занял пост консула, а затем, не находясь, как кажется, на официальных должностях, оставался чрезвычайно влиятельной фигурой при константинопольском дворе. Еще более впечатляющую карьеру сделал Рихомер. В частности, он пять лег являлся магистром воинов Востока, т. е. возглавлял всю восточную армию. Наряду с этой «старой гвардией» Феодосий стал выдвигать и более молодое поколение. Довольно скоро он приблизил к себе офицера Флавия Стилихона. Его отец был вандалом, служившим в кавалерии Валента; он женился на римлянке, так что Стилихон был полувандалом-полуримлянином.

Свою карьеру Стилихон начал трибуном в придворной гвардии, где и был замечен Феодосием. Император направил его в Персию вместе со Спорацием, и возможно, что именно Стилихон сыграл главную роль в решении персидского (точнее — армянского) вопроса. Во всяком случае, очень скоро после его возвращения Феодосий, убедившись в блестящих способностях молодого человека, женил его на своей племяннице Серене. Поскольку ее отец умер еще до прихода Феодосия к власти, то будущий император стал опекуном племянницы. Женив Стилихона на Серене, Феодосий, таким образом, ввел его в свою семью.[195] Стилихон стал комитом доместиков, т. е. возглавил личную гвардию императора, а позже занял еще ряд важных военных постов.

Другим фаворитом Феодосия был происходивший из Галлии Руфин. Он появился в Константинополе вскоре после его прихода к власти и вступил в придворную службу. Очень скоро Руфин стал одним из самых влиятельных чиновников. В 388 г. Феодосий назначил его главой своей канцелярии, и с тех пор Руфин почти постоянно находился рядом с императором. Когда у него возник спор с одним из виднейших полководцев Феодосия, Промотом, и последний публично оскорбил Руфина, император встал на сторону последнего. Промот был удален из столицы и отослан во Фракию, где погиб в засаде, устроенной, как утверждала молва, Руфином.

Феодосий был прежде всего политиком, поэтому, несмотря на свою фанатичную преданность христианству и искреннее стремление сделать его в никейском варианте религией всего населения, о чем речь пойдет несколько ниже, он включал в свое окружение и видных язычников, в основном представителей римской сенаторской аристократии. Как и до него Грациан, Феодосий стремился использовать традиционный авторитет этого сословия для укрепления своей власти. После победы