Путь к бессмертию. Том 2 - Shin Stark

Всё было прекрасно.

То есть настолько прекрасно, насколько может быть прекрасной ситуация, где меня вот-вот начнут искать разгневанные ученики секты Души Зверя, неизвестный Сун Вуконг уже превращается в слух, а мой новый круг друзей состоит из людей, которым я не доверил бы даже пустой мешок без присмотра.

Но Камни Духа лежали в моём пространственном мешочке.

Культивация всё ещё была цела.

Старейшина Сянь сам взялся нас защищать.

И, что особенно приятно, добыча теперь почти законна.

Я поднял чашу ещё раз.

— За Старшего Брата Сун Вуконга, — сказал Бай Чэньфэн.

— За его мудрость, — добавил Тай Юньшэн.

Я посмотрел на них.

Потом всё-таки улыбнулся.

— За его отсутствие.

Они снова рассмеялись.

Этой ночью мы веселились как не в себя.

* * *

Глава 30

* * *

Сегодня воздух на центральной площади секты Облачного Меча был тяжёлым даже по меркам праведных культиваторов, которые улыбались друг другу так, будто выбирали место для будущей могилы.

Внутренних учеников собрали ещё до полудня.

На этот раз площадь выглядела иначе, чем в день прибытия секты Души Зверя. Тогда всё было церемонией. Теперь же всё больше напоминало рынок перед публичной казнью.

Вокруг арены собралось столько зрителей, что я невольно задумался, не отменили ли в секте всю работу ради удовольствия посмотреть, как молодое поколение ломает друг другу кости. На каменных уступах стояли внешние ученики. На дальних галереях толпились слуги. Внутренние ученики занимали места ближе к арене. Некоторые основные ученики, которые уже заложили Основу Духа, тоже пришли, но держались отдельно, как люди, которым положено видеть всё, но не пачкаться о толпу.

Старейшины расположились на высокой платформе.

Разумеется, Му Цинлань тоже была там.

Сидела спокойно, в бело-зелёных одеждах, с лицом человека, который мог бы смотреть на горящий город и думать, не слишком ли рано собрали Ночные Усики.

Рядом я заметил Юй Жун.

Трезвая она или нет, я определять не стал. Некоторые духовные угрозы лучше не классифицировать. Достаточно знать, что они существуют, и держаться подальше.

Старейшина Гу из секты Души Зверя тоже был на платформе. Его лицо оставалось холодным, но глаза время от времени скользили по ученикам Облачного Меча так, будто он мысленно выбирал, кому из нас первым переломать ноги руками своих учеников.

Понять его было можно.

Вчера ночью слабых учеников его секты избили, унизили, ограбили и заставили благодарить несуществующего старшего брата с очень запоминающимся именем.

Сегодня ученики Души Зверя выглядели именно так, как должны выглядеть люди, у которых украли деньги, лекарства, корм для питомцев и гордость.

Злыми.

Очень злыми.

Они стояли плотной группой на противоположной стороне площади. Духовные звери рядом с ними тоже чувствовали настроение хозяев. Чёрный волк тихо рычал, белая змея висела на плече своей владелицы почти неподвижно, красная птица худого ученика нервно чистила перья, а белый тигр с тремя хвостами лежал у ног девушки двенадцатого уровня и смотрел на наших учеников с ленивым интересом мясника.

Алый сокол Хэ Юня сидел на высокой жерди.

И смотрел на меня.

Сначала я решил, что мне показалось. Потом понял, что нет. Птица действительно смотрела прямо в мою сторону. Чуть наклонив голову, неподвижно, с той неприятной внимательностью, с какой хищник изучает мышь, которая почему-то слишком долго не умирает.

Хэ Юнь стоял рядом.

Он тоже смотрел на меня.

Прекрасно.

Судя по его лицу, ночь не сделала его добрее. Хотя, честно говоря, представить Хэ Юня добрым было трудно. Скорее можно было представить, как каменный медведь сочиняет стихи о весенних цветах.

Я стоял среди учеников Облачного Меча и старался выглядеть человеком, который вообще не имеет отношения ни к Сун Вуконгу, ни к ночному налёту.

Получалось, как обычно, плохо.

Не потому, что кто-то знал правду. Нет. В этом смысле всё было относительно спокойно. Старейшина Сянь, судя по всему, действительно поработал ночью. Ученики пика Белых Скал стояли неподалёку с удивительно праведными лицами. Бай Чэньфэн выглядел так, будто всю жизнь мечтал защищать честь секты. Тай Юньшэн — будто лично придумал мораль.

Отвратительно убедительные люди.

Но напряжение вокруг всё равно чувствовалось.

Ученики Души Зверя шептались. Иногда бросали взгляды на нашу сторону. Иногда один из них произносил имя Сун Вуконга достаточно громко, чтобы его слышали ближайшие ученики Облачного Меча.

И каждый раз наши переглядывались.

Потому что никто не понимал, кто это такой.

Секта Души Зверя была уверена, что у нас есть какой-то наглый, жестокий и влиятельный старший брат Сун Вуконг, который послал людей избивать слабых гостей.

Секта Облачного Меча была уверена, что ученики секты Души Зверя сами по себе просто злые и агрессивные.

А я стоял между ними и старался не улыбаться.

Один из старейшин Облачного Меча поднялся.

Не Му Цинлань. Слава всем небесам, которые я всё равно не уважал.

Это был старейшина центрального пика, высокий седой мужчина с длинными рукавами и голосом, который без усилий накрыл всю площадь.

— Сегодня начинается обмен между молодым поколением секты Облачного Меча и секты Души Зверя.

Шум постепенно стих.

— Правила просты. Ученики стадии Концентрации Ци могут вызывать друг друга на бой. Смертельные удары запрещены. Намеренное убийство будет наказано. Старейшины имеют право вмешаться, если сочтут бой завершённым или опасным для жизни.

Очень мило.

То есть если тебе ломают кости красиво и не слишком смертельно, старейшины могут посмотреть ещё немного. Опыт молодого поколения, всё-таки.

Старейшина сделал паузу.

И вот тут на его лице появилось выражение человека, который знает, что сейчас толпа зашевелится.

— По решению старейшин обеих сект, трём лучшим ученикам победившей стороны будет выдана особая награда.

Воздух мгновенно изменился.

Даже те, кто делал вид, что пришёл просто посмотреть, выпрямились.

— Трем кто сильнее остальных выделится будет дарована Пилюля Заложения Основ.

Площадь ожила.

Не зашумела — именно ожила. Десятки взглядов вспыхнули. Кто-то резко вдохнул. Кто-то сжал кулаки. Ученик рядом со мной так напрягся, будто ему уже положили пилюлю в рот и теперь оставалось только не подавиться.

Я тоже удивился.

Пилюля Заложения Основ.

Вот уж действительно награда, ради которой нормальный внутренний ученик готов был бы драться с утра до вечера, потом ещё немного ночью, и все еще быть благодарным.

Для человека с моим ужасным Корнем Духа такая пилюля была не просто полезной вещью. Она была одной из тех ступеней, без которых дорога дальше превратится в непреодолимую стену.

Да, у меня