По дороге в Рай - Джордж Пусеп

отмывать цветы. Затем — так же грациозно — самого Гогу, как отмывают любимых поросят в свинарнике. Потом стала отмывать пол, совершенно не беспокоясь, кому все это добро сольется. Закончив, она заботливо протерла его волосы и лицо полотенцем и, придерживая за талию, осторожно сопроводила к постели. Помогла лечь и накрыла теплым одеялом. «Боже! Какой позор! — сгорая от стыда, думал Гога, чувствуя, что готовится к очередному полету.

— Спасибо, спасибо… — прошептал Гога и стал не то засыпать, не то взлетать, как вдруг вспомнил, зачем он сюда, собственно говоря, пришел. Благо марихуана также помогает выполнению мужских обязанностей. Закончив, он поцеловал милосердное создание и еще раз от всей души поблагодарил за великодушие. И полетел дальше. Микки Мауса в этот раз не было. Видимо, погиб при пожаре в Париже. Зато была Миккиева подруга Минни. За ней Гога гонялся с большим кухонным ножом, решив, что она ему изменила с уже обуглившимся Микки. Было еще много других приключений, но Гога их не запомнил. Перед тем как заснуть, он подумал: «А ведь могла же и выгнать на улицу!»

— Ну не выгнала же! — истерически засмеялась Мини. — Хи-хи-хи-хи…

Зиночка

Рига. 1955

Мать Зины

Мария Кирилова

Даугавпилс, 1920

Дед — отец Зины, актер

Андрей А. Пусеп

Даугавпилс, 1920

Дед в роли

Даугавпилс, 1920

Ефросинья

мачеха Зины

Даугавпилс, 1930

Зиночка медсестра,

чуть не расстреляли

Рига, 1941

Женечка и Зина

на уборке урожая

Гога

В ожидании Годо

Безграничная любовь

В мечтах о теплом море и пальмах

Двор

Алдыс

Одиозная троица, включая собаку

Первая пробежка — по дороге в Рай

Покажи, как надо смеяться

Покажи, как надо смеяться. Кровь не водица

Сестры

Кузен и Гога

Детский сад

Характер портится

Гены не дают покоя

Зиночка читает стихи Пушкина

Первые шаги в шоу-бизнесе

Женечка

в роли матери

Первый класс

Интернат

Лазаревское

Аня

Уже не девственник

Лея

Фем фаталь

Рок-звезда

Эрик Бёрдон — солист Animals

Кто бы мог подумать…

Солист

Валера

Юг

Афиша Ленинградского мюзик-холла

Юра Подниекс

Прощай, Отчизна —

Венеция

«Визит вежливости»

Режиссер Юлий Райзман

«Агенты Сокол и Снеговик»

Шон Пенн

Оскароносец

Режиссер Джон Шлезингер

Снова Лея

Рокфеллер-центр

Волдорф Астория, Нью-Йорк

На лицах все написано

«Гарлемские Глоубтроттерc»

Красная площадь

Золотой «Роллекс» и сигара

Неплохо

Сандра

День свадьбы на вилле

Единственный верный друг — Кенто

Малибу

Джордж Пусеп

cнимает сенсационную передачу о царской семье

Георгий Мартиросян

Валерик немного позже

Последний друг

Глава 19. Hello, Лос-Анджелес! Чтоб ты…

С Мартином Гога продолжал поддерживать связь. Лея, как всегда, много работала. Гога же никак не мог вырваться из плена своих представлений, продолжая фантазировать о карьере и прочих глупостях. Он знал, что Лея его не выгонит. Но было уже видно, что она устала бороться за него. Он также узнал, что она стала любовницей хозяина, который ей за это еще и платил. Гоге нечего было сказать. Оставалось лишь сгорать от стыда и унижения. Она видела, что он никак не спустится на землю. Все время находится где-то там, в воспоминаниях о прошлой жизни. О Наташе… Где угодно, но только не с ней. Когда Мартин позвонил и предложил выслать ему билет на самолет до Лос-Анджелеса, Гога воспринял это как спасение. Лея не возражала. Она, как всегда, пожелала ему всего самого хорошего.

Много лет спустя Гога узнает, что Лея умерла. Эта новость потрясет его. Только будучи совсем зрелым человеком, он поймет всю глубину чувств, которые она испытывала к нему, и осознает, каким сокрушительным ударом был для нее тот аборт. Также Гога узнает — перед тем как выйти замуж за человека, который ее обожал, Лея настояла, чтобы будущий супруг сделал вазэктомию, дабы никогда не иметь детей. Муж согласился. «Как надо любить человека, чтобы пойти на такое?» — ужаснулся Гога. Иногда Гоге казалось, что Лея его прокляла, учитывая все, что происходило в его жизни. Только потом он поймет, насколько это был глубокий и сильный человек. Даже жестокий. Но Лея и жестокость никак не укладывались в голове. Чужая душа — потемки.

Беверли-Хиллз перед Рождеством напомнил Вену. Такой же уютный и теплый городок из волшебной сказки. Сияющие улицы и тротуары. Нежно светящиеся витрины дорогих бутиков. Рождественские украшения с мерцающими гирляндами, искусно обвивающими карликовые деревья посреди Родео-драйв, и шикарный «Беверли Уилшир Отель» источали такое умиротворение, что Гога не мог поверить — это одна и та же Америка! Как два разных мира! Две разные планеты! «Вот это