Скованные/Manacled - Сен Лин Ю

Вздохнув, Гермиона сняла с плеча сумку и принялась вынимать из неё склянки и мешочки с травами. Ей придётся выбросить все ингредиенты для зелий, которые она собрала с утра. Найденные ей компоненты требовалось хранить в особых условиях, но девушка не сможет правильно заколдовать их, чтобы они не потеряли свои магические свойства, когда её рука находится в таком состоянии.

С грустью она бросила на землю щупальца растопырника. Позже ей придётся поймать и убить ещё одного. Затем она выбросила крылья феи. Гермиона продолжала вываливать на землю все собранные ингредиенты, пока у неё в сумке не осталась лишь пара пучков крапивы.

Скривившись, она приложила листья крапивы к израненным щиколоткам, кистям и запястьям. Потом провела ими по лицу. Бросив использованные пучки на землю, она посмотрела на появившиеся на коже волдыри, скрывшие все раны от проклятий, которые не могла спрятать её одежда.

Вздохнув, девушка встала и, с трудом удерживая палочку, аппарировала на Площадь Гриммо.

— Гермиона? Что с тобой случилось? — спросила Анджелина, зайдя в комнату и смотря на нее расширившимися от удивления глазами.

— Я споткнулась и упала в куст с крапивой, — солгала Гермиона.

— Вот черт, — Анджелина всматривалась в её лицо, и Гермиона почувствовала, что начинает краснеть. — Ты можешь как-то вылечить это?

— К сожалению, нет. Нет никаких зелий от крапивных ожогов. Они должны пройти через пару дней. Но у меня не получилось толком собрать ингредиенты. Придётся завтра снова отправиться в лес.

— Как жаль. Бедное твоё лицо.

Гермиона слегка пожала плечами.

— Моим рукам досталось сильнее. Мне нужно пойти предупредить Помфри. Не уверена, что от меня сегодня будет какая-то польза в лазарете.

Из-за проклятий Малфоя у Гермионы неожиданно появился выходной день. Но она едва ли могла наслаждаться им, не имея возможности пользоваться руками. Девушка даже не могла толком согнуть пальцы, чтобы переворачивать страницы в книге.

Гермиона не могла вспомнить, когда у неё в последний раз было свободное время. Если она не дежурила в палате, то обычно варила довольно сложные зелья или пополняла запасы ингредиентов.

Она сидела на чердаке и смотрела в окно на проходящих внизу магглов.

Гермиона раздумывала, что могло так спровоцировать Малфоя.

Она не знала, считалось ли хорошим знаком то, что он так жёстко обучал её технике сражения. Это могло означать, что она смогла подобраться ближе к нему и как-то задеть его чувства, из-за чего Малфой старался отдалиться от неё, накладывая на неё болезненные проклятия. Исцелив его неделю назад, Гермиона повлияла на их отношения. Возможно, Малфой решил, что, прокляв её, сможет вернуть их в прежнее русло.

Он был таким мстительным.

Занятия окклюменцией проходили гораздо более болезненно, но они хотя бы имели смысл. Тогда он причинял ей боль для достижения какой-то цели. И от мигрени хотя бы имелись подходящие зелья.

Но не было никакого смысла в том, чтобы использовать Жалящие проклятия. Малфоем двигала только злость.

К тому же, это была совершенно бессмысленная тактика, чтобы попытаться оценить её способности дуэлянта, потому что в итоге она не сможет толком колдовать всю следующую неделю. Если бы Малфой действительно хотел проверить её умение прицеливаться или её выносливость, то использовал бы Оглушающие или Парализующие чары.

Он не воспользовался никакими серьёзными или необратимыми проклятиями, скорее всего, придерживаясь своих моральных принципов, которыми был так озабочен. Наверно, он руководствовался своими «этическими нормами». Малфой не хотел воспринимать себя как кого-то мстительного и жестокого. Возможно, он оправдывал себя тем, что давал ей возможность защищаться от его проклятий. Что она сама заслужила каждый полученный ожог, потому что не смогла отразить заклинание или увернуться от него.

Малфой не хотел думать о себе как о ком-то злом.

Скорее всего, он считал себя выше этого.

Гермиона опустила взгляд на свои руки.

По наносимому ущербу и уровню боли Жалящие проклятия едва можно было назвать по-настоящему опасными. Однако она чувствовала эмоциональное разочарование и опустошение, в которых не хотела признаваться даже самой себе.

Гермиона спрятала лицо в сложенных на коленях руках, стараясь не заплакать.

Слёзы все равно потекли из-под закрытых век.

Примечание к части

Слёзы хлынули не у одной Гермионы, мы в процессе перевода ими несколько раз умылись, пока осилили переводить и редактировать эту огромную главищу.

32. Флэшбэк 7.

На следующей неделе Гермиона встала пораньше, чтобы отправиться на поиски растений. Она тщательно упаковала собранные ингредиенты в подготовленные флаконы и мешочки, прежде чем аккуратно сложить их в сумку. Девушка не могла позволить себе снова потратить недельный запас.

Аппарировав в хижину, Гермиона сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь собраться с духом, прежде чем открыть дверь. Она пришла к выводу, что существует довольно большая вероятность того, что Малфой снова воспользуется прежним методом обучения.

На это указывал жестокий и удовлетворенный блеск, не покидающий его взгляда даже в момент, когда он убирал свою палочку.

Когда девушка вошла, комната была пуста.

Гермиона поставила свою сумку в угол и наложила на неё защитное заклинание. Потом снова замерла в ожидании. Ее пальцы продолжали нервно постукивать по ноге. Она была почти на грани обморока.

Гермиона ненавидела ждать. Она терпеть не могла моменты, в которых ей приходилось бояться неизвестности. Ее разум всегда начинал дико метаться по сценариям того, что произойдет. Обычно ее воображение оказывалось намного хуже реальности.

Но Малфой обладал необычным талантом удивлять ее.

Он опаздывал почти на пять минут.

Она не была уверена, следует ли ей продолжать ждать. Он сказал, что подождет ее всего пять минут, но никогда не упоминал, как долго стоит дожидаться его. Гермиона не думала, что Малфой откажется от помощи Ордену только потому, что наконец-то смог бросить в неё проклятия.

Ее почти вырвало на пол из-за нарастающей тревоги. Она не могла этого вынести...

Она не будет просто сидеть и ждать, когда он снова набросится на нее.

Гермиона резко развернулась, сняв с сумки охранные заклинания и перекидывая ее через плечо. Она уже выходила из хижины, когда Малфой с треском появился в комнате.

Девушка остановилась и посмотрела на него. При одном взгляде на него возникало плохое предчувствие. Она чувствовала, как что-то застряло у нее в горле, и поэтому едва могла сглотнуть.

Малфой пристально смотрел на нее. Он не выглядел раздраженным. Он выглядел... смущенным.

— Я задержался,