Разделяй и властвуй 1-6 - Сергей Александрович Плотников

Это я утрирую, конечно. Конкретно в Руниале лужи и лужайки с козами начинались не сразу за воротами, а после пропускного пункта и небольшого стихийного рыночка «беспошлинных товаров» — то есть товаров, за которые купцы не хотели платить при въезде, а потому отпускали прямо тут с попустительства стражи, которая получила на лапу. У Игнис, конечно, никто не посмел спрашивать пошлину. Какой-то стражник к ней подбежал, но она махнула рукой, подняла ветер и сбила у него с головы форменную шапку. Бедняга схватился за башку, а его же собственные товарищи подняли его на смех.

— Эй, салага, не узнал, что ли? Это же госпожа Игнис Дагсен, гроза фронтира! И соратники ее!

Отлично, конечно. Я, кстати, тоже накинул капюшон поглубже на лицо — в Руниале меня, теоретически, могли узнать. Правда, я в рамках своих экспериментов по омоложению сумел все-таки разгладить себе кожу и несколько откатить визуальный возраст — но немного, не до зеленого юнца. Нет, я не решил заняться косметологической практикой, все опыты были проведены в рамках моей исследовательской программы по омоложению и продлению жизни.

Не знаю, как именно работает имперский эликсир омоложения, хоть у меня и есть уже некоторые догадки, что именно в нем намешано. Но это точно не какая-то вытяжка из супер-ягод и даже не смесь таких отваров. С точки зрения земной медицинской науки «зелье молодости» или «молодильное яблоко» может сработать только в сказке. Противостояние возрастным изменениям в организме — это обязательно комплекс мер и воздействий, причем разных для разных органов и тканей.

Начать с кожных покровов мне было и проще, и логичней. Хотя бы просто потому, что о причинах старения кожи мне рассказывали прямо на лекциях, причем как на «Нормальной физиологии», так и в рамках курса генетики. Главная из этих проблем — деструктуризация соединительной ткани. Внешние факторы вроде ультрафиолета из солнечных лучей постоянно повреждают коллагеновые волокна, не отстают и собственные мышцы человека, сгибая и разгибая кожу. Постепенно активность клеток, отвечающих за разрушение старых, поврежденных волокон и синтез новых, правильно расположенных и целых, падает. Что приводит к ухудшению транспорта веществ через соединительную ткань, а это обратно бьет по её клеткам, еще сильнее замедляя регенерацию.

Ну то есть понятно, да? Достаточно подстегнуть активность нужных клеток магией Жизни, оказав адресное воздействие, — и кожа разглаживается сама. Без нанесения правильной алхимии результат будет нестойким, и с возрастом начнет все хуже и хуже работать. Все потому что клеткам нужен не только кнут в лице магии Жизни, но и строительным материалы, а также некоторые органические вещества, играющие роль целеуказателей для приоритетного рода активности — то, чего только магией не добиться.

И — ура! — мне удалось найти и подобрать нужное растительное сырье для изготовления соответствующего комплекта мазей. Учитывая, что соединительная ткань есть в организме буквально везде, а не только в составе кожи, и что возрастной склероз чуть ли не самая основная причина старческих изменений и возрастных болезней у пожилых людей, — это действительно был очень крупный успех. Пусть я пока и не понимал, как именно добавлять составы в кровяное русло и насколько это безопасно, но все эти вопросы можно было решить в порядке лабораторных экспериментов. Причем даже не на людях, а на мышах и кроликах — по крайней мере на самых опасных этапах.

Пока же я довел свой внешний вид до «домашних» двадцати пяти, то есть не сильно моложе моего реального возраста. Стало быть, на здешние «чуть за двадцать». После чего с благословения Элсина поработал с кожей Игнис. Вообще-то, у неё и так дела обстояли прекрасно, но результат оказался заметен — особенно для неё самой!

Однако тех, кто меня знает как бывшего ученика Академии некромантов, моим освеженным внешним видом вообще не удивить. Просто подумают, что я успел убить себя и стать немертвым. Так что примитивные средства маскировки — рулят!

И все же если мы с Бьером еще как-то могли остаться незамеченными, то Игнис прятаться даже не пыталась. Понятно, почему: ей бы пришлось в никаб замотаться, чтобы остаться неузнанной! И в гостиницу по этой причине мы не поехали, хотя в Руниале как раз постоялый двор имелся, даже несколько — в том числе и для гостей из Старших миров. Мы направились не куда-нибудь, а к небольшому особнячку в самой фешенебельной части столицы. Реально небольшому, с небольшим же садиком. И он бы выглядел даже скромно, если не знать, что недвижимость тут заоблачно дорогая — а еще что, по неписанным правилам, тут не продают жилье никому, кроме аристократов и стихийных магов.

Метелица заранее рассказала нам, что это за место.

— Это собственный дом мэтра Лири. Я им не владею, но он оставил его мне в пользование, когда ушел в Старший мир. Полноценно я там никогда не жила, но частенько ночевала, когда училась… ну, бывает: задержимся дотемна, и мэтр отправлял меня спать в комнату для гостей, а не домой в портшезе. Признаться, это мне больше даже нравилось, чем ночевать дома: отец уже начал часто проводить свои знаменитые карточные вечера… — Игнис поморщилась. — Короче, слуги меня знают. Да и немного их: только Амундсы, приходящий садовник и приходящая горничная.

Амундсы оказались пожилой четой (она — экономка, он — дворецкий), которая отнеслась к Игнис так, будто она была их любимой племянницей, которая давненько не показывалась. Метелица, в свою очередь, даже не пыталась ничего от них скрывать. Как только госпожа Амундс принесла нам в гостиную чаю с печеньем и заверила, что горничная сейчас подготовит комнаты, Игнис взяла быка за рога:

— Надеюсь, что я в Руниал ненадолго. Собрала все фонды, продала все, что не нужно, попытаюсь пройти в старший мир по заявке. Если не получится, то через взятку, — прямо отрубила она.

Госпожа Амундс, добродушного вида женщина лет шестидесяти, покачала головой и прицокнула языком.

— И вы тоже нас бросаете, барышня!

— Извини, Дора, — вздохнула Игнис. — Но мэтр Лири ведь обещал вернуться еще лет через пять! Я думаю, сдержит слово.

— Да я так, — махнула рукой госпожа Амундс. — Понятное дело, что вы, госпожа, птица другого полета…

Она так же бросила на нас несколько любопытных взглядов, но ничего не спросила. Игнис сама нас представила:

— Это, Дора, мои спутники: магистр некромантии Элсин Бьер и маг Жизни, а также член гильдии алхимиков Эрик Шелки. С ними я и собираюсь уходить,