Сердце Северного Ликана - Мария Александровна Ерова

Марисоль и не заметила, как пробежало время. Оживление у кассы привлекло её, и она, поднявшись с нагретого утренним светилом песка, поспешила за своим билетом. Однако ещё издалека услышала шум и недовольные возгласы возмущавшихся людей.

— Как нет билетов⁈ Опять нет⁈ — кричал пожилой мужчина, раскрасневшийся от возмущения.

Девушка, стоявшая по ту сторону толстого стекла кассы, старалась сохранять спокойствие и вежливость, но Марисоль видела, каких трудов ей это стоило.

— Билетов нет, — то и дело повторяла она. — Возможно, их не будет в ближайшую неделю…

Люди опять зашумели, а Марисоль, внезапно вспомнив о предупреждении мистера Уокера, развернувшись, медленно вышла в дверь. Это было каким-то несусветным наказанием. Что теперь делать, она и представить не могла. Возвращаться? Но тогда она так и не узнает, что случилось с Мари, а предчувствие говорило ей, что с ней точно что-то произошло. И потому медлить было нельзя.

Оставался только один вариант, самый нежелательный и возмутительный. Зубы Марисоль скрипнули в бессильном гневе на сестру, ведь ей сейчас предстояло проглотить собственную гордость, и испытать унижение, обратившись с просьбой к тому, кого совсем недавно она обозвала «болваном», и даже не удосужилась попросить прощения.

Но рассуждать было некогда, пора было действовать. И Марисоль, уверенно подобравшись, отправилась в обратный путь к тому месту, где провела сегодняшнюю ночь. Возможно, мистер Уокер действительно был ещё там.

* * *

Решительность оставила её на подступах к ещё разбитому лагерю, когда она заметила высокую фигура Чена, раздетого по пояс — он собирал вещи, сейчас уже в действительности. Он тоже заметил её, но вида не подал, продолжая работать. Немного потоптавшись и собравшись духом, Марисоль отправилась дальше. Но, дойдя до нужно места, словно потеряла голос, и молча взирала на мужчину, что попросту не обращал на неё внимания. Должно быть, её обидные слова всё же зацепили его, раз он себя так вёл. Однако и Марисоль отступать была не намерена — природное упрямство взыграло в её душе, и она приняла брошенный мужчиной молчаливый вызов.

— Мистер Уокер, — обратилась она к нему, наконец. — Мне нужна ваша помощь. Я заплачу…

Чен, оторвавшись от своего занятия, с ехидной улыбочкой повернулся к ней. Марисоль, как не пыталась, не могла отвести взгляда от мускулистого, неожиданно привлекательного тела, и лишь растерянно хлопала глазами, пытаясь изобразить отсутствие интереса на своём лице.

— Чем, красотка? — усмехаясь, спросил тот.

— Что? — не сразу въехала в его слова Марисоль, всё так же пугаясь своих абсолютно неуместных сейчас мыслей. Она слишком давно не была с мужчиной, наверное, всё дело было в том…

— Чем будешь платить? Деньгами или…? — не уставал улыбаться Чен.

— Или чем?..

Девушка сейчас слабо соображала, все происходящие в последнее время с ней события в совокупности притупили остроту её восприятия, и… Но, когда до неё дошёл смысл сказанных мужчиной слов, она вспыхнула до кончиков ушей.

— Да как вы смеете предлагать мне такое⁈ — взбеленилась она. — Я вам не какая-нибудь портовая шлюха!

Чен опять рассмеялся. Похоже, всё это для него было просто забавной игрой — так он шутил, развлекался, не более.

— Я просто уточнил, — примирительно ответил он. — Добро пожаловать на борт, мисс. Мой катер к Вашим услугам…

Марисоль досчитала до десяти, прежде чем коротко кивнуть и отправиться в сторону пресловутой посудины. Ей нужно было добраться до Норвегии как можно скорее, и уже не важно каким способом. Оставалось только надеяться, что мистер Уокер не выкинет в пути что-нибудь эдакое, в его стиле.

Глава 14. Предчувствие

Мари жадно припала губами к краешку ведра, пытаясь напиться свежей воды.

К чёрту!

К чёрту это всё. Руки её дрожали, а глаза распухли от слёз. Этот мужчина был чудовищем, без жалости и совести! Он исполнил своё обещание, принёс воды, немного корнеплодов и пряных прав, показал, где хранятся засоленные тушки каких-то животных (судя по размеру, зайцев), и просто оставил её одну.

В этом тёмном сыром помещении было очень холодно, словно Мари попала в огромный рефрижератор, и тонкое платье не могло даже в первые секунды защитить её от холода.

Зловеще свисающие тушки мёртвых зверей дополняли и без того мрачную картину отчаяния и безысходности.

Она выскочила оттуда, ощущая себя единственно живой на кладбище, и ей, похоже, придётся обойтись без мяса в ближайшее время, ибо кроме рвотного рефлекса оно сейчас ничего не могло у неё больше вызвать.

Страшно хотелось пить, и исполнив своё желание, Мари неожиданно успокоилась, взяв себя в руки. Городская весёлая жизнь слишком разморила её, но она ещё помнила те счастливые моменты из детства, когда они вместе с сестрой помогали маме на кухне, тем самым осваивая азы готовки. И характер, доставшийся ей скорее от отца, не позволял горевать и убиваться слишком долго, хоть многие даже в семье считали её разнеженной принцессой, а ведь она могла быть и иной! Только повода не было…

Отыскав на столах подходящий нож, она неумело, но всё же очистила несколько картофелин, затем порезала их и положила на старинную неприподъёмную сковороду. Жаль, масла нигде не нашлось, лишь белый и какой-то подозрительный кусок жира — а без него картошка, само собой, подгорит, и стоило рискнуть. Соль была здесь в достатке, а вот ложку пришлось оттирать, слишком грязной она показалась городской чистюле Мари.

Видела бы её сейчас Марисоль! Сестру разорвало бы от ехидного смеха, и она бы ещё добавила: «поделом тебе, неумеха и лентяйка»! И была бы, наверное, права…

Когда жир растаял на сковородке и картошка зашкварчала, издавая приятный аромат, у Мари живот свело от голода, и она вновь поспешила к воде, чтобы хоть как-то дождаться готового блюда. Она крутилась и так, и эдак, пару раз даже обожглась, но всё же довела дело до конца, и вот благоухающая пряностями вкуснятина оказалась прямо перед ней. Девушка с жадностью набросилась на неё, наслаждаясь блюдом собственного приготовления. Впервые за очень многое время…

— Смотри-ка, справилась, — голос хозяина замка заставил девушку вздрогнуть. — А какой аромат! Кажется, я тысячу лет не ел жареный картофель. А может и больше…

Он потянул ноздрями воздух, совсем по-звериному, но Мари сделал вид, что ничего необычного не произошло.

— Я