Золотая легенда. Жития святых - Иаков Ворагинский

начались у него страшные боли. Он жалобно кричал и обращался к помощи Космы и Дамиана, Божиих святых. Однако боль становилась все сильнее, и тогда несчастный побежал в церковь, посвященную этим святым. Там он неожиданно заснул, и змея выползла изо рта обратно.

Один человек, собравшийся в долгое путешествие, завещал своей жене чтить святых мучеников Косму и Дамиана и договорился с ней о знаке, каковым он воспользуется, если вдруг захочет позвать ее. И вот сатана, зная о знаке, сообщенном жене, принял человеческий образ, показал женщине этот знак и сказал:

— Твой муж послал меня к тебе из города, чтобы я препроводил тебя к нему.

Но женщина побоялась идти и сказала:

— Я узнала знак, но мне велено чтить святых мучеников Косму и Дамиана, а потому ты должен мне поклясться на их алтаре в том, что доставишь меня к мужу в целости и сохранности.

И сатана тут же исполнил требуемое. Женщина отправилась с ним, но, когда они оказались в уединенном месте, сатана решил сбросить ее с лошади и убить. Чувствуя смертельную опасность, женщина вскричала:

— О Божии святые Косма и Дамиан, помогите мне! Я ведь поверила вам и потому пошла за этим человеком.

И тут же святые появились в сопровождении множества людей в белых одеждах и освободили женщину. Сатана исчез, а святые сказали несчастной:

— Мы Косма и Дамиан, в которых ты поверила, и мы поспешили тебе на помощь.

Папа Феликс[443], предшественник святого Григория, построил в Риме прекрасную церковь в честь святых Космы и Дамиана. И в этой церкви был человек, преданный слуга святых мучеников. Одна нога у него была полностью поражена раком. И вот когда он заснул, явились к верному слуге своему оба святые с лекарствами и хирургическими инструментами. И один из них сказал другому:

— Где нам взять плоти, чтобы заменить ту, что мы отрежем от гниющей ноги?

И второй ответил:

— Как раз сегодня на кладбище Святого Петра в Цепях погребли эфиопа. Ступай и принеси его ногу, и мы поставим ее на место пораженной.

Святой поспешил на кладбище и принес ногу мавра, и они отрезали больную ногу, поставили на ее место ногу мавра и тщательно зашили рану. Потом они взяли отрезанную ногу и приставили ее к телу мертвого эфиопа.

Человек проснулся, не ощутил никакой боли, положил руку на ногу и не почувствовал раны. Тогда он посветил свечой на ногу и тоже не увидел следов болезни, и тогда уже стал сомневаться, он ли это или кто-то другой. Но скоро он пришел в себя, вскочил радостно из постели и стал всем рассказывать о том, что видел во сне и как излечился. Тогда послали на могилу мавра и обнаружили, что нога у него действительно отрезана, а вместо нее лежит нога церковного прислужника.

Святые Горгоний и Дорофей[444]

† 303 г

Горгоний и Дорофей занимали высшие посты при дворе императора Диоклетиана в Никомедии, но оставили свои посты, чтобы за своим Царем свободно последовать и ясно показать всем, что отныне они христиане. Император был весьма расстроен этой новостью. Он посчитал, что тяжело смириться с потерей таких людей, сам явился к ним, воздав им тем самым честь, достойную их по праву рождения и заслугам.

Но ни угрозы, ни поношения не смогли изменить их преданности вере, и потому их вздернули на дыбу, рвали мясо бичами и железными крючьями, а затем на открытые раны сыпали соль и лили уксус. Все это вынесли они, не дрогнув. Потом их стали поджаривать на решетке, но казалось, будто они возлежат на ложе, полном цветов, не испытывая боли. Наконец император приказал повесить их, а тела отдать на растерзание волкам и собакам. Но они остались нетронутыми и были верующими преданы земле. Пострадали они около 280 года.

Много лет спустя тело святого Горгония было перенесено в Рим, а в 766 году епископ Меца, племянник короля Пипина[445], перевез останки во Францию и опустил в могилу в монастыре Горца.

Святая Люсия[446]

† 303 г

Имя Люсия происходит от слова lux, что означает «свет». Свет приятен глазу, ибо, как говорит Амвросий, природа света такова, что в нем является вся милость Божия. Свет также нельзя ни затемнить, ни запачкать. Как бы ни были грязны места его проникновения, сам он всегда остается чист. Он падает прямыми лучами, без всяких изгибов, и достигает самых дальних мест, не теряя скорости. Этим мы хотим показать, что святая дева Люсия обладала девственной красотой без малейшего изъяна, что она распространяла милосердие чистейшей любви, что ее стремление к Богу всегда было прямым и неколебимым и проявлялось в добрых делах, совершавшихся быстро и без сомнений. Иначе имя это может быть переведено как «путь света».

Люсия родилась в Сиракузах в благородной семье и видела, как слава святой Агаты распространяется по всей Сицилии. Она пришла на могилу святой вместе с матерью Эуфицией, которая четыре года страдала от неизлечимого маточного кровотечения. Обе они прибыли в храм во время мессы, в тот момент, когда читают Евангелие, причем именно то место, где идет речь об излечении Христом женщины, страдавшей той же болезнью[447]. И тогда Люсия сказала матери:

— Если ты поверишь в то, что услышала, то поверишь и в то, что присутствие Агаты повсеместно и всегда рядом с теми, за кого она приняла мученическую смерть. И если с этой верой прикоснешься к могиле святой, ты немедленно выздоровеешь!

И вот, когда все покинули церковь, мать с дочерью остались молиться возле могилы. Вскоре Люсия заснула, и ей явилась Агата в окружении ангелов, украшенная драгоценными каменьями. Святая сказала:

— Сестра моя Люсия, дева, посвященная Богу, почему ты просишь меня о помощи, которую и сама можешь оказать своей матери? Воистину, вера твоя уже излечила ее.

Проснувшись, Люсия сказала матери:

— Мать моя, ты здорова! Но во имя той, молитвами которой обязана ты выздоровлением, прошу тебя — избавь меня от замужества и раздай бедным все, что приготовила ты для моего приданого!

— Почему ты не подождешь, пока закроются глаза мои? —