Реставратор с молнией в кармане. Том 4 - Борис Владимирович Романовский

Она развернулась и хлестнула кнутом.

Удар пришёлся Клыку в бок — и в воздухе полыхнула бледная сфера. Защитный артефакт погасил рассечение, рассыпался пылью, и Клык, даже не пошатнувшись, замахнулся снова.

Линьси отступила, сжимая зубы. Плохо… Придётся рискнуть.

Она уронила кнут, сжала часы обеими руками и прикрыла глаза — огненный вихрь вокруг неё скрутился в жгут.

Из жгута, разбрасывая искры, поднялась голова: чешуя из бегущих язычков пламени, пасть в половину человеческого роста.

Жар был настолько силён, что Клык вспыхнул. Ему пришлось спешно отступать, сбивая пламя ударами рук.

— Огненный змей! — заорал он. — Но это фишка клана Хо! Какого ху…

Бах-бах-бах!

Его крик перекрыли выстрелы четвёрки Мистиков — поняв, что их способности не могут нанести вред Линьси, они начали стрелять из револьверов.

Только вот толку не было — все пули исчезали в жаре огненного змея.

Змей прошёл круг, обвивая хозяйку кольцом, вскинулся — и метнулся к Клыку.

Тот успел подставить топор — и сталь потекла.

Клык заорал от боли, завизжал. Змей обвил гиганта от колен до плеч — он плавил его заживо.

Линьси подобрала кнут и махнула им — огненный росчерк убил ещё двоих. Оставшаяся пара рванула прочь, но куда им… Огненные лучи пробили их тела насквозь.

Разобравшись с мошками, Линьси повернулась к Клыку. И тут раздался взрыв — змей лопнул.

Взрывной волной Линьси отшвырнуло на несколько шагов. К её удивлению, Клык ещё был жив. Шерсть на нём выгорела дочиста, кожа пошла пузырями, но он стоял. Качнувшись, монстр двинулся вперёд, подвывая от боли.

Линьси не стала ждать — кнут свистнул дважды. Обе руки Клыка упали в пыль отдельно от хозяина. Он заревел от боли.

Линьси махнула кулаком, и огненный таран ударил в грудь Клыку, впечатав его в землю.

— Всё кончено, — прохрипела Линьси, тяжело дыша.

Огненная стена осела и погасла.

И только теперь девушка увидела, во что превратилась улица.

Брусчатку вспучило и растрескало. Между камнями застыли серые стеклянистые потёки, а там, где начиналась щебёнка, дорога спеклась в сплошную корку.

Липы вдоль обочины стояли голыми. Ни листа, ни коры — только обугленные стволы, с которых ещё сыпались искры. Одна переломилась пополам прямо на глазах у Линьси и рухнула поперёк дороги, подняв столб пепла.

Слева, шагах в двадцати, выл газовый фонарь. Взрывом с него сорвало плафон и смяло трубку, и теперь из обрубка бил ревущий белый факел в человеческий рост. Он выхватывал из темноты стену складского лабаза — и по этой стене уже полз огонь.

Ворота склада занялись целиком. Сухие доски трещали и лопались, из щелей валил жирный чёрный дым, а внутри что-то с грохотом обрушилось. Вывеска бакалейщика на соседнем доме висела на одном гвозде и горела ровным пламенем.

Над головой лопнули провода. Матерчатая оплётка выгорела в один миг, фарфоровые ролики брызнули осколками, и оборванные концы упали на мостовую, извиваясь и плюясь искрами.

В доходном доме напротив вылетели все стёкла до третьего этажа. Ставни на втором тлели. Кто-то там кричал — высоко, тонко, на одной ноте.

Остов экипажа догорал в отдалении ярким рыжим костром, и рядом с ним чернели тела — скрюченные, вплавленные в дорогу. Одно ещё горело.

Пахло так отвратно, что даже Линьси, привыкшая к запаху горящих тел, скривилась.

Где-то в глубине квартала ударил колокол. Потом ещё раз. Заголосили голоса, захлопали двери, кто-то надрывно завопил «Пожар!», и следом, совсем далеко, залился полицейский свисток.

Линьси прикрыла глаза.

Через четверть часа тут будут пожарные, стража, а за ними — и те, кому она совершенно не хотела попадаться на глаза.

Надо уходить. Но сперва… Надо закончить дело.

Линьси нащупала во внутреннем кармане склянку, свернула зубами крышку и выпила экстракт красного янтарита одним глотком. По телу прокатилась тёплая волна, дрожь чуть отступила — но лишь чуть. Она была на пределе — ещё немного, и Линьси бы сама потеряла сознание от истощения.

Только более-менее придя в себя, Линьси подошла к Клыку. Тот лежал на спине и хрипел — обрубки его рук подрагивали, а сам он смотрел на неё бешено, не мигая.

— Как ты стала такой сильной? — выдавил он.

Линьси не ответила.

Вместо этого она вдруг с теплотой подумала об Артуре. Если бы не его часы — сегодня ей пришёл бы конец.

Клык всё рассчитал верно. Первая же атака сожгла её защитные артефакты, а без них в одиночку выйти против Старшего Мистика и пятерых обычных — самоубийство. Клык знал её силу и понимал, на что она способна.

Вот только он не мог предположить, что в руках Линьси оказались часы знаменитого тяньлинского полководца Хо Цзинъяня, которые вывели её контроль над пламенем совсем на другой уровень.

— Почему ты меня ненавидишь? — холодно спросила она.

Клык ощерился.

— Пять лет назад ты уничтожила всю верхушку Алых Лент. Помнишь, сука? Помнишь, тварь⁈ — он попытался плюнуть в неё, но лишь забрызгал кровавой слюной свой подбородок.

— Помню, — спокойно сказала она. — Я предлагала им пойти под мою руку, но они отказались. Идиоты. Слабакам не на что надеяться — так было и будет. Они сами избрали свою участь.

— Ты убила мою любовь и моего нерождённого ребёнка, — выплюнул Клык.

— Вот как, — кивнула Линьси. — Я поняла. Ты впервые появился на слуху пять лет назад. Вошёл в организацию, а три года назад возглавил её. Ненависть ко мне питала тебя, давала силы…

Клык хрипло рассмеялся.

— Я был готов ко всему, — кашляя сказал он. Из его глаз покатились слёзы. Клык смеялся и плакал одновременно. — Я слишком долго готовился, чтобы полагаться лишь на собственную силу.

Он прикрыл глаза, и из раны на его груди вдруг вырвался голубоватый свет.

Линьси ощутила дикую опасность и рванула прочь.

БАХ!

Страшнейший взрыв прогремел прямо на том месте, где лежал Клык. Линьси отбросило, она несколько раз перекувыркнулась в воздухе и рухнула на землю.

Девушка потеряла сознание — и уже не замечала, как правая сторона её лица покрывается уродливыми вспучивающимися волдырями, а правые рука и нога истлевают под мощью чужой магии.

Я был увлечён папкой, которую принесла Линьси, когда в голове неожиданно раздался голос Шарлотты:

— Тут недалеко пожар! На Линьси напали!

Я отложил бумаги.

— Кто напал?

— Не знаю, какие-то бандиты. Она сражается.

— Как далеко это происходит?

— Если идти пешком — минут пятнадцать. Если бежать — минут пять-семь.

Я кивнул и остался ждать продолжения.

Через несколько минут Шарлотта выдохнула:

— Офигеть, тут был такой взрыв!.. Линьси ранена!

— Сильно? — уточнил я.

— Да, очень. Она без сознания. У неё почти нет правой руки и ноги.

Я поморщился и поднялся. Не знаю, смогу ли я ей как-то помочь, но… Попробовать стоит.

Глава 6

Кадровый вопрос

Я стоял