Ангел не первой свежести - Елена Кароль

Зачем?

Я не знаю. Возможно, тогда ему это было выгодно. Он всегда смотрел на ситуацию со стороны патриарха рода и далеко не всегда наши мнения совпадали. Увы, я был вынужден ему подчиняться, принеся клятву служения ещё при жизни. Такую, которая не освободила меня от служения даже после смерти. Подстраховался, гад… Он был мудрым и опытным правителем.

Но сейчас всё в прошлом.

Он мертв, а я нет. Как и Виталиасы. Но это ненадолго.

Пускай, я уже не смогу отомстить ни Ричарду, ни Роберту, меня вполне устроят их потомки. Пока жив хоть один, мне нигде не будет покоя, такова суть ревенанта.

Не скажу, что я этому рад. Умом понимаю, что прошло полторы тысячи лет и те же новорожденные младенцы не виноваты в преступлениях своих предков, но темные боги, даровавшие мне нежизнь и силу, в которой не могли со мной равняться даже современники, не любят тех, кто не платить по счетам.

К тому же… Они так удачно похитили Юджина. Разве это не прямо говорит о том, что они всё такие же подлецы и мерзавцы? Им бы уже оставить в покое последнего мужчину захиревшего рода, но нет. Зачем-то похитили, взбаламутили это застоявшееся болото.

Неужели ради меня?

Ради того, чтобы Энжи пробудила меня?

Но… Какой в этом смысл?

Я не понимал и планировал разобраться.

Глава 5

Проехав нужное количество километров по Северо-центральному шоссе, мы действительно увидели съезд и большую табличку с указателем, что дальше находятся частные владения, принадлежащие роду Виталиас.

Проезд запрещен.

Естественно, меня это не остановило и мы отправились дальше, причем на машине и не сбавляя скорости. В самом деле, что они могут мне противопоставить? Автоматы?

Даже не смешно.

Материальное оружие не способно причинить мне значимого вреда. Даже оторванная голова со временем отрастет. Даже уничтоженное в прах тело соберется воедино. Не сразу, нет, со временем. Но соберется. Основа моего существования не плоть, а чистейшая магия и воля темных богов, этому противопоставить живым нечего.

К тому же…

Ждут ли меня давние враги рода?

Или давно забыли о моём существовании и все догадки Билли — всего лишь домыслы, не имеющие под собой основания? Помнят ли мои убийцы, как именно я бываю беспощаден и какие силы мне подвластны? Знают ли, что однажды обязательно доберусь до каждого?

Или наивно верят, что я сгинул безвозвратно?

Это всё стоило выяснить лично.

Правда, стоило подъехать к вычурным кованым воротам, перекрывающим въезд в усадьбу, как они начали отъезжать в сторону ещё до того, как я пустил по ним малую волну тлена. Это озадачило.

Меня всё-таки ждут? О, это так мило с их стороны!

Естественно, я понимал, что без очередной коварной подлости со стороны Виталиасов не обойдется, и даже слегка жалел, что взял с собой и Майки, и Пушка, которым скорее всего придется взять на себя удар, но переигрывать эту партию было уже поздно — мы въехали на территорию поместья.

К тому же машину я водить не умел, да и не хотел, если честно. Не было у меня доверия к этим бездушным големам.

От ворот к усадьбе вела широкая дорога, но пришлось проехать никак не меньше километра, чтобы добраться до центрального дома. Там меня уже ждали. Правда, почему-то не взвод опытных воинов во главе с закаленным в боях паладином света, а всего двое плечистых слуг и… женщина.

Это озадачило ещё сильнее.

Более того, женщина была уже немолода, где-то к пятидесяти, и не была кровной родственницей Виталиасов, это я определил ещё до того, как выйти из автомобиля. Однако, спутать со служанкой или управляющей её было невозможно — вычурная прическа из темных волос, царственная осанка, платье индивидуального пошива из дорогой ткани, украшения в ушах и на груди, пристальный взгляд карих глаз с долей снобизма — всё это говорило о том, что она чья-то супруга и имеет полное право командовать слугами рода.

Выйдя из авто и всерьез раздумывая о том, что было бы неплохо захватить эту подозрительную даму в плен и сходу начать выставлять условия вражескому роду, меньше всего я ожидал того, что женщина сама подбежит ко мне и, всплеснув руками, выпалит:

— Мастер, ну почему так долго⁈ Я вас уже третий час жду! Идемте! Скорее идемте!! Рэйчел совсем плоха, на счету каждая минутка!

Довольно быстро догадавшись, что меня приняли за другого, прикрыл ироничный блеск глаз ресницами. А это я удачно заехал! Глядишь, можно будет проникнуть в дом без боя.

Жестом велев Майки отъехать в сторонку, чтобы в случае чего не задело заклинаниями, Пушка тоже брать не стал, ведь он мог первым выдать мою темную суть. Хотя, судя по тому, как спокойно меня схватила за руку эта странная женщина и буквально потащила за собой, они ждали именно темного мастера, и моя суть не была для неё тайной.

Но мастера чего именно они ждали?

Не рискуя задавать даже просто наводящие вопросы, чтобы не выдать свою неосведомленность, я послушно прошел вместе с дамой в самый конец правого крыла, поднялся на второй этаж по явно не центральной лестнице и прошел следом за ней в индивидуальные покои, дверь в которые была заперта затейливым комплексным заклинанием.

Мою проводницу оно пропустило беспрепятственно, я прошел, как гость, ощутив лишь легкое покалывание меж лопаток, но при этом быстро определил, что это не ловушка, задача которой запереть меня внутри, а скорее некий… барьер против инфекции, которая находится внутри.

Тьма подери этих Виталиасов, я уже всерьез заинтригован! Что там у них произошло⁈

— Вот, — открыв двери в чью-то личную спальню, скорбно вздохнула женщина, чье имя я так и не удосужился узнать. — Наша девочка. Мастер, вы ведь поможете ей?

— Несомненно, — усмехнулся, ведь всегда мог помочь страдальцу обрести полный покой. — Оставьте нас.

— Конечно. — Она отрывисто кивнула, но прежде, чем закрыть перед моим носом дверь, пристально посмотрела мне в глаза и совсем другим, зловещим тоном произнесла: — Навредишь ей, лично вырву твоё сердце!

И только после этого с отчетливым щелчком и пробежавшим по дверному полотну золотистым свечением заперла меня в спальне, которая определенно принадлежала…

Кому?

Не поленившись, наложил на дверь собственную запирающую печать, чтобы меня не побеспокоили прежде, чем я сам этого захочу. После этого, развернувшись на пятках, я всмотрелся в полумрак большой комнаты, обставленной в лилово-серых тонах. В спальне был включен лишь