Я стал бессмертным в мире смертных - Let me laugh

Стоя в главном зале дворца, Фан Ван старался успокоиться. Изучая описание Мечевого Массива Лазурного Грома Девяти Небес, он понял, что эта техника гораздо глубже и сложнее Божественной Формулы Меча Летящего Лебедя. А значит, времени уйдет уйма.

— Буду тренироваться. Хочу увидеть, насколько силен массив, покоривший весь мир заклинателей Династии Ци! — подбодрил он себя вслух.

Повинуясь его воле, вокруг материализовались летящие мечи. Для создания этого массива требовались мечи: для стадии Великого Совершенства нужно было семьдесят два меча. И чем выше их ранг, тем сильнее мощь массива.

Фан Ван надеялся, что раз он уже освоил Божественную Формулу Меча Летящего Лебедя и технику Взращивающей Дух Ци Меча, то изучение нового массива пойдет легче. Но он ошибался: даже стадия начального понимания едва не довела его до отчаяния.

Ему потребовалось целых сорок лет, чтобы просто войти в курс дела. Эта техника требовала очищения божественного чувства и постижения энергии молнии. Она была невероятно глубокой.

Сгущая лазурный гром в намерение меча массива, практик создавал Область Меча Девяти Небес, сокрушающую любых врагов!

Освоив азы, Фан Ван перестал скучать. Его интерес к массиву вспыхнул с новой силой. Он чувствовал, что по мощи эта техника не уступает Искусству Божественной Трансформации Девяти Драконов. Точнее, это были две разные по типу техники: Искусство Девяти Драконов идеально подходило для разрушения и прорыва окружения, а Мечевой Массив Лазурного Грома Девяти Небес — для массового уничтожения. К тому же лазурный гром обладал подавляющим эффектом против определенных монстров, нечисти и злых техник.

Годы в Небесном Дворце текли незаметно.

Когда Фан Ван довел Мечевой Массив Лазурного Грома Девяти Небес до Великого Совершенства, он оглянулся назад и понял, что потратил на это триста сорок два года.

Обычно этот массив должны были практиковать семьдесят два человека вместе — так было бы быстрее. Но он требовал высочайшего сродства с молнией и понимания меча, а в Секте Великого Океана вряд ли нашлось бы семьдесят два подходящих кандидата.

Сознание Фан Вана вернулось в реальность. Его взгляд вновь стал ясным. Он всё еще сидел в той же позе, сжимая пластинку в руке.

Он убрал ее в пространственный мешок, встал и скомандовал:

— Сяо Цзы, собирайся, спускаемся с горы!

Сяо Цзы, прервав медитацию, удивленно спросила:

— Так скоро? Господин, вы только что пережили великую битву, разве вам не нужно отдохнуть? А как же тот массив, разве вы не собираетесь его изучать?

— Идешь или нет? Если нет — я ухожу один!

Фан Ван прицепил к поясу два пространственных мешка, взял Меч Цинцзюнь и направился к выходу. Сяо Цзы поспешно бросилась за ним, боясь остаться.

— Господин, почему вы вдруг решили уйти?

— Душно мне.

— Душно? Как это? Вам нужно как-то развеяться? Хотите, я помогу?

— Что ты понимаешь... И как ты мне поможешь? Позволишь побить тебя, чтобы я выпустил пар?

— А? Ну, если господину от этого станет легче...

...

В Зале Изначального Океана Гуан Цюсянь сидел на молитвенном коврике с крайне мрачным лицом. Ян Юаньцзы стоял рядом, кипя от гнева.

— Глупец! Глупец! Я же говорил тебе не потакать ему! Посмотри на него — он весь в отца, в его груди не человеческое сердце! — ворчал Ян Юаньцзы, с трудом сдерживая ярость.

Гуан Цюсянь огрызнулся:

— Я потакал? Когда ему было семь лет, я послушал тебя и позволил Чэнь Аньши забрать его странствовать по миру. Он вернулся только в двадцать. Ты хоть знаешь, сколько лишений он перенес за те годы? Может, именно тогда его сердце и ожесточилось!

Ян Юаньцзы сурово произнес:

— Мне всё равно. Фан Ван — мой ученик и надежда Секты Великого Океана. Я не позволю Лу Юаньцзюню угрожать ему. Раз Лу Юаньцзюнь совершил ошибку, он должен быть наказан. Мы обязаны компенсировать это Фан Вану. Я предлагаю немедленно сделать Фан Вана старшим учеником всей секты! У него есть на это полное право!

Гуан Цюсянь нахмурился и вздохнул:

— Лу Юаньцзюнь, конечно, будет наказан, иначе как смотреть в глаза душам невинно убиенных. Но разве можно скрывать правду вечно? Может, стоит заранее поговорить с Фан Ваном, сгладить углы?

— Кровную месть за истребление семьи? Как ты это сгладишь?

— И что тогда делать? Через сто лет Фан Ван неизбежно станет сильнейшим в Династии Ци. Сможем ли мы тогда его контролировать?

— А зачем нам его контролировать? Мой ученик благороден и добр, он никогда не обижает слабых. Что же касается его вражды с Лу Юаньцзюнем... лучший способ — это заставить Лу Юаньцзюня исчезнуть. Отослать его подальше! — решительно сказал Ян Юаньцзы. Он помолчал и добавил: — Старший брат, нельзя больше потакать Лу Юаньцзюню. Да, мы в долгу перед его матерью, но это долг перед ней. А такой нечестивый сын пусть просто живет где-нибудь вдали, и этого достаточно!

Гуан Цюсянь промолчал.

В этот момент за дверями Зала Изначального Океана раздался голос ученика:

— Докладываю главе секты: Фан Вана нет в его пещере. Я проверил — его жетон ученика уже покинул пределы секты. Должно быть, он спустился с горы.

Услышав это, Гуан Цюсянь и Ян Юаньцзы переглянулись.

— Хорошо, возвращайся к практике, — отозвался Гуан Цюсянь, и ученик удалился.

В Зале Изначального Океана стояли особые запреты, поэтому они не боялись, что их разговор подслушают.

Гуан Цюсянь со странным выражением лица произнес:

— Прошло всего два часа с тех пор, как он получил массив. Гении других сект еще не уехали, а он уже сбежал. Неужели он прихватил наследную технику и дезертировал?

Ян Юаньцзы закатил глаза:

— Ты что, подозреваешь в нем шпиона демонического пути? Кто в здравом уме отправит обладателя Духовного Сокровища Небесного Источника в качестве лазутчика? Будь он шпионом, он бы метил в кресло заместителя главы или даже на твое место. Сбегать ради техники, которую невозможно выучить... тебе не кажется это бредом? К тому же, в секте полно других членов семьи Фан. Право, не знаю, почему учитель выбрал тебя главой!

— Я же пошутил, чего ты сразу кипятишься? — обиделся Гуан Цюсянь.

Ян Юаньцзы хмыкнул:

— Позови Лу Юаньцзюня. Я лично его допрошу!

Гуан Цюсянь немного поколебался, но всё же кивнул.

...

Среди бескрайнего моря облаков величественный черный орел камнем бросился вниз. На горизонте догорал закат, алые облака освещали небосвод, а горы и реки внизу погружались в сумерки, создавая печальную, но прекрасную картину.

— Господин, а вы можете лететь еще быстрее? — с любопытством спросила Сяо Цзы, примостившись на голове орла.

Черный орел устремился к земле и приземлился