Я стал бессмертным в мире смертных - Let me laugh

одежды и черный веер. Ветер развевал полы его халата, лотосы под мостом клонились в разные стороны, создавая атмосферу хаотичной красоты. Эта сцена была прекрасна, словно картина мастера.

...

После создания Веера Неба и Земли сила Фан Вана значительно возросла. С тех пор он не бродил по окрестностям, а всё время медитировал на мосту.

Царства Таинственного Сердца было недостаточно!

Он должен был как можно скорее достичь Сферы Концентрации Духа. Во-первых, чтобы уверенно противостоять любым угрозам в мире культивации Великого Ци, а во-вторых, чтобы отправиться за наследием Истинного Искусства Святого Тела Тяньган.

Да, он до сих пор помнил о нем.

Время летело незаметно.

Прошло полгода.

Целых полгода ушло у Фан Вана на то, чтобы пробиться на второй уровень Царства Таинственного Сердца. Сам он считал, что это слишком медленно, но, вспомнив, что многие тратят всю жизнь и застревают на первом уровне, успокоился.

После прорыва он продолжил сидеть на краю моста, глядя на озеро.

В эти полгода он только и делал, что тренировался. Святой Меча, войдя в павильон, больше не выходил. Фан Ван не чувствовал его ауры внутри, поэтому не мог понять, там ли он еще, но и беспокоить его без нужды не решался.

В последние дни Фан Вана заинтересовали изменения на поверхности озера. Ему казалось, что Святой Меча неспроста поселил его здесь. Туман над водой менялся каждый день. Почему-то, когда туман клубился, ему мерещилась человеческая фигура, практикующаяся с мечом. Но стоило ему сосредоточиться на этой мысли и всмотреться, как фигура исчезала.

— Ты что здесь делаешь?

Раздался знакомый голос. Фан Ван скосил глаза и увидел Фан Ханьюя, летящего на мече. На лице того читалась радость.

Фан Ван втайне выдохнул с облегчением: хорошо, что парень не назвал его по настоящему имени.

Это был Фан Ханьюй — проницательный и осторожный. Едва увидев Фан Вана, он понял, что тот сменил имя, ведь на Озере Небесного Меча о нем ходило множество слухов, особенно в связи с депрессией Сун Цзинюаня.

Фан Ван поманил его рукой, и тот немедленно приземлился рядом.

— Тренируюсь. А ты? — с улыбкой спросил Фан Ван.

Фан Ханьюй ответил:

— Разумеется, я здесь ради наследия Святого Меча. Жаль только, что за полгода я видел его лишь раз. Может, тебе тоже стоит попробовать? У тебя точно получится. Я считаю, что в таланте меча тебе нет равных.

Кто в нынешнем мире может сравниться с ним в мастерстве Тридцати шести мечей летящего лебедя?

Стук!

Сзади донесся звук, и налетел порыв ветра. Оба обернулись и увидели Святого Меча.

Тот пристально смотрел на Фан Вана.

— Чжоу Юй, ты тоже мечник?

Чжоу Юй?

Это же имя из «Троецарствия»!

Фан Ханьюй был втайне поражен. В детстве Фан Ван любил рассказывать ему истории из этого романа. Повзрослев, он понял, что никакого «Троецарствия» никогда не существовало — романтика Шу-Хань и дух Цао-Вэй явно были выдумкой Фан Вана.

Его удивило не то, что Фан Ван сменил имя, а то, почему он выбрал имя из лагеря Восточного У (Сунь У). Разве Фан Ван не говорил, что недолюбливает их? Почему не назвался Чжугэ Ляном, которого так уважал?

«Точно, я тоже буду использовать имена из „Троецарствия“, когда буду странствовать. Это станет нашим тайным шифром».

Под пристальным взглядом Святого Меча Фан Ван, пересилив себя, ответил:

— Да, немного разбираюсь, но я не чистый мечник.

Святой Меча прищурился:

— Сразись со мной, используя свою лучшую технику меча. Если я останусь доволен, я передам тебе свое наследие.

Фан Ван нахмурился. Если он использует Божественную Формулу Меча Летящего Лебедя или Мечевой Массив Лазурного Грома Девяти Небес, его личность легко раскроют. Ученик секты Великого Океана с Духовным Сокровищем Небесного Источника...

— Если ты хорошо себя покажешь, я передам наследие не только тебе, но и ему, — снова заговорил Святой Меча, кивнув на Фан Ханьюя.

Фан Ханьюй не обрадовался, а погрузился в молчание. Он не понимал, почему Фан Ван колеблется, но боялся создать ему проблемы.

Перед тем как приземлиться, он специально просканировал павильон духовным сознанием — там никого не было... Значит, этот человек и есть Святой Меча! Кто еще мог быть столь непостижимым?

Только вот... почему Фан Ван противится его наследию?

Глава 74. Великое Совершенство Меча-Намерения Неба и Земли

— Хорошо, раз уж старший так говорит, я не смею отказывать, хотя мое мастерство и оставляет желать лучшего.

Фан Ван сложил руки в поклоне. Не ради себя, а ради Фан Ханьюя он должен был пойти на это. В крайнем случае, придется посидеть в Небесном Дворце несколько сотен лет!

Святой Меча улыбнулся. Фан Ханьюй тоже почувствовал, что Фан Ван делает это ради него, и крепче сжал рукоять своего меча.

Фан Ван встал и повернулся к озеру. Сяо Цзы вынырнула из воды и с любопытством уставилась на него.

Взгляд Фан Вана стал острым. Внезапно из его глаз вырвался луч Ци меча. С невероятной скоростью он пронзил туман над озером, и мгновение спустя с далеких гор донесся оглушительный грохот.

Как быстро!

Фан Ханьюй был потрясен. Его Глаза Зла едва успели уловить движение этой Ци. Но самое главное — как он это сделал? Он не видел, чтобы из тела Фан Вана выходила духовная энергия. Неужели Ци меча действительно вылетела прямо из его глаз?

Святой Меча прищурился и произнес четыре слова:

— Взращивающая Дух Ци Меча!

Фан Ван моргнул, и его глаза вернулись в обычное состояние, утратив ту ледяную остроту. Он обернулся к Святому Меча и спросил:

— Это моя лучшая техника. Достаточно ли этого, чтобы удовлетворить вас?

— Какая связь у тебя с семьей Гу из Лобая?

— У меня есть хороший друг из этой семьи. Увидев мои способности, он обучил меня этой технике.

Фан Ван ответил честно. Его Взращивающая Дух Ци Меча достигла Великого Совершенства. Он растил ее десять лет, и по мощи она была сравнима с той, что большинство членов семьи Гу растят десятилетиями, а то и почти столетие.

Святой Меча усмехнулся и развернулся:

— Идите за мной.

Фан Ван и Фан Ханьюй переглянулись и последовали за ним. Сяо Цзы тоже выскочила из воды и запрыгнула на плечо хозяина.

Когда они вошли в павильон, Святой Меча взмахнул рукавом, и двери сами собой закрылись.

В главном зале Святой Меча сел на молитвенный коврик и жестом велел юношам сесть перед ним.

— В шесть лет я начал учиться мечу у горного отшельника. В семнадцать — отправился странствовать.