Скованные/Manacled - Сен Лин Ю

Они едва успевали уделять внимание огромному количеству бывших пленных, страдавших от недоедания и тяжелых повреждений, и лечить бойцов, получивших травмы во время захвата тюрем.

Волшебников с несложными повреждениями довольно быстро выписывали, чтобы освободить место для пострадавших со специфичными травмами, которые требовали особого лечения.

В течение нескольких недель у Гермионы не хватало времени ни на сбор трав в лесу, ни на встречи с Малфоем. Он несколько раз в срочном порядке вызывал её в хижину и забирал обратно планы и чертежи, в которых содержалась важная информация, а также предупреждал о готовящихся контратаках Пожирателей. Волдеморт был разгневан неожиданными победами Ордена и наносил удар за ударом в ответ. Он полностью сжёг маггловскую и магическую части Годриковой впадины, повесив кости Лили и Джеймса Поттеров на дереве, чтобы Орден нашёл их, когда прибудет на место пожара.

Волдеморт совершил несколько нападений на маггловскую часть Англии, и Гермионе пришлось оказывать первую помощь пострадавшим магглам, чтобы Орден мог стереть им воспоминания и отправить лечиться в немагические больницы.

В течение трёх недель она дежурила по двадцать четыре часа в сутки с четырехчасовыми перерывами на сон, пока, в конце концов, у неё не перестало получаться колдовать от недосыпа. Поппи буквально силой вытолкала Гермиону из больничного крыла, сказав Грюму, что им придётся найти ещё целителей, если они не хотят, чтобы она умерла от истощения или совсем потеряла магические способности.

Девушка подозревала, что Орден взял в заложники нескольких целителей из больницы Святого Мунго и заставил их работать в те дни, когда она была вынуждена отдыхать. Помфри отказывалась отвечать на её вопросы и отводила взгляд, стоило Гермионе завести разговор о заменявших её целителях.

Спустя почти месяц все наконец стало приходить в норму.

У Гермионы почти не осталось ингредиентов для зелий. Она решила отправиться в лес, чтобы отыскать нужные компоненты. Стоял конец июня, и все вокруг цвело, так что девушка смогла быстро пополнить запасы необходимых трав, прежде чем отправиться на встречу с Малфоем. В течение последних нескольких недель у неё едва было время подумать о нем.

Стоило ей переступить порог, как Малфой появился в хижине, слегка скривившись и едва заметно пошатнувшись после аппарации.

Они пристально посмотрели друг на друга.

— Выглядишь дерьмово, — наконец сказал Малфой.

— Спасибо за комплимент, — грубо ответила Гермиона.

— Что с тобой произошло? — спросил он.

— У Сопротивления, кроме меня, нет целителей с необходимыми навыками, — ответила она уставшим голосом.

Девушка внимательно посмотрела на Малфоя.

— Ты и сам выглядишь не лучше, — заметила она, окинув его взглядом. Это являлось сильным преуменьшением.

Его лицо было изможденным и болезненно худым. Кожа казалась серой и безжизненной, словно лист пергамента. Он выглядел так, словно совсем не спал с тех пор, как они виделись в последний раз.

— Как ты можешь догадаться, Темный Лорд был немного огорчён внезапными победами Ордена, — ответил Малфой спокойным тоном.

Гермиона почувствовала, как кровь отхлынула от лица, а в груди неприятно кольнуло. Она даже не задумывалась об этом... Получив нужную информацию от Малфоя, она сразу же поспешила передать её Ордену. Она переживала, что он может предать их, подсунув ложные сведения, но даже не подумала, чего ему будет стоить эта информация, если окажется правдивой.

— Что с тобой случилось? — потребовала она ответа, достав палочку и подойдя ближе к нему.

— Все в порядке, — ответил он сдержанно.

— Что он с тобой сделал?

— Отвали, Грейнджер, — сказал Малфой, скривившись, и отодвинулся от неё. Она заметила, что его пальцы слегка дрожали.

Гермиона проигнорировала его слова и наложила на него чары диагностики. Малфой даже не шелохнулся.

Появившаяся диаграмма показала, что на него накладывали Круциатус. Учитывая, что последствия пыток были видны до сих пор, возможно, его пытали так долго, что его организм был доведён почти до предела.

На диаграмме виднелось что-то ещё. Гермиона наложила на Малфоя более углубленные диагностические чары, пытаясь разобраться в показателях.

— Что... что произошло с твоей спиной? — разбирая результаты новой диагностики, ей с трудом удавалось сохранить твёрдость голоса. Диаграмма показывала какое-то невероятное переплетение темной магии и яда — Гермиона не была уверена, что правильно идентифицировала увиденное.

Лицо Малфоя слегка напряглось.

— Круциатус — идеальное наказание за любой проступок, — ответил он легким тоном. — Но используя его слишком долго, можно нанести необратимый вред мозгу. Поэтому порой требуются иные виды наказаний, которые будут постоянно напоминать о допущенной ошибке.

— Снимай рубашку, — потребовала Гермиона. Ей нужно посмотреть, что сделали с его спиной, иначе она не сможет разобраться в показателях диагностики. Из того, что девушка могла видеть прямо сейчас, она понимала лишь, что это было тяжелое комбинированное повреждение, подобных которому Гермиона никогда раньше не встречала.

— Оставь меня в покое, Грейнджер, — ответил он жестко. — Твой Орден получил то, чего так сильно желал, — Малфой слегка усмехнулся. — Я лишь надеюсь, что все это было не впустую и вы не вытащили из тюрем лишь бесполезную кучку калек.

— Позволь мне взглянуть на твою спину, — настояла она. — Просто позволь мне это сделать.

— Не притворяйся, что тебя это заботит, — холодно сказал Малфой. — Собираешься делать вид, что удивлена? Хочешь, чтобы я поверил, что ты не ждала именно этого? В конце концов, не ты ли первая, кто мечтает о моей смерти, как только я стану бесполезным для Ордена?

Горечь в его голосе была столь сильной, что Гермионе казалось, будто она чувствует ее привкус во рту. Вся комната была наполнена его разочарованием. Его одиночеством.

— Нет. Мне... Прости меня. Я не... — Она подошла ближе.

Неделями он жил в агонии из-за возможности, которую предоставил им. Учитывая его положение в армии Волдеморта, большая доля вины за успехи Ордена легла на его плечи даже при том, что никто не подозревал, что это Малфой позволил Сопротивлению победить.

Она даже не подумала об этом. Не поблагодарила его. Она просто... не задумывалась о нем. Гермиона даже не представляла, чем для него обернутся победы Ордена.

— Мне так жаль, — сказала она, приблизившись к нему, едва держась на ногах от испытываемых чувства вины и ужаса. — Я была так занята работой... Я даже не подумала...

Гермиона расстегнула его мантию и осторожно сняла ее с плеч Малфоя. Он вздрогнул и поднял глаза к потолку, словно смирился с её